Китайский проезд - Эдуард Тополь

Одноухий повертел в руках замолчавшую трубку «Моторолы» и пошел с ней вниз, на кухню. До Москвы полета километров, слышимость иногда пропадает. Но удивительно, до чего отчетливо он слышал Сорокина – словно рядом.

Внизу этот американец Робин все-таки вернул к жизни сына Бруха и теперь, снова прикованный к пацану наручником, сидел рядом с ним на тюфяке в углу полупустой кухни, отпаивал его чаем с малиновым вареньем. Рядом дежурил один из подручных Мовчана – конопатый парень, вооруженный «АК-47». Чтобы Робину было сподручней поить мальчишку, он надел наручник на его левую руку, а не на правую. Остальных дикобразов Мовчан выгнал во двор на работу, там снова завизжала пила, застучали молотки и с улицы из «Жигулей» на полную громкость заорало «Русское радио» – Газманов исполнял новую песню о Москве и другие шлягеры, а в перерывах мэр Москвы призывал всех слушателей непременно смотреть завтрашнее телевизионное обращение президента к народу.

– Оглохнуть можно! – сказал Мовчан, переложил «Моторолу» в верхний карман своей брезентовой куртки, заглянул в пустое ведро и приказал дежурному: – Дуй за водой! Ни хера не соображают, пока не скажешь!

Парень взял ведро и автомат и ушел на улицу к водопроводной колонке.

Марик из угла, с тюфяка, слабым голосом спросил у Мовчана, открывавшего банку с тушенкой:

– А сколько ты за нас хочешь? Мильен?

В белом «мерседесе», летевшем в Москву по Ленинградскому шоссе, Болотников сказал Винсету:

– Александра ждет тебя в «Президент-отеле», так что сначала – туда.

– А как же багаж?

– А багаж я сам привезу в твой офис, не беспокойся.

Винсент, однако, чувствовал внутреннюю нервозность Болотникова и спросил:

– У тебя что-то случилось?

Но Болотников не собирался вводить его в курс ночных событий и удивился почти натурально:

– С чего ты взял? Все в порядке. Relax.

На пересечении Ленинградского шоссе с Путилковским стоял знак «35 км/час», а за ним маячила фигура гаишника с лазерным пистолетом-определителем скорости, направленным на идущие к Москве машины. Другой рукой гаишник держал у подбородка какую-то штуковину, похожую на микрофон.

Шофер «мерседеса» сбросил скорость, Винсент провел рукой по небритой щеке:

– Я хотел бы сначала побриться и принять душ… – и вытащил из верхнего кармашка пиджака расческу, чтоб причесаться. Вместе с расческой из кармашка выпали две бумажки – квитанция об уплате за страхование жизни и визитная карточка, на ней значилось:

Тэдди АББОТ, Американский адвокат с московской пропиской. Консультации по всем вопросам американского права и бизнеса. Москва, Трубная площадь, 12, кв. 9. Тел. 223-32-67.

Винсент улыбнулся, он вспомнил этого Тэда Аббота в «Макдоналдсе» и подумал, что, кажется, ему пора звонить этому консультанту по поводу оформления развода в двухнедельный срок.

И в этот момент телохранитель, сидевший впереди, заметил небольшую выбоину перед «мерседесом» и боковым зрением ухватил стоявший на обочине зеленый «газик».

– Стой!!! – крикнул телохранитель шоферу.

Но было поздно – «мерседес» накатил на выбоину, а мужчина за рулем «газика» нажал кнопку радиовзрывателя.

Винсент все понял и с неожиданной для такой ситуации улыбкой судорожно сжал в кулаке квитанцию о страховании своей жизни.

В тот же миг мощный взрыв вознес «мерседес» над Ленинградским шоссе.

А «уазик» с чемоданами Винсента и джип с охранниками вильнули вправо, обошли место взрыва и, свернув на Путилковское шоссе, прибавили скорость…

Робин прислушался, и его сердце пронзило ознобом предчувствия – сквозь визг электрической пилы, стук молотков на крыше дома и громкую музыку из динамиков «Жигулей» его слух, обостренный двадцатью годами немоты, уловил знакомый звук.

Так звучал движок UH-60A/Black Hawk – «Черного ястреба», возникшего над горами Куанг-Нгай тогда, когда у троих беглецов из лагеря Дьен Бинь уже кончились силы и надежда выжить…

И конопатый парень, набирая воду в уличной водопроводной колонке, удивленно оглянулся на странный шум – с юга, из-за леса, на бреющем полете шли три вертолета…

И работавшие на крыше дома дикобразы тоже выпрямились, изумленно посмотрели на приближающиеся «Ми», летевшие так низко, что, казалось, врежутся сейчас в стропила…

Только «Русское радио» продолжало орать в «Жигулях», однако и одноухий Мовчан услышал наконец эти вертолеты, глянул в окно и первым сообразил, что это значит.

– Бля! – выдохнул он, растерянно зыркнул по сторонам глазами и тут же, рванув из кобуры «люгер», ринулся в угол к сыну Бруха. Схватив пацана за шиворот, он вдруг увидел, что его правая рука прикована к левой Робина. Но ключи были у конопатого, который ушел за водой, одноухий выстрелил в цепочку наручников из «люгера». Промазал впопыхах и выстрелил снова, и опять промазал.

– За мной! – гаркнул он Робину, подкрепив приказ тычком пистолета.

И так – держа мальчишку в одной руке, как щенка, а другой рукой уперев «люгер» ему же в затылок и ведя «на привязи» Робина – одноухий выскочил из дома, побежал к «Жигулям».

И он, и его пленники были хорошо видны с вертолетов.

– Не стрелять! – крикнул Машков снайперам, сидевшим в открытых дверях.

Одноухий влез в «Жигули» через правую дверцу и, протискиваясь за руль, втащил в машину Марика и Робина. Выжал сцепление, повернул ключ зажигания и дал газ. Но стартер, повизжав с натугой, не завел машину. Он попробовал снова и опять не вышло – радио, которое продолжало орать, посадило слабенький аккумулятор.

– Ебаный!… – взревел одноухий и выстрелил в радиоприемник, глядя, как коршунами слетаются к машине вертолеты.

В верхнем кармане его куртки зазвенел телефон.

– Хер вам! – сказал на это одноухий, еще раз повернул ключ зажигания и – мотор вдруг завелся. – Ага! – мстительно крикнул одноухий и, не отнимая правой руки с «люгером» от уха мальчика, левой рукой включил первую скорость, тут же перехватил ею руль и погнал «Жигули» по дороге к лесу.

Два «Ми– 24» шли у него по бокам, а «Ми-26» тут же ушел вперед, сел там перед лесом, и десантники, как икра из селедки, высыпали из него, цепью разбегаясь вдоль опушки.

В кармане у одноухого продолжал звенеть телефон, преследователи явно предлагали переговоры. Но он лучше знал эти места: перед самым лесом от дороги уходил вправо узкий овраг и на дне его – полузаросшая травой и крапивой колея. Он свернул туда, не видя уже, как из «Ми-26» выкатились по лежням два легких гусеничных бронетранспортера и наперерез «Жигулям» понеслись вдоль лесной опушки.