Гладиаторы «Спартака» - Георгий Миронов

Ни про эту группировку, ни про мифического Кота в местной милиции слыхом не слыхивали. Но мало ли что, раз в год и беременная коза стреляет, как говорит владелец привокзального газетного киоска единственный еврей в городе Абрам Исаич Кац.

Словом, сдал Ваня информацию на Кота: якобы банда в 14:30 на углу улиц Костыревой и имени вождя мирового пролетариата будет проводить «стрелку» с бандой зарайского авторитета Сизого. И будет стрельба.

Местной милиции страсть как не хотелось влезать в эту разборку. Но раз был «сигнал», не прореагировать они не имели права, тем более звонок коллегам в Зарайск дал неожиданную информацию: там действительно есть авторитет по кличке Сизый, и объявлен он во всероссийский розыск, и что в Прикамск выезжает начальник уголовного розыска Зарайска майор милиции Крылов. Такие вот пироги вышли.

Но ждать Крылова было не с руки: поезд из Зарайска, которым кстати прибыл в Прикамск полковник Патрикеев, был в 8 утра. Следующий же ожидается лишь в 16:00. И, учитывая фактическую самостоятельность железнодорожного ведомства от государства, повлиять на ситуацию не было никакой возможности. То есть ускорить процесс при всем желании — ну никак.

Скрепя сердце решили Сизого брать сами. Кота опера почему-то не сильно боялись. Вo-первых, свой, прикамский. Во-вторых, если про него до последнего времени ничего не было слышно, так и тут, может, он не сильно проявит свои бандитские замашки. В общем, решили выехать на место, присмотреться, а там уж и действовать.

На место прокурорские машины и автомобили ФСБ прибыли почти одновременно и остановились метрах в пятидесяти друг от друга, словно выжидая. Каждая группа считала, что ей противостоит одна из сторон — участниц «стрелки», и ждала вторую.

Вот почему, когда прибыли две милицейские группы на обычных машинах без пугающей ментовской атрибутики в виде сирен, мигалки и грозных окриков (приказ был «действовать аккуратно»), то счет уже пошел на секунды. Как ни странно, первыми не выдержали нервы у прибывших последними милиционеров, — кто-то из них с громким криком: «Все на землю! Лежать! Руки за голову!» — выскочил из подержанной «тойоты» и выстрелил в воздух.

Сотрудники ФСБ, не привыкшие к такому хамскому обхождению и не видя на таком расстоянии лиц, тут же открыли огонь на поражение. Слава Богу, физически пострадали только четыре колеса «тойоты», багажник и лобовое стекло. Ну и некоторое эмоциональное поражениe ощутили милиционеры, по которым вдруг стали так активно стрелять. Они уже готовились открыть ответный огонь. Ситуация была прочитана ими так: «свой» Кот в них не стреляет (за Кота они приняли командовавшего прокурорской группой полковника Патрикеева), а вот приезжий Сизый, за которого они держали неузнанных на таком расстоянии своих «соседей» фээсбэшников, сволочь такая, — ему терять нечего, он в розыске — ведет огонь, не думая о потерях.

Трудно сказать, чем бы кончилась эта хорошо продуманная мизансцена, если бы Патрикеев не прочитал всю драматургию с начала и до конца, не положил «ПМ» на капот «Жигуля», не поднял высоко вверх удостоверение Генеральной прокуратуры России и не закричал зычным голосом:

— Я полковник Генеральной прокуратуры России. Немедленно прекратить стрельбу! Имеет место недоразумение.

И, уверенно держа удостоверение на вытянутой вверх руке, он вышел из-за машины на легко простреливаемое пространство.

И тут раздался выстрел.

Каждый из участников этой сцены готов был поклясться не только в том, что сам он не стрелял, но и в том, что не стреляли из его группы. И это было правдой. Стреляли с крыши склада, метров со 150-ти, явно из снайперской винтовки Драганова. Стреляли не пугая — на поражение!

И более того, цель при стрельбе была поражена. Первые две пули впились в асфальт у ног Патрикеева, а третья вошла в грудь как раз под левым соском. Два офицера ОСО Прикамской горпрокуратуры мгновенно оттащили отяжелевшее тело московского полковника за машину. Он не дышал...