Паранойя - Джозеф Файндер

Когда охранники привели меня в конференц-зал на пятом этаже и закрыли, было почти шесть утра. Посреди зала (без окон и других выходов) стоял стол, заваленный исписанными блокнотами и пустыми бутылками из-под сладкой газировки. Еще там были проектор, исписанная белая доска и, к счастью, компьютер.

Я оказался не то чтобы пленником. Меня «задержали». И дали понять, что, если я не буду слушаться, меня сразу же передадут полиции. Подобная перспектива меня совсем не прельщала.

И еще сказали, что мистер Годдард поговорит со мной, когда придет.

Позже я узнал, что Сет чудом убежал из здания, правда, без фургона.

Я послал письмо Джоку. Я не знал, что сказать, как все объяснить, и поэтому просто написал:

Джок!

Нужно поговорить. Я хочу все объяснить.

Адам

Ответа не было.

Неожиданно я вспомнил, что сотовый все еще при мне. Я спрятал его глубоко в карман, и его не нашли. Я включил телефон. Там было пять голосовых сообщений, но не успел я их проверить, как раздался звонок.

— Да, — сказал я.

— Адам! О черт! — Это был Антуан. Он говорил взволнованно, почти истерично. — Черт! Черт! Я не хочу обратно. Черт, я не хочу опять туда!

— Антуан, о чем ты? Давай по порядку.

— В квартиру твоего отца пытались вломиться какие-то парни. Трое белых. Наверное, думали, что там никого нет.

Я почувствовал прилив раздражения. Неужели соседские дети еще не поняли, что в берлоге моего отца нет ничего, за чем бы стоило вламываться?

— Господи, ты-то цел?

— Да цел я! Двое убежали, я схватил третьего... О черт! Черт, мне не нужны проблемы! Ты должен мне помочь!

Сейчас такие разговоры были особенно некстати. До меня из трубки доносилось какое-то мычание, возня, стоны...

— Успокойся, — сказал я. — Сделай глубокий вдох и сядь.

— Я и сижу. На этом козле. Что меня больше всего вырубает — он говорит, что тебя знает.

— Знает меня? — У меня возникло смутное подозрение. — Опиши его, а?

— Ну, не знаю, белый...

— Как выглядит?

Антуан совсем растерялся.

— Прямо сейчас? Лицо красное и опухло. Моя вина. По-моему, я сломал ему нос.

Я вздохнул:

— Господи, Антуан, спроси, как его зовут!

Антуан положил телефон. Раздался рокот его баса и какое-то повизгивание. Антуан снова взял трубку:

— Он говорит, что его зовут Мичем.

Передо мной мелькнула картинка: Арнольд Мичем с разбитым в кровь лицом лежит на кухне под Антуаном Леонардом, который весит почти полтора центнера. На какой-то момент я даже порадовался. Видно, за мной и вправду следили, когда я заходил в квартиру отца, и Мичем решил, что я там что-то прячу.

— Да нет, не беспокойся. Обещаю, что этот козел тебя не тронет. — На месте Мичема я бы воспользовался программой защиты свидетелей.

В голосе Антуана послышалось облегчение:

— Слушай, парень, извини, а?

— Ты что, и не думай извиняться! У меня давно не было таких хороших новостей!

И, наверное, уже не будет.

Я прикинул, что прежде чем появится Годдард, нужно убить несколько часов. Я не мог просто сидеть и мучиться по поводу того, что натворил или как меня накажут. Вот я и выбрал самый привычный способ убить время: вышел в Интернет.

Вот именно тогда я и начал соображать, что к чему.