Как две капли воды - Сандра Браун

– Спасибо большое.

Дверь номера с шумом захлопнулась. Когда он вернулся, его лицо было так же сумрачно, как до сих пор тянувшиеся по небу низкие облака.

– В следующий раз, Дерк, если я решу подстричься, то сам дам тебе знать, если сочту, что это тебя касается, хотя, говоря по совести, пока я так не считаю. И я буду тебе чрезвычайно признателен, если ты прекратишь шарить по моим шкафам и будешь советоваться со мной, прежде чем ко мне вторгаться.

– Но у нас не было другого места для сбора, – вме­шался Эдди.

– Черта с два! – выпалил Тейт, набрасываясь на сво­его друга, который осмелился подать голос. – В этой гостинице несколько сотен комнат. Но коли вы уже здесь, – продолжал он, беря листы бумаги, которые перед тем бросил на туалетный столик, – то соблаговолите объяснить, что бы это значило?

Ральф наклонился и прочел несколько строк.

– Это твоя позиция по поводу нового закона об обра­зовании.

– Как бы не так. Это туфта! – Он хлопнул по стра­нице ладонью. – Сплошная прилизанная, выхолощенная, гладенькая туфта.

Зи встала:

– Мы с Мэнди пойдем в другую комнату смотреть те­левизор. – Она взяла девочку за руку.

– Ба, хочу на горшок.

– Хорошо, солнышко. Фэнси, ты, наверное, хочешь пойти с нами?

– Еще чего. Да я за десять миллионов отсюда не сва­лю, – ответила та с кровати, вскрыла пачку жевательной резинки и отправила в рот очередную пластинку в допол­нение к той, которую уже мусолила.

Когда дверь за Зи и Мэнди закрылась, Ральф попытал­ся снизить накал страстей:

– Тейт, нам просто показалось, что по некоторым во­просам твою позицию следует несколько смягчить.

– Ничего мне не сказав? – возмутился тот, глядя на него с высоты своего роста. – Это моя позиция! – Он ударил себя кулаком в грудь. – Моя!

– Но по результатам опросов ты отстаешь, – рассу­дительно заметил Ральф.

– Так было и до того, как я нанял вас для консульта­ций, с тех пор я скатился еще ниже.

– Правильно, потому что нас не слушал.

– Вот и нет. – Тейт упрямо затряс головой. – Как раз напротив, я слушал вас чересчур много.

Эдди поднялся со стула:

– На что ты намекаешь?

– Я не намекаю. Я прямо заявляю, что не нуждаюсь в том, чтобы мне выбирали костюмы и рубашки или вызы­вали парикмахеров. Я прямо говорю: не желаю, чтобы мне смягчали позицию, пока она не станет настолько мяг­кой, что я сам перестану ее узнавать. Те, кто поддержал меня именно из-за этой моей позиции, решат, что я рех­нулся. Или, хуже того, что я их предал.

– Ты делаешь из мухи слона.

Тейт посмотрел прямо в лицо своему брату, который подал эту реплику.

– Джек, тут не тебе волосы стригли.

– С таким же успехом могли бы постричь и мне, – вскинулся тот в ответ. – Я, как и ты, весь в этом деле.

– Тогда ты должен понимать, как для меня важно ос­таваться самим собой.

– Но ты и остаешься, – сказал Эдди.

– Черта с два! Что плохого в том, как я одет? Неужто вы и впрямь думаете, что для рабочих «Дженерал дайнемикс» важно, какого цвета на мне рубашка? Да им на это плевать! Им важно, поддерживаю ли я крупные оборон­ные программы или считаю, что расходы на оборону надо сокращать, поскольку мой голос в Сенате может в свое время определить, будет ли у них работа на ближайшие годы.

Он перевел дух и взъерошил волосы. К своей радости, Эйвери увидела, что парикмахер не успел их сильно уко­ротить.

– Гляньте, ребята, вот он я, – заговорил он снова и встал, растопырив руки. – Такой, каким попал в список кандидатов. Таким я вышел к техасским избирателям. Измените меня – и они меня не признают.

– Да мы не хотим изменить тебя, Тейт, – горячо за­протестовал Дерк. – Мы хотим всего лишь тебя усовер­шенствовать.

Он похлопал Тейта по плечу, но тот сбросил его руку:

– Джентльмены, я хотел бы побеседовать с членами моей семьи.

– Если что-то надо обсудить…

Тейт поднял руку, предупреждая их возражения:

– Попрошу вас.

Они нехотя потянулись к двери. Прежде чем выйти, Дерк бросил на Эдди многозначительный взгляд.

– Кэрол, не нальешь мне чашечку кофе?

– С удовольствием! – Она встала, а Тейт опустился в кресло. Подав ему чашку, она села на мягкий подлокотник.

Тейт одной рукой взял чашку, а другую небрежно по­ложил ей на колено.

– Ну и речь ты закатил! – прокомментировал Эдди.

– Я старался сделать по-твоему, Эдди. Вопреки своему убеждению, я позволил тебе их нанять. – Он открыто взглянул на друга и без обиняков закончил: – Но они мне не нравятся.

– Я поговорю с ними и попрошу немного сбавить обороты.

– Погоди. – Тейт остановил Эдди, который направился было к двери. – Этого мало. Они же просто не слушают.

– Ладно, скажу им, что к концу турне мы рассчитыва­ем на радикальные изменения результатов общественных опросов и так далее.

– И этого мало.

– Так что же ты предлагаешь?

Тейт обвел взглядом всех присутствующих и ответил:

– Дать им отставку.

– Уволить их? – воскликнул Джек. – Но это невоз­можно!

– Почему? Мы же наняли их, разве не так?

– Нельзя дать от ворот поворот таким людям, как «Вейкли и Фостер». Ты больше никогда не сможешь к ним обратиться.

– Невелика потеря.

– Говорю тебе, так нельзя, – не сдавался Джек.

– Тейт, прошу тебя, обдумай все как следует, – взмо­лился Эдди.

– Я уже обдумал. Мне они не по нутру. Как не по нут­ру и то, что они пытаются делать.

– И что же они такого пытаются делать? – Джек весь набычился.

– Пытаются меня изменить так, как им кажется луч­ше, превратить в какого-то другого человека. О’кей, воз­можно, мне и впрямь нелишне было бы слегка пообтесать­ся. Я не возражаю, чтобы меня чуть-чуть поднатаскали, научили быть более гибким. Но я совсем не хочу, чтобы мной управляли, чтобы заставляли произносить слова, с которыми я совершенно не согласен.

– Ты просто артачишься, – заявил Джек. – Совсем как в детстве. Стоило мне сказать тебе, чтобы ты чего-нибудь не делал, и ты тут же костьми был готов лечь, что­бы сделать это – лишь бы показать мне свою самостоя­тельность.

Тейт глубоко вздохнул:

– Джек, я выслушал твой совет, а твое мнение всегда много для меня значило. Я не хочу упрекнуть тебя за ре­шение их нанять…