Кому она рассказала? - Нора Робертс

Она ненавидела больницы. И они могли сколько угодно увешивать выкрашенные в пастельные тона стены картинками с изображением ангелоподобных младенцев, устраивать уютные уголки ожидания со стульями и скамейками, одевать персонал во все цвета радуги. Все равно это была больница: такое место, где доктора и всяческие медицинские инструменты и механизмы завладевают вашим телом и при этом так или иначе обязательно причиняют вам боль.

Благодаря звездному статусу Мэвис ее поместили в родильную палату, больше напоминавшую номер люкс в роскошном отеле. Тэнди, купавшуюся в лучах отраженной славы, поместили в столь же роскошную палату напротив по коридору.

Ева надеялась, что, определив своих подопечных на их новые квартиры, она может считать себя временно свободной, но эти надежды разлетелись в прах. Мэвис согласилась разжать тиски, которыми сжимала ее руку, только при одном условии: если Ева обещает пойти к Тэнди, проверить, как она там, и тут же вернуться назад.

— Мы с Леонардо собирались вместе ей помогать, но теперь мы обе перешли на обратный отсчет. И у нее никого нет и не будет, пока Аарон сюда не доберется.

Ева поняла, что должна обращаться с обеими женщинами, как с опасными ранеными животными. Она осторожно погладила стиснутую, с побелевшими костяшками руку Мэвис.

— Конечно, без проблем. Я все сделаю.

Она пересекла коридор, открыла дверь и увидела совершенно голую, чудовищно беременную женщину, которой помогали надеть короткий голубой халатик.

— Господи! — Ева зажала глаза ладонью. — Прошу прощения. Мэвис хотела убедиться, что с тобой все в порядке.

— О, обо мне не беспокойся. — Голос Тэнди звучал беспечно и жизнерадостно. — Тебе сейчас надо быть с ней.

— Без проблем. Я ухожу.

— Ой, Даллас, погоди! Ты не могла бы еще раз позвонить Аарону? Просто хочу убедиться, что он уже едет.

— Запросто. — Ева пересекла коридор в обратном направлении, открыла дверь и была вознаграждена видом голой беременной Мэвис. — О господи, ради всего святого, и почему никто не прикроет этот срам?

Мэвис захихикала, пока Долли накидывала на нее розовый халат.

— С Тэнди все в порядке? А Леонардо скоро будет? А Аарон?

— С ней все в порядке. Я проверю.

Ева выбежала в коридор, словно спасаясь от пожара. Там, в относительной безопасности, она удостоверилась, что Аарон наконец-то сел в такси, а Леонардо только что закончил возню с регистрацией.

— Смелее, — сказала она себе и вернулась к Мэвис.

— Смотри, я на мониторе! — Мэвис сидела на кровати, вся раскрасневшаяся от возбуждения. — Видишь, это сердцебиение ребенка, а вот эта штука — для измерения схваток.

Долли со щелчком натянула на руку гигиеническую перчатку.

— Сейчас мы проверим расширение шейки матки.

«Господи, сжалься надо мной».

— Я буду в коридоре.

— Нет, не уходи!

Мэвис вытянула руку. Ева обреченно взяла подругу за руку, а Мэвис тем временем развела ноги и приняла гинекологическую позу.

— Леонардо уже поднимается, — сообщила Ева, старательно устремив глаза на лицо Мэвис и никуда больше.

— Около трех сантиметров, — объявила Долли. — Времени у вас полно, так что расслабьтесь. Дайте мне знать, могу ли я вам что-нибудь принести. А вы — Даллас, верно?

— Да.

— Что я могу вам принести?

— Огромный бокал вина.

Долли засмеялась.

— Нет-нет, никакого алкоголя, пока ребенок не родится. Вот когда родится, мы все за него выпьем и тост скажем. Может быть, чашечку чая?

Ева хотела попросить кофе, но вовремя вспомнила, что больничная бурда ничем не лучше той, что дают в полицейском управлении.

— Пепси есть?

— Конечно.

— Мой Пирожок! — завопила Мэвис, когда в палату вошел Леонардо с огромной вазой чайных роз. — Ой, ты принес мне цветы, а я еще даже ребенка не родила.

— Они похожи на солнце, и ты можешь сфокусироваться на них, пока сюда не доставят твою сумку. — Он наклонился и нежно поцеловал ее в лоб. — С тобой все в порядке? Может, принести тебе колотого льда? Может, включить музыку?

— Это ты похож на солнце. Нет, я в порядке, все просто волшебно. Три сантиметра, и счет идет. Я так рада, что ты здесь. Я так рада, что вы все здесь. Все именно так, как я и представляла. Соммерсет, вы мой ангел, побудьте с Тэнди, пока… Ой! Опять.

Раз уж у кровати суетился Леонардо, Ева позволила себе отойти подальше и встать рядом с Рорком.

— Я видела их обеих голыми, и теперь я напугана на всю жизнь. Человеческое тело не должно так растягиваться. Оно для этого не приспособлено.

— Меня больше тревожат другие части тела, которые растягиваются.

— Ой, я тебя умоляю, замолчи!

— Это было не так уж страшно, — весело объявила Мэвис и послала Леонардо взгляд, полный тягучей нежности. — Медвежонок, помнишь, о чем ты меня просил? На прошлой неделе, и в прошлом месяце, и в позапрошлом месяце?

Он держал ее за обе руки и теперь прижал их к сердцу.

— Ангел мой!

— А!

Ева отвела взгляд, когда их губы слились в бесконечно страстном поцелуе.

— Мы женимся! — пропела Мэвис.

— Без балды? — отреагировала Ева.

— Абсолютно. Мы будем абсолютно связаны.

— Я месяцами ее упрашивал. — Лицо Леонардо сияло. — И наконец! Я сошью тебе совершенно потрясающее свадебное платье.

— Ой, нет, не получится. Сладенький мой, мы должны сделать это сейчас. До того, как родится ребенок.

— Прямо сейчас?

— Я точно знаю, что так нужно. Ребенок идет, и я хочу быть твоей любящей женушкой, когда мы увидим его или ее в самый первый раз. Когда мы в первый раз возьмем его на руки. Пожалуйста!

— Но у нас же нет лицензии, и мы ни с кем ни о чем не договаривались.

Ее нижняя губа задрожала.

— Но это должно быть сейчас.

— Держись! — Ева вскинула руку, прежде чем отверзлись шлюзы. — Я думаю, мы с этим справимся. Дай нам пару минут.

Она вышла из палаты вместе с Рорком.