Одноклассники - Хельга Графф

– А потом всё закрутилось! Мне казалось, я не могу принести еще одно разочарование в ее и без того несчастливую жизнь и раз встречаюсь с ней и сплю, значит, должен уйти из семьи и жениться на ней…

«Что ты с успехом и проделал, но вовремя опомнился», – констатировала я случившееся.

Никакого облегчения его рассказ мне не принес, только вернул воспоминания о том дне, когда они резвились в нашей спальне, совершенно не думая, что этот порнографический спектакль может кому-то принести огромные боль и разочарование. Стало противно, однако дослушать историю о том, как он докатился до жизни такой, мне просто необходимо.

– Она мне нравилась, но я чувствовал в ней стерву. Никогда эта девица не останавливалась ни перед какими обстоятельствами. В какой-то момент подумал: «Что я делаю? Ведь потеряю единственную ценность в своей жизни – мою семью», но закончить отношения с ней не хватало духу. Возможно, если бы ты тогда была рядом и помогла мне, я бы разрубил этот «гордиев узел», но ты уехала, оставив меня один на один со всеми этими проблемами, – горько закончил он.

И вновь всплыл вопрос: «Кто виноват?», и тут же прозвучал вполне ожидаемый ответ: оказывается, я. Во всем случившемся виновата я! Я, брошенная жена, оставила его, не поддержала, не помогла справиться с обстоятельствами! А теперь, скажите мне на милость, кто из нас «сильная половина человечества»?! Наверное, все же мы, женщины, потому что «сильной половиной» наши дорогие мужчины могут называться лишь благодаря своим физическим данным и только, а в остальном без нашей женской опеки, поддержки и защиты вообще не способны к принятию никаких жизненно важных и необходимых решений.

– …потом она сказала, что забеременела, а я не смог отправить ее на аборт!

Он повторил один в один все то, о чем писал мне в своем письме Алешка, когда его сожительница Лиля ждала ребенка. Не зря же их «боевая» юность прошла вместе и поступки были идентичными, и поведение, и слова!

– Конечно, я понимаю, она сделала всё, чтобы забеременеть и выйти за меня замуж, но общий ребенок – еще не повод для замужества, – сделал свое философское заключение Ефим, – вовремя очухался! Всегда знал, что не могу тебя потерять, но вот было какое-то затмение. Оленька, любимая, – обратился он ко мне с невероятной нежностью, – давай забудем, родная, обо всем произошедшем, очень тебя прошу! Этот ребенок никогда не появится в нашей семье, хотя и рядом с такой матерью ему совсем не место! – продолжал он. – Сейчас она усиленно ищет состоятельного человека, чтобы выйти замуж, поэтому Фимка ей не нужен. Он был лишь поводом зацепить меня на крючок, но леска, к моему счастью, оборвалась. Я справлюсь с ситуацией, потому что очень тебя люблю и никакая другая женщина мне не нужна. Ты единственная, предназначенная мне по жизни, поэтому ничего в голову не бери!

Я повернулась к нему, обняла, прижалась. Как я могу его не простить, как? Теперь он мой и больше я его никогда не потеряю, даже временно…

Постепенно, день за днем, мое душевное состояние стало приходить в норму. Я старалась не думать о произошедшей истории. Мы отлично провели время с бабушками и дедушкой, и даже в моем просторном доме стало тесно от такого количества самых близких людей, но нам было хорошо и весело вместе. Незабываемые дни! Наконец, счастливые от того, что все трудные времена прошли и наши отношения вернулись в прежнее русло, мои родители и Софья Семеновна разъехались по домам. Элька с семьей тоже покинула наш коллектив, а мы с детьми отправились в путешествие в далекую загадочную Индию.

В эту страну я ранее ездила вместе со своим вторым мужем Левой, а вот Фима и ребята очутились здесь впервые.

Индия – интересная и удивительная страна. Их странное вероисповедание пропагандирует абсолютно свободное отношение к жизни, что-то вроде: «Хорошо быть кошкою, хорошо собакою, где хочу пописаю…» – ну и так далее по тексту. Нет никаких этических норм поведения. Никто и не думает соблюдать здесь какие-то правила, в том числе и приличия. В глаза сразу же бросается вопиющая нищета. Почти повсюду страшная грязь, и в этой грязи как-то живут люди! Жилье для бедных представляет из себя конуру, в которой можно лишь лежать. В нее они даже не заходят, а заползают. Здесь же, на улице, в буквальном смысле, в грязных лужах готовят, стирают, моют посуду и моются сами, здесь же справляют нужду, вернее, нужду справляют везде, как только приспичит, здесь же бродят грязные, несчастные, голодные, брошенные на произвол судьбы животные, и здесь же кругом возвышаются курганы разнообразного мусора. Настоящий ужас! Вся обстановка представляет из себя невероятный хаос. Перемешалось всё: люди, кони, рикши… никакого порядка, одним словом – бардак! Но как и везде, есть и богатые кварталы с их обитателями, которые фактически изолированы от остального нищего, замученного жизнью несчастного народа.

Правда, здесь много чего интересного. Более всего меня поражает одежда индийских женщин – сари. На каждой свой наряд, и невозможно увидеть два одинаковых платья. Это касается даже самых бедных слоев населения. Нет женщин в брюках и джинсах. Кроме того, все индуски на всех частях тела имеют огромное количество золотых украшений. Рынки кипят. Есть и мусульманские кварталы, ведь Пакистан находится почти за «стенкой». А еще поражают воображение четвероногие. Тощие, грязные, едва держащиеся на ногах коровы ходят среди мусорных куч, как бродячие собаки, выискивая что-нибудь съестное, а одна подошла ко мне и рухнула на все четыре ноги, думаю, от голода. Сердце зашлось от сострадания, поэтому пришлось срочно купить лепешки и накормить ими несчастную Буренку. Она посмотрела на нас такими благодарными, почти человеческими, глазами, что перехватило дыхание, и еще долго шла за нами следом. Если бы коровка была не такой крупной, я бы непременно увезла ее с собой. Вот такая пофигистская страна, так они оберегают священных животных! Нашему возмущению не было предела! После всего увиденного я даже решила по возращению домой записаться в партию «Зеленых».

Больше всего боялись за детей: хоть и сделали прививки, все же можно было подцепить какую-нибудь заразу. Нас заранее предупредили, что в городе есть нельзя, поэтому питались мы только в нашем пятизвездочном отеле с неплохой кухней, хоть и очень острой для непривычного к такой пище российского желудка. Однажды, ужиная в ресторане, где исполняли живую музыку, я по профессиональной привычке, глядя на певца, невольно сделала танцевальный жест рукой. Певец отреагировал сразу же, знаками пригласив меня на площадку. Мой Фимочка тоже прекрасно двигается и составил мне компанию. Наш замечательный дуэт выдал все, на что был способен. Индусы, а ресторан был полон, просто обалдели от нашего выступления. Видимо, совсем не ожидали, что европейцы способны продемонстрировать танцевальные па с индийским колоритом, да еще столь виртуозно! После окончания нашего выступления весь зал, стоя, бурными аплодисментами выразил свое восхищение, а позже к нашему столику потянулись поклонники и поклонницы нашего совместного творчества. Фимочка и дети блестяще говорят по-английски, поэтому принимали комплименты в оригинале, я же среди них – белая ворона, хромаю в английском на обе ноги, правда, неплохо владею немецким и французским и понимаю восточные языки. Демонстрировать свои скудные познания не хотелось, а посему оставалось только мило улыбаться восторженной публике.