Лицо в темноте - Нора Робертс

Значит, эта сука решила, что может запросто уйти от него? Может выйти за дверь и отправиться куда угодно? Когда он ее найдет, то вправит ей мозги. А найдет он ее обязательно. Дрю горько сожалел, что не избил жену сильнее перед ее отлетом во Флориду.

Ему надо было не спускать с нее глаз, ведь ей же нельзя доверять. Мужчины должны верить только проституткам. Те выполняют свою работу, получают за нее деньги, и все. Между честной проституткой и шлюхой целая пропасть. А его женушка с милым лицом — шлюха. Такая же, как и его мать.

И у нее еще хватило духа смыться. Хватило наглости перевести на себя деньги и закрыть кредит. Дрю был опозорен в магазине, когда продавец отобрал у него кашемировый плащ, холодно заметив, что кредитная карточка закрыта.

Она за это заплатит, будь он проклят.

Потом эта дрянь заставила какого-то сопливого адвоката прийти к нему с бумагами на развод. Да он скорее убьет ее, чем согласится.

Нью-йоркский адвокат ничем не помог. Развел ахинею о профессиональной этике по отношению к другой фирме. Миссис Латимер не желает открывать свое местонахождение. Не беспокойтесь, он найдет ее и вышибет из нее дурь.

Сначала он испугался, что Эмма вернулась к отцу. Учитывая предстоящую благотворительную акцию и его намерения заняться сольной карьерой, Дрю не хотел, чтобы против него выступил такой влиятельный человек. Но тут Брайан позвонил сам, чтобы сообщить о смерти мамаши Эммы. К счастью, Дрю быстро нашелся: Эмма ушла, мол, на весь вечер с подругами, но он обязательно передаст ей. Если Макавой не знает, где находится его сука-дочь, то и другие члены группы не знают. Бев тоже отпадает. Если бы Эмма отправилась в Лондон, папаша был бы в курсе.

Или они водят его за нос, хохоча над ним. Если это действительно так, он отплатит Эмме с процентами.

Ее нет уже больше двух недель. Что ж, пусть она хорошо использует это время — ей предстоит заплатить за каждый час.

Дрю поежился, втягивая голову в плечи. Кожаный пиджак защищал от холода ранней весны, но в ушах шумело от ветра. Или, возможно, от бешенства. Эта мысль ему понравилась больше, он даже усмехнулся, направляясь к метро.

Пользоваться этим видом транспорта было для него унизительно, но в данных обстоятельствах менее опасно, чем такси. Дрю не терпелось сделать что-нибудь этакое… неприятное Марианне.

Эмма солгала ему. Ее подруга тоже была на похоронах. Дрю видел их на снимке в газете. Несомненно и то, что Марианна стала соучастницей его женушки. Она знает, где прячется Эмма. Но когда он с ней закончит, она с радостью это выложит. Дрю воспользовался ключом, отобранным у Эммы несколько месяцев назад. Войдя в подъезд, он набрал код и, когда двери лифта закрылись за ним, с нетерпением потер костяшки пальцев. Он надеялся, что Марианна еще в постели.

В квартире было тихо. С радостно колотящимся сердцем Дрю бесшумно двинулся по лестнице и поднялся наверх. Там его ждало разочарование: кровать пуста, а постель хоть и смятая, но холодная. Разочарование было столь велико, что Дрю выплеснул его, учинив в квартире погром. Целый час он в ярости разрывал одежду, крушил посуду, вспарывал подушку за подушкой взятым на кухне ножом.

Он вспомнил о картинах в студии, но, когда направился туда, зазвонил телефон. Дрю подскочил от неожиданности. Он тяжело дышал, глаза заливал пот, болела прокушенная при уничтожении дивана губа.

На четвертом звонке включился автоответчик:

— Марианна…

Услышав голос жены, Дрю скатился по лестнице и чуть было не схватил трубку.

— Наверное, ты еще в постели или у тебя руки в краске, так что перезвони мне. Попробуй все-таки застать меня утром. Я иду брать уроки серфинга. Представляешь, уже могу стоять на доске целых десять секунд. Не завидуй, сегодня в Лос-Анджелесе будет настоящее пекло. Звони.

В Лос-Анджелесe, значит. Обернувшись, Дрю впился взглядом в портрет жены на оштукатуренной стене.

* * *

Через час, когда Эмма уже выходила, раздался звонок. Она вернулась, заперла за собой дверь и лишь после этого взяла трубку.

— Эй, привет. — Голос Марианны был сонный и довольный.

— И тебе привет. Только что встала? В Нью-Йорке, должно быть, полдень.

— Я еще в кровати. Кровати дантиста.

— Ставишь коронку?

— Давай скажем так: его таланты выходят за рамки зубной гигиены. Я позвонила домой, и автоответчик выдал мне твое послание. Ну, как ты?

— У меня все в порядке.

— Рада слышать. Майкл идет с гобой?

— Нет, он работает.

Марианна поморщилась. Раз уж она сама не могла присматривать за Эммой, то рассчитывала, что это сделает полицейский. Услышав шум душа, она лениво подумала о любовнике, которому следовало бы вернуться к ней в кровать, а не бежать сражаться с кариесом.

— Больные зубы или плохие люди… наверное, мужчина должен выполнять то, что ему предназначено. Слушай, я надеюсь через пару недель приехать к тебе.