Бей в кость - Леонид Влодавец

И чем дальше они убегали от Красного кольца, тем это сходство со стеклом все больше шло на ум. Больше того, появилось сперва слабое, а потом все нарастающее свечение где-то за стенками трубы. Еще через минуту стало казаться, будто труба эта не лежит в толще горы, а проложена через некое светящееся облако, клубящееся за прозрачными стенками. Вот эти-то перемены в облике трубы и удивили команданте.

— Беги быстрее! — крикнул ему Таран. — Не смотри по сторонам! Иначе сейчас увидишь призраки своих жен, любовниц, дорогих шлюх и прочих баб! Это обманка! Смотри только вперед!

Они бежали, глядели только вперед, их уже почти догнал Вася Лопухин, мчавшийся впереди биороботов. Конечно, Ваня с Валетом его бы запросто обогнали, но раз он сказал: «За мной!», значит они обошли только Гребешка и Лузу.

А со всех сторон уже слышались голоса, призывные шепоты. Краем глаза Юрка замечал, что там, в тумане, клубящемся вокруг прозрачных стенок трубы, уже прорисовываются очертания многочисленных женских лиц — белых, черных, желтых, помоложе, постарше, почти детских. И именно их знакомые и незнакомые голоса звучали сейчас не то в ушах, не то в мозгу. Но Юрка знал Истину, и ему это было нипочем.

Дз-зынь! — за Тарановой спиной загорелось Оранжевое кольцо. Васку Луиш его проскочил, миновали Вася, Ваня и Валет, Чуть позже прибежал Луза, вопя:

— У Мишки крыша поехала — с нарисованной бабой целуется! Его оттащить надо, а то она его туда, в стену утянет!

— Нельзя! — рявкнул Юрка. — Он все равно не пройдет за Оранжевое кольцо! Такова Воля Судьбы!

Странно, но ни Луза, ни тем более остальные не стали орать:

«Ты чо вещаешь, салабон?! Оборзел, в натуре, да?» Даже Васку Луиш бежал следом за Юркой, явно признавая главенство паренька, который ему в сыновья годился. Он лишь спросил:

— Ты знаешь, какое ДЕЛО надо сделать?

— Да! — ответил Таран. — Я знаю.

И команданте поверил, не потребовав изложить это подробнее.

За Оранжевым кольцом труба — она шла абсолютно прямо, но то, что осталось позади, и то, что ждало впереди, просматривалось лишь метров на десять в обе стороны — изменила свое сечение. Из круглого оно стало квадратным. Кроме того, труба еще и расширилась. Теперь по габаритам это было нечто вроде московского подземного перехода.

— Враги! — внезапно заорал Васку Луиш, глядя, как показалось, ня абсолютно белые, хотя и светящиеся стены. — Майом-бе! Морта а Карвалью! Вива Алмейда!

С автоматом наперевес он бросился куда-то на левую стену и… исчез в ней!

— Е-мое! — только и вырвалось у Лузы,бежавшего позади всех.

Дззынь! — Желтое кольцо проскочили. Именно кольцо, а не квадрат, потому что на какое-то время сечение коридора опять стало круглым. Сразу за кольцом он вновь обрел прямоугольные очертания, только стал значительно шире и выше. Тут в нос сразу ударили вкусные запахи. А «подземный переход» превратился не то в супермаркет для богатых, не то в Елисеевский… Но это только для Юрки. Луза, должно быть, видел больше и четче. Возможно, даже не только жратву, потому что, вопреки ожиданию, потянулся не за колбасой или копченой курицей, которых и Таран видел.

— Часишки! — завопил он. — «Ролекс»! Платиновый корпус!

И рванулся туда, где ему этот «Ролекс» мерещился. Только его и видели — Луза буквально нырнул головой в стену, и она поглотила его начисто.

Но останавливаться было нельзя. Дз-зынь! — Зеленое кольцо осталось позади. Пророчества виртуального Вождя сбывались неукоснительно, и если так будет и впредь, то за Голубое кольцо Таран шагнет один…

Юрка был уверен — ни один из тех, кто пропал раньше, не остановился бы в этом коридоре ни на секунду. Потому что здесь не было ни баб, ни вещей, ни жратвы, ни тех, кому хотелось бы морду набить. Стены были изрисованы малопонятными схемами, словесами и формулами. К тому же Таран их видел как бы в тумане, ничего толком не различая. А вот Вася… Вася что-то увидел. Буквально тем же голосом, каким Луза орал про «ча-сишки», только на три октавы выше, Вася воскликнул:

— Она! Точно она! Схема сверхвысокочастотного ГВЭПа! — и тоже сиганул в стену, а за ним, как бараны за вожаком — и биороботы.

Дзынь! — Юрка прошел Голубое кольцо. Здесь, между Голубым и Синим кольцами, липовых соблазнов не было. Тут все было доподлинное, настоящее. Все можно было действительно, «в натуре», потрогать руками, пощупать, на зуб попробовать. И такое, что шикарный «Ролекс» со всей своей платиной и механической требухой казался сущей ерундой. Типа китайских часиков за 20 рублей.

Здесь от пола и до потолка на протяжении нескольких десятков метров стояли пирамиды золотых, серебряных и платиновых слитков, огромные россыпи золотых монет, громоздились статуи из литого золота, кубки, подсвечники и еще хрен знает какие ювелирные изделия.

Но Таран не имел права вынести отсюда ничего сверх того, что должен был вынести. Самое ужасное состояло именно в этом. Юрка не мог взять отсюда что-либо по своему произволу — иначе Синее кольцо не выпустило бы его отсюда.

Но он и не мог выйти из этой сокровищницы с пустыми руками. Ему надо было обязательно найти маленькую черную шкатулку, в которой лежат пять одинаковых алмазов, ограненных, как пентагон-додекаэдр. Именно с ними Таран должен был выйти в промежуток между Синим и Фиолетовым кольцами, где его ждало последнее испытание, а потом по ступеням подняться в пещеру, где использовать бриллианты так, как говорилось в том старинном трактате, который расшифровала некая Ханнелора фон Гуммельсбах и который прочитал Никита Ветров, которого раненым увезли с перевала на вертолете. Откуда к Юрке в голову пришли все эти познания?

Из все той же программы «Диамант»!

Но времени на все эти дела у него был вовсе не вагон и маленькая тележка. Пока они бегали, на часах натикало уже без двадцати двенадцать.

Сорокаминутная пробежка даже в не очень высоком темпе — это хорошая нагрузка. А к ней надо было приплюсовать все, что так или иначе утомляло Юрку после отдыха в Муронго. То есть марш до перевала — хоть и на машинах, но тяжкий, прорыв, атаку, переход на гору, бой с «джикеями», спуск в «стакан»… Ноги уже отказывались не то что бежать, а и ходить. Они требовали, просили, ныли:

«Хозяин, присядь, дай отдохнуть, гадский гад!» Но если б Таран присел, то все тело, во главе… хм!.. с головой, объявило бы забастовку: «Спать хотим!

Хватит, навоевались, пущай теперь другие воюют!» Ну, и так далее… Однако если б Таран заснул, то не только сам себя погубил, но и тех, кто покалишь временно испарился: Гребешка, ко-манданте, Лузу, Васю Лопухина с биороботами. Потому что ДЕЛО не было бы сделано. Хотя у Юрки время от времени возникало ощущение, что он все-таки уже спит, а все эти видения — страшный сон и ничего больше.

Поэтому Таран усилием воли приказал ногам: «Молчать!» — и заставил их передвигаться.