Цветы пустыни - Влада Ольховская

– Мы пытались, но она не реагирует! Непонятно, чего она вообще хочет, она никаких требований не выдвигала. Если кто-то приближается, она начинает палить.

Любопытно… Получается, Любченко смог заставить Светлану стрелять, но не говорить то, что ему нужно. Для такого нужны серьезные препараты, а их действие рано или поздно заканчивается. Или Любченко накачает ее новой дозой, что будет выглядеть подозрительно, или заставит совершить самоубийство на почве внезапно нахлынувшего раскаяния. И хотя два самоубийства женщин, связанных с ним, будут смотреться настораживающе, он наверняка выкрутится.

Светлане в любом случае оставалось недолго, и действовать требовалось прямо сейчас.

– Вы знаете, где она? – уточнил Матвей.

– В гостиной, у окна, оттуда и стреляет.

– А заложник?

– В глубине комнаты.

– Ясно.

– Эй… Вы куда?

– Выполнять свою работу, – пояснил профайлер. – Для этого меня и прислали.

– Нас прислали, – тут же вмешалась Таиса. – И говорить с ней буду я.

– С чего это?

– Ты знаешь, с чего.

Он действительно знал. Если откинуть эмоции и работать только с фактами, Таиса подходила для переговоров куда лучше. Травма Светланы Филипповой наверняка была связана с тем, что сделал Тецерский. После такого любовью к мужчинам обычно не пылают!

Возможно, именно поэтому Светлана без сомнений и предупреждений палила по полицейским. В Матвея, скорее всего, тоже выстрелила бы… Но он все равно скорее рискнул бы собой, а не Таисой!

Вот только Таиса не оставила ему выбора. Она сама двинулась вперед, и полицейские, которые изначально плохо понимали, зачем сюда явились какие-то там психологи, не стали ее задерживать. Матвей пошел следом, ему все происходящее совершенно не нравилось. Однако Таиса бросила через плечо:

– Не ходи за мной, пожалуйста. Ты меня только подставишь.

И снова она была права. Хоть какая-то вероятность успеха сохранялась лишь при ставке на доверие женщины к женщине. Поэтому Матвею пришлось остаться рядом с полицейскими, хотя это потребовало от него куда больших усилий, чем самый серьезный риск. Под пули прыгнуть – и то проще!

Теперь же он, напряженный до предела, был вынужден наблюдать со стороны, как одинокая девушка движется по залитой кровью дорожке и останавливается неподалеку от мертвого тела полицейского, которое так никто и не решился убрать.

– Света, это я! – позвала Таиса. – Меня зовут Таиса, я ученица Николая Форсова, помнишь, вы недавно встречались?

Она была хороша. Она боялась – не могла не бояться, любой человек испугался бы в таких обстоятельствах. Но она скрыла это безупречно, с Филипповой она заговорила не как переговорщик при захвате террористки, а как та, кто просто заглянул в гости к старой приятельнице.

И Филиппова ответила ей! То ли она была впечатлена, то ли действительно ждала появления рядом хоть какой-то женщины. Ее голос звучал глухо, прерывался от слез, и все же Матвей, с его чутким слухом, даже издалека мог разобрать каждое слово.

– Зачем ты здесь?..

– Свет, ну что ты творишь? – с мягкой укоризной спросила Таиса. – Зачем нужно было устраивать такое шоу? Пришла бы ко мне, сели бы, как девочки, поболтали!

– Я не могу… Я не позволю им сделать это со мной, ничего не заканчивается! Что бы я ни делала, мне придется снова пройти через это… Я не могу, я не такой человек!

– Это все понимают, никто тебя не винит.

– Никому невозможно доверять! Ты ведь знаешь? За любой маской может скрываться такой же урод, как Саня этот! Они повсюду, я так больше не могу!

– Но ведь мне ты доверяешь? Ты точно знаешь, что я не он?

Чуть подумав, Светлана согласилась:

– Ты – нет, тебе он тоже не нравился, ведь правда?

– Конечно! Я знаю, каким чудовищем он был. Давай поговорим об этом вдвоем, хватит пугать людей!

– Я не могу, я… Я уже нескольких подстрелила, никто не поверит мне, что они напали сами, никто меня не отпустит!

– Я тебе верю. Я знаю, что они сами во всем виноваты, – Таиса соврала так безупречно, что Матвей на месте Филипповой и сам бы ей поверил. – Я поддержу тебя на суде.

– Они меня раздавят!

– Мы сделаем так, чтобы судьей была женщина. Она тебя поймет!

– Обещаешь? – всхлипнула Светлана.

– Конечно, обещаю, я же никогда тебя не обманывала!

Если бы Филиппова еще могла мыслить ясно, она бы напомнила, что у Таисы просто ни разу не было шанса ее обмануть. Но, если бы она мыслила ясно, все это вообще не случилось бы.

– Хорошо, я… Я тебе верю…

– Ты все делаешь правильно, – кивнула Таиса. – А теперь убери этот дурацкий пистолет и иди ко мне, здесь ведь только я, ты видишь. Я лично доведу тебя до машины, никто из мужчин к тебе даже не прикоснется!

У нее получалось, Матвей видел это. Даже сквозь дурман пробивалась настоящая Светлана Филиппова – далеко не глупая и точно не желавшая умирать. У Таисы была возможность вывести ее оттуда живой и все исправить…

Но тут заголосил Любченко – причем заголосил почти по-бабьи, тем тоном, который профессиональный психоаналитик не использовал бы никогда.

Если, конечно, у него не было желания произвести определенный эффект.

– Светочка, делай, что она говорит! Она права! Так, как с Тецерским, уже не будет, никто не тронет тебя в тюрьме, разве может женщина изнасиловать женщину? Тебе нужен способ не мучаться и быть свободной, ты и сама его знаешь!

Его вопли слышали и Матвей, и полицейские. Но полицейским наверняка показалось, что Любченко прав и искренен во всем. Испуганный человек умоляет сумасшедшую убийцу оставить его в покое и сдаться, разве это не естественно?

И лишь Матвей и Таиса поняли правду: Любченко осознал, что профайлер портит его план, и поспешил все закончить. Таиса рванулась вперед, она находилась к дому ближе всех, она даже о себе не думала – она просто хотела спасти жизнь, пока это возможно!

Но Любченко не дал ей даже попробовать. В доме раздался выстрел, группа захвата тут же бросилась вперед, а Таиса обессиленно рухнула на колени. Матвей поспешил к ней, осторожно обнял за плечи и увел в сторону, подальше от того, что творилось в доме.

Ему не нужно было ни следить за ходом операции, ни задавать вопросы полицейским, он и так уже знал, чем все закончилось. Любченко внушил Светлане, что способ освободиться от всего остался только один. Им она и воспользовалась.

Николай Форсов прекрасно видел, что Таиса подавлена, и не винил ее за это. Победа, ускользнувшая прямо из рук, оставляет куда большую горечь, чем победа, которой так и не удалось коснуться. Особенно если ставкой была жизнь человека.

План Виталия Любченко сработал почти идеально. Психоаналитик все-таки сумел заставить Светлану покончить с собой – и с помощью наркотиков, и давлением на точки уязвимости. Вряд ли он добился этого за одни сутки, слишком большое достижение даже для