Колесо тьмы - Линкольн Чайлд

Ле Сёр схватился за рацию:

— «Гренфелл»! Прекратите задний ход и выравнивайтесь! Мы потеряли управление!

Призыв оказался излишним. Ле Сёр увидел мощное кипение воды вокруг кормы «Гренфелла»: канадец и без того понял, что надо делать. В тот момент, как корабли почти сошлись, «Гренфелл» выровнялся параллельно «Британии».

Раздался шквал адских звуков — нос «Гренфелла» прошел мимо «Британии»; корабли расходились так близко, что слышался вой воды, зажатой в узком пространстве между двумя корпусами. Послышалась целая серия взрывоподобных хлопков и скрежет металла о металл — левое крыло мостика «Гренфелла» вошло в соприкосновение с нижней палубой «Британии», рассыпая целые гейзеры искр… А затем все закончилось. Два корабля разошлись.

Нестройные крики ликования разразились на вспомогательном мостике, заглушая сигналы тревоги, и Ле Сёр через радиопередатчик мог разобрать такие же возгласы на мостике «Гренфелла».

Старший механик бросил на теперешнего капитана ошалелый взгляд, лицо его было залито потом.

— Мистер Ле Сёр, мы потеряли оба кормовых винта, их только что сорвало…

— Я знаю, — отозвался Ле Сёр. — И в корпусе пробоина. — Он чувствовал прилив ликования. — Мистер Холси, затопите кормовые трюмные пространства и отсеки пять и шесть. Распечатайте трюмные переборки в средней части корабля.

Но Холси не трогался с места.

— Действуйте! — рявкнул Ле Сёр.

— Не могу.

— Почему, черт возьми?

Стармех развел руками:

— Невозможно. Переборки герметизируются автоматически. — Он указал на приборную панель.

— Так разгерметизируйте их! Возьмите людей, чтобы открыть люки вручную!

— Невозможно, — беспомощно повторил Холси. — Не тогда, когда они затоплены. Ручной процедуры не существует.

— Черт бы побрал эту автоматику! Каково состояние двух остальных винтовых комплексов?

— Состояние оперативное. Каждый развивает полную мощность. Но наша скорость снизилась до двадцати узлов.

— И при отсутствии кормовых винтов судно теперь будет управляться лишь двумя установками. — Ле Сёр бросил взгляд на вахтенного офицера: — Расчетное время до Каррион-Рокс?

— При данных скорости и курсе тридцать пять минут, сэр.

Офицер посмотрел сквозь окна мостика на полубак «Британии», по-прежнему грузно и упорно рвущейся вперед по океанским волнам. Даже при двадцати узлах им крышка. Какие остались еще варианты? Таковых на горизонте не наблюдалось.

— Я отдаю приказ покинуть корабль, — наконец распорядился Ле Сёр.

Мостик окутала тишина.

— Простите, сэр, но на чем? — спросил Холси.

— На спасательных шлюпках, конечно.

— Это невозможно, — послышался женский голос.

Ле Сёр оглянулся и увидел, что на вспомогательный мостик входит Эмили Дальберг, член команды Гэвина Брюса. Одежда ее была порвана и насквозь промокла. Капитан уставился на нее в изумлении.

— Вы не сможете запустить спасательные шлюпки. Гэвин и Найлз Уэлч сделали попытку провести пробный запуск — лодку разорвало.

— Разорвало? — повторил Ле Сёр. — А где Лью и Краули? Почему не они мне доложили?

— На шлюпочную палубу прорвалась разъяренная толпа, — тяжело дыша, пояснила вдова. — Лью и Краули попали в перепалку. Вероятно, погибли. Пассажиры запустили вторую шлюпку, которая также не выдержала удара о воду.

Это известие встретили молчанием. Ле Сёр повернулся к старшему радисту:

— Объявите команду покинуть корабль.

— Сэр, вы же слышали, что она сказала! — громко и решительно возразил Кемпер. — Эти шлюпки окажутся просто плавучими гробами. Вдобавок, чтобы загрузить и запустить шлюпки, даже в идеальных условиях требуется сорок пять минут. У нас же только тридцать. Мы столкнемся со скалами, и столкновение произойдет в тот момент, когда все пассажиры столпятся на шлюпочных палубах, которые, как вы знаете, открыты и где сплошь стальные конструкции. Это будет мясорубка. Половина полетит за борт, а остальных размолотит в фарш.

— Мы погрузим как можно больше людей и задержим шлюпки до столкновения, а потом спустим.

— Сила удара, вероятно, сорвет лодки с рельсов. Их заклинит на полупалубе, и не будет никакой возможности спустить их с корабля. Лодки потонут вместе с судном.

Ле Сёр повернулся к Холси:

— Это правда?

Лицо того стало белым.

— Думаю, правда, сэр.

— Какова альтернатива?

— Загоним пассажиров в каюты и велим приготовиться к удару.

— А что потом? Судно затонет в течение пяти минут.

— Вот тогда загрузим и запустим шлюпки.

— Но я только что слышал, что при ударе шлюпки может сорвать с рельсов!

Ле Сёр осознал, что учащенно дышит. Усилием воли он заставил себя успокоить дыхание.

— При двадцати узлах удар и повреждения будут меньше. По крайней мере некоторые лодки останутся на рельсах, готовые к спуску. А при меньшем ударе, скорее всего, у нас и времени будет больше, прежде чем… мы затонем.

— Скорее всего? Этого недостаточно.

— Все, чем располагаем, — развел руками Холси.

Ле Сёр отер кровь с глаза, отряхнул пальцы и обратился к главному радисту:

— Объявите по судовому радио: всем пассажирам без исключения вернуться в свои каюты. Всем надлежит надеть индивидуальные спасательные средства, находящиеся под койками. Затем лечь на койки в позе эмбриона, по возможности ногами вперед по ходу движения, и обложиться подушками и одеялами. Кто не сможет добраться до каюты, пусть заберется в ближайшее кресло, какое сможет найти, и примет защитную позу — руки сцеплены на затылке, голова между колен.

— Есть, сэр.

— Сразу же после удара всем надлежит проследовать к эвакуационным пунктам сбора — точно так, как на учениях. Не брать с собой абсолютно ничего, кроме индивидуальных спасательных средств. Все ясно?

— Да, сэр.

Радист повернулся к терминалу. Через мгновение включилась сирена и по системе радиооповещения зазвучали команды.

Ле Сёр обратился к Эмили Дальберг:

— Полагаю, это касается также и вас. Вам лучше вернуться в каюту.

Она внимательно посмотрела на него и кивнула.

— И еще, миссис Дальберг… Спасибо вам.

Эмили покинула мостик.

Ле Сёр посмотрел, как закрывается за ней дверь. Затем бросил угрюмый взгляд на экран системы видеонаблюдения — зернистая картинка отображала происходящее на главном мостике. Мейсон по-прежнему стояла у руля; одна рука небрежно покоилась на штурвале, другая — на двух рукоятках управления двигателями; курс поддерживался легкой корректировкой скорости винтов.