Добрая фея - Вадим Проскурин

Парковочное место напротив крыльца занял Сашин «Гелендваген», поэтому Костя припарковался снаружи, за воротами. Саша встретил их на крыльце, крепко пожал руки Косте и Андрею, подмигнул Инне и констатировал:

— Добрались.

— Что происходит? — спросил Костя. — Ракеты действительно запустили?

— Вроде нет, — ответил Саша. — Вы когда ехали, вспышки видели?

— Нет, — ответил Костя.

— Это хорошо, — сказал Саша. — Может, и вправду пронесло. Пойдемте, ребята, покажу кое-что.

Он подошел к «Гелендвагену», открыл багажник, изнутри пахнуло оружейной смазкой.

— Ты, Костя, с оптикой случайно не умеешь обращаться? — спросил он.

Костя растерянно помотал головой. Андрей протянул руку к стволам, Саша сделал жест, как будто шлепает его по руке, Андрей быстро отдернул руку.

— Надеюсь, это не пригодится, — сказал Саша. — Но на всякий случай прихватил, мало ли что.

Он воровато оглянулся по сторонам и сказал:

— Давайте в дом железо затащим, пока соседи не приехали. Незачем им наш арсенал видеть.

Арсенал оказался немаленьким: снайперская винтовка, два автомата со складными прикладами, три пистолета Макарова и четыре небольшие, но тяжелые коробки с патронами. И еще у Саши на ремне обнаружился маленький револьверчик в открытой кобуре. Когда все оружие свалили в кладовку на втором этаже, Саша сказал:

— Если тревога не ложная, завтра съездим в лес, потренируемся. Андрей, с оружием обращаться умеешь?

Андрей развел руками и виновато улыбнулся, как будто стеснялся того, что никогда не держал в руках оружия.

— Понятно, — сказал Саша. — Значит, так, Андрей. Я очень надеюсь, что ты достаточно взрослый, чтобы больше не тянуть руки, куда не надо. Завтра потренируемся, тогда я решу, можно ли тебе доверить оружие. Я почти уверен, что можно, но проверить надо. Если окажется, что я в тебе не ошибся, выдам тебе автомат и пистолет. А теперь пойдемте к женщинам, поможем им на стол накрывать.

Из женщин на кухне была только Инна, она стояла напротив микроволновки и задумчиво глядела внутрь сквозь зарешеченное окошко. Костя подумал, что микроволновку на даче давно пора было поменять, последние два года она работала совершенно непредсказуемо, только Ольга умеет с ней управляться. Впрочем, теперь это уже не его дача, так что пусть у Саши болит голова по этому поводу.

— Инна, где Оля? — спросил Саша.

— Где-то там, — указала пальцем Инна. — В спальне, скорее всего.

— Пойду, поговорю с ней, — сказал Саша и удалился.

Инна проводила его взглядом и вздохнула.

— Что-то случилось? — спросил Костя.

В этот момент запищала микроволновка, Инна отключила звонок, открыла дверцу, сняла крышку со стеклянной кастрюльки, задумчиво посмотрела внутрь, все закрыла обратно и включила микроволновку снова.

— Тут есть какая-то хитрость, Ольга знает, — сказал Костя. — То ли надо как-то по-особому надавить на ручку, то ли как-то хитро ее поворачивать. Может, ты…

Он чуть было не сказал «посмотришь в ее мыслях», но осекся, потому что вспомнил, что за спиной стоит Андрей. Надо будет потом поговорить с Инной, уточнить, что конкретно он про нее знает.

Вдруг Инна вздрогнула, как от удара.

— Что такое? — спросил Костя.

Лицо Инны помертвело, она произнесла тихо и едва шевеля губами:

— Она желает, чтобы я умерла.

На секунду Костя застыл в растерянности, а затем рванулся вперед, одной рукой обнял Инну, другой рукой обхватил ее маленькую холодную ладошку с тонкими нежными пальчиками и сказал, стараясь, чтобы его слова звучали внушительно:

— Я не дам тебя в обиду. Я люблю тебя, я желаю, чтобы ты жила и была счастлива…

— Я тоже, — сказал Андрей.

Инна склонила голову на грудь Кости и снова вздохнула. Из спальни послышались приглушенные рыдания, Инна повернула голову, прислушиваясь. Костя тоже прислушался, но не телепатически, как она, а ушами. Ольга рыдала и бормотала что-то неразборчивое и явно злое, Саша пытался ее успокоить, но безуспешно. Вдруг из спальни отчетливо донеслось:

— Ненавижу! Да чтоб вы сдохли все!

Саша что-то произнес на повышенных тонах, донеслись какие-то совсем непонятные звуки, затем хлесткий шлепок пощечины, этот звук не перепутаешь ни с чем.

— Убью, тварь! — заорала Ольга.

Что-то обрушилось на пол с оглушительным грохотом, дом ощутимо вздрогнул. Уж не шкаф ли… В наступившей тишине было слышно, как матерится Саша. Звук удара, как будто большой дубиной с размаху бьют что-то мягкое, еще раз, и еще. Снова на пол что-то упало. Тяжелые нервные шаги, и на кухне появился Саша.

Поперек его лысины наискосок тянулась кровоточащая царапина, под правым глазом наливался синяк, губы опухли, нижняя была рассечена, на ней выступила капелька крови. Глаза Саши были расширены и смотрели безумно. Он пробежался взглядом по лицам смотревших на него, удивленно поднял брови, криво усмехнулся (по подбородку потекла тоненькая кровяная струйка) и сказал:

— Помнишь, Костя, что я тебе сказал при первом знакомстве? Я был не прав, я идиот, дебил и чудак, боже мой, я даже не представлял, какой я дурак!

— Что с мамой? — спросил Андрей. Несколько секунд Саша смущенно молчал, затем с натугой выдавил из себя:

— Нокаут. Хочешь дать мне в морду?

Андрей странно дернул плечами и пошел в спальню, ничего не сказав.

Саша перевел взгляд на Костю и спросил:

— А ты хочешь дать мне в морду? Я-то тебе в аналогичной ситуации автоматом навешал, не думая. Прости.

— Там другая была ситуация, — сказал Костя. — Я ее первым ударил.

— Это ничего не значит, — махнул рукой Саша. — Я тебя уже более-менее знаю, уверен, она тебя спровоцировала. Впрочем, я думал, что ее тоже знаю. Давайте лучше водки выпьем, меня аж трясет всего.

Саша преувеличивал, его совсем не трясло, лишь чуть-чуть подрагивали пальцы, да и это было заметно, только если специально приглядываться.

— Я пас, — сказала Инна.

— Вист, — сказал Костя и глупо хихикнул.

— Играем, — подытожил Саша, открывая холодильник. — Сталинград, мать его.