Крылья страха - Анна Данилова

* * *

– Ее нет…

Они обошли всю квартиру. Полины нигде не было. Ни записки, ничего…

– Ты говоришь, что следил за мной? – Юля села в кресло и закурила. – Присаживайся, в ногах правды нет… Ты даже не знаешь, где ее сейчас искать…

– Все началось с того, что я никого не послушался и приехал сюда в первый же день, когда она поселилась в твоей квартире… Я ждал, что она начнет куролесить. Она непредсказуемая, невероятная, у нее свои планы… в которые она никого не посвящает.

– Дальше, не отвлекайся.

– Я ходил вокруг дома, смотрел в окна… Боялся, что ты меня заметишь… Но и ты здесь не ночевала… Ты по-прежнему спишь с Ломовым?

– Это тебя не касается. Что было дальше?

– А потом ты приехала. В куртке, позавчера…

– Но я не надевала куртку вообще… Ты увидел Полину, которая откуда-то возвращалась…

– Не знаю, может быть… А потом она, или ты… снова вышла, пошла на автобусную остановку, я следом… Она поехала к дому Сырцова. Она звонила из автомата…

– Крымов, ты совсем потерял голову. Зачем мне было ехать на автобусе, если у меня есть машина, зачем мне было звонить из автомата, если у меня есть сотовый телефон?

– А я знаю? Мне еще Щукина говорила, что ты постоянно забываешь про сотовый. Кроме того, я же видел – это была ты! Светлые волосы уложены на макушке, как вот сейчас у тебя… Фигурка, походка… Стройные ножки…

– У Полины тоже ножки в порядке. Дальше!

– А потом она быстро вошла в подъезд и вышла оттуда минут через двадцать с сумкой…

– А откуда ты знаешь, что это дом Сырцова? Ты что, был знаком с ним?

– Нет, но после того, как господин прокурор стал продавать свои машины, я насторожился…

– Но почему? Ты связал это с убийством Садовниковых?

– Если честно, то нет. Я в первую очередь вспомнил о том, что Сырцов – любовник Полины.

– Это она сама тебе рассказывала?

– Нет, она всегда это отрицала, но я знал, мне сообщили…

– Кто?

– Я не могу тебе сказать, да это и не имеет никакого отношения к делу. Просто я сразу подумал о том, что Сырцова шантажируют… А тут Полина просит спрятать ее… Все сошлось. Но чем бы таким могла Полина шантажировать Сырцова, как не интимными отношениями?

– Ты думаешь, это могло бы сыграть какую-то роль? Мы же не в Москве. Хотя у Сырцова семья…

– Думаю, что факт продажи прокурором своей недвижимости мог бы шокировать его жену не меньше, чем измены супруга. И тогда я подумал, что их связывает нечто большее… Посерьезнее.

– Ты опять отвлекся… Это все рассуждения. Что было потом, после того, как Полина в моей одежде вышла из дома Сырцова? Теперь-то ты понимаешь, что она звонила ему, чтобы проверить, есть кто дома или нет… Скорее всего у нее были ключи от его квартиры, она вошла к нему и взяла сумку… Но вот что было в этой сумке?

– Не знаю. Но навряд ли деньги, может, какие бумаги… Может, он как прокурор был нечист на руку?

– Как это?

– У прокурора огромная власть.

– Я догадываюсь. Ты поехал за Полиной?

– Ну да… Только она снова села в автобус, и я ее потерял… Так и не понял, на какой остановке она вышла, я-то ехал на машине…

– А как ты оказался в больнице?

– Никак. Я вернулся домой и лег спать. А перед этим я звонил Щукиной и расспрашивал про тебя. Она сказала мне, что ты в Поливановке. Я не поверил. Что ты там делала?

– Искала родителей Ирины Сконженко.

– А это еще кто?

– Та самая девочка, которая давала показания против Саши Ласкиной, ее подружка. Она, оказывается, пропала…

И Юля рассказала ему про Сконженко.

– Ты все-таки думаешь, что Рита Басс и Саша Ласкина – жертвы одного и того же насильника?

– Я могу только предполагать и работаю в этом направлении… Причем связующее звено в этом деле – Герман Соболев.

– Так вот, после того, как я выспался у себя дома, я снова поехал к тебе. Но по дороге позвонил Корнилову, он обещал мне кое-что рассказать…

– Так это он тебе рассказал о том, что Полина была любовницей Сырцова?

– Ну он…

– И чего это она от тебя скрывала подобное? Насколько мне известно, ей нравилось шокировать публику своими откровениями…

– Если молчала и отказывалась, значит, на это была причина…

– Разумеется. И что дальше? Что сказал тебе Корнилов?

– То, что Сырцова увезли в клинический городок с инфарктом.

– Надеюсь, ты связал это с сумкой, которую Полина вынесла из его квартиры…

– В доме, кроме Сырцова, живут десятки людей… Но, конечно, я думал прежде всего о твоей связи с Сырцовым…

– Моей?

– Земцова, какая же ты бестолковая, я же думал, что это ты!

– Извини, я забыла, что меня уже записали в преступники. И что же, ты видел, как «я» вышла из своего дома в кожаной курточке и на такси поехала в больницу?

– Откуда ты знаешь, что на такси?

– Но ведь Сырцова убили поздно ночью. Автобусы в моем районе уже не ходят, поэтому Полина, переодевшись в мою одежду, взяла такси и поехала в больницу…

– Нет, она поехала не в больницу…

– А куда же?

– Ко мне… Я ехал следом за ней. Я видел, как Полина поднимается ко мне… Но я же думал, что это ты…

– И что дальше?

– Ничего, меня же дома не было. Я сидел в машине в нескольких метрах от своего подъезда… Я бы удивился, если бы увидел СЕБЯ выходящим из дома…

– Это уже из области сюра. Дальше, – требовала Юля.

– А вот после этого она поехала уже в больницу…

– Но как Полина узнала, что Сырцов там?

– Об этом раструбили по телевизору…

– Все правильно, она целыми днями смотрела телевизор… Услышала, куда именно его отвезли, и поехала к нему – проведать… А ты – за ней?

– Ну конечно! Я видел, как ты вошла… вернее, она вошла в приемный покой… И удивился еще тогда, что ее впустили… Но она вошла не сразу, сначала разговаривала с дежурной через дверь, только я ничего не слышал. А потом ей открыли, и я не удивляюсь – она кого хочешь уговорит.

– Ты видел, как Полина выходила оттуда?

– Нет, я так и не дождался. Я даже уснул, обхватив руль… А проснулся оттого, что послышался шум, вой сирен и все такое… Моя-то машина стояла возле крыльца, меня сразу же вытряхнули из нее, заломили руки, надели наручники… Я ничего не понимал… Весь двор был заполонен милицейскими машинами… И только позже я понял, что произошло – убили прокурора…