Bye-bye, baby!.. - Виктория Платова

Зачем он соврал? Зачем? Джей-Джей знал только, что этопроизошло спонтанно и не имело никакого умысла, кроме разве что одного: онпопросит ее говорить на русском и она не откажет ему в подобной малости, онабудет говорить,

а он будет слушать, упиваясь мелодией слов, слетающих с еенемного усталых и таких прекрасных губ, не это ли называется счастьем?..

– То есть я знаю несколько слов по-русски… «Привет,пельмени, на здоровье, я люблю тебя»…

– Этого недостаточно, Джей-Джей.

– А еще у меня есть разговорник.

– Этого тоже недостаточно. Хотите, я немного подтянувас по русскому?

– Нет, – подумав секунду, осторожно произнесДжей-Джей. – Я бы хотел… Хотел, чтобы вы разговаривали со мной по-русски,не прибегая ни к каким другим языкам.

– Но вы же ничего не поймете…

Это не важно. Вы даже не представляете, как мне нравитсярусская речь! Я просто влюблен в русский, я бы так хотел понять и почувствоватьего… Вы сможете сделать это для меня, если вас не затруднит… Общение со мной?

– Хорошо. – Та женщина поднялась на цыпочки изаглянула в глаза Джей-Джею. – Я попробую.

…Она и правда попробовала.

Она пробовала весь следующий день, который они провеливместе: у бассейна, в бильярдной и боулинге, в крытой галерее с магазинчиками,где Джей-Джей неожиданно для себя купил на остатки денег дорогущий несессер; вкинотеатре с триллером вместо комедии, куда они, посовещавшись, снова не пошли.Поначалу это были беглые заметки о России в сравнении с другими странами, апотом – просто заметки о России, не самой счастливой, но самой удивительнойстране. Потом та женщина приступила к Петербургу, который и впрямь оказалсястолицей фонарей, кошек и разводных мостов, а еще – меккой туризма, а еще –меккой андеграунда, но жить в Петербурге – сущее наказание.

Слишком много воды и слишком много печали.

Когда с Петербургом было покончено, она незаметнопереключилась на свою собственную жизнь. Не так давно она была владелицейглянцевого журнала и модельного агентства, курила по две пачки в день, потомнадолго бросила, потом снова закурила, но сейчас подумывает о том, чтобы сновабросить – табак плохо влияет на цвет лица; была замужем и развелась, и у нее вжизни было три любви – две счастливых и одна несчастная. К замужеству они неимеют никакого отношения, и теперь уже и не вспомнишь, какие из них былисчастливыми, а какая – несчастной; со временем и та, и другая становятся простовоспоминанием о любви – грустным, как и любое воспоминание.

Оглушенный напором и яростью русского языка – самогопрекрасного на свете, – Джей-Джей не понимает даже, для кого именно онарассказывает, перед кем исповедуется?

Скорее всего, перед самой собой.

У той женщины никогда не было кошек, но она любила горныелыжи и джаз и одного парня, ровесника Джей-Джея, к счастливой или несчастнойлюбви эта любовь тоже не относится. Но из-за того никчемного парня она погубиламолодую девушку (очень молодую и очень талантливую), столкнула ее в пропасть вгорах. Смерть девушки до сих пор считают трагической случайностью.

История с пропастью кажется Джей-Джею чересчурмелодраматичной.

Наверняка все было не совсем так, как рассказывает таженщина, нужно убедить ее не страдать, успокоиться и перестать наконецпереживать эту чужую, сомнительную смерть, но… Джей-Джей не может даже ртараскрыть.

Он ведь совсем не знает русского.

Так думает та женщина, Елена, в которую Джей-Джей влюбленнастолько сильно, как никогда еще не был влюблен.

К концу дня Елена выглядит измотанной, и опустошенной, ипостаревшей лет на десять – но от этого не менее прекрасной.

– Хорошо, что ты ничего не понимаешь, мальчик, –говорит она и тут же переходит на английский: – Хочешь переспать со мной,Джей-Джей?

– Да, – отвечает ей на русском Джей-Джей. –Это все, о чем я мечтаю…

* * *

…Джей-Джей проснулся оттого, что ему приснился кот.

Джей-Джей лежал в странном, хотя и знакомом месте: поднебольшим валуном, в окружении серых хлопьев тумана и почему-то в липкойболотной жиже. Дышать было довольно затруднительно, и все из-за того, что котиз файла 001.jpg. наконец-то материализовался и устроился у него на груди.

– Просыпайся, черная душа, – сказал кот. –Просыпайся и взгляни на труды свои, приятель. Ты не удержался, как всегда.Прошел путь до конца. Но теперь все изменилось. Абсолютно все. Абсолютно.

– Пошел ты к черту! – Джей-Джей попытался поднятьруку и согнать кота с груди, но ничего не получилось.

– Придется проснуться, – кот навалился на грудьДжей-Джея с еще большей силой, – ты же не можешь спать вечно! Ты – не они.

– Кто это – они?

– Все те девушки, которых ты закопал рядом с валуном усторожки Хэгстеда, помнишь? Магда, Элен, Флора и эта чернушка Агу, она такпереживала о судьбе бедных антилоп.

– Не говори чуши, – вяло отмахнулсяДжей-Джей. – Все эти девушки когда-то были со мной, я не отрицаю… Ивозможно, я не слишком хорошо с ними поступил… Но они давно меня простили.

– И давно лежат в земле. Задушенные, с вырваннойтрахеей…

– Неправда…

– Вырванная трахея – твое изобретение, твое ноу-хау.Последний штрих в изучении иностранного языка. С которым ты сливаешьсяполностью только тогда, когда срезаешь мясо с бедных девичьих шеек.

– Неправда!

– А ты проснись и загляни в свой желтый чемодан! Они исейчас там, хорошо обработанные, вываренные в кипятке и отполированные… Давай,просыпайся!

– Не хочу тебя слушать.

– Можешь не слушать, а у Хэгстеда никогда не было жены!Он слишком толст, чтобы обзавестись женой. Разве не так? Ты придумал историюпро какую-то там Ингрид, чтобы бедняжки не волновались. Довольно изощренныйплан для сумасшедшего. Ты ведь сумасшедший, ха-ха!

– Я не сумасшедший, и убирайся прочь из моей головы,мерзавец!

– То, что я у тебя в голове, как раз и доказывает, чтоты – сумасшедший. Давай открывай глазки, Джей-Джей. Увидишь кое-что, что тебяне обрадует. Ведь ты так и не смог достать то, что привык доставать. Потому чтоты был дураком и не запасся инструментами заранее. Они лежат в сторожкеХэгстеда, в подполе… Сказать, что именно там лежит?

– И слушать не хочу!

– Топор и большой кухонный нож. А еще ножовка иножницы. Все чистенькое и вымытое, ты всегда подтираешь за собой. Разве нет?

– Не знаю я ни про какой топор…

– Может, ты и про вещи не знаешь? Саквояж, спортивнаясумка и два чемодана на колесиках – черный и красный. Теперь-то цвет, ясноедело, не разглядеть, ты их глубоко закопал… Никто не найдет. Только сумасшедшиетак стараются, так все предусматривают, а нормальный человек, захоти онсовершить убийство, обязательно засыплется. Знаешь, какой я делаю из этоговывод, Джей-Джей, приятель?