Читающий по телам - Антонио Гарридо

— И все-таки, — настаивал Цы.

Вместо ответа Лазурный Ирис допила свой стаканчик с вином.

— Мне пора, — только и сказала она.

Цы лихорадочно думал, как задержать беглянку, и тут раздался гром. Юноша вскинул голову. В небе над ними загорались и гасли гирлянды огней. Зеленые и красные отблески попеременно падали на лица, словно ночное небо рождало сразу тысячи солнц.

— Потешные огни! — Цы был заворожен распускающимися в небе цветами. — Какая красота! — Он хотел, чтобы Лазурный Ирис разделила с ним хотя бы восхищение фейерверком; но ее отсутствующий взгляд по-прежнему терялся где-то в чаще деревьев. — Вам бы тоже на них посмотреть, — робко добавил юноша.

Вместо того чтобы поднять лицо к небу, женщина глядела на отражение фейерверков в пруду; глаза ее влажно заблестели. Вздрогнув, Цы заметил, что зрачки Лазурного Ириса совсем не меняются при вспышках.

— Если бы я могла, — произнесла Лазурный Ирис.

Поднявшись, она оперлась о палку и медленно побрела прочь.

Цы долго провожал ее взглядом, потом ошеломленно покачал головой. Лазурный Ирис, внучка Юэ Фэя, подозреваемая министром наказаний в тройном убийстве, была абсолютно слепа.

* * *

Вернувшись ко дворцу, Толкователь трупов принялся осматриваться в кишащей, увлеченной трескучими вспышками толпе; фейерверк продолжал переливаться в ночном небе. Цы искал Кана, но того нигде не было. Цы обежал главную террасу, Зал приветствий, соседствующие с залом покои — все без толку. Он снова спустился в сад, но и там не нашел министра. Не зная, что предпринять, он, словно забывшись, бессмысленно смотрел на небесное празднество, пока от того не осталось одно лишь повисшее в воздухе густое облако с едким запахом. Запах напомнил ему тот день, когда его дом, обрушившись, погреб под собою его родителей. Цы снова подумал о батюшке; не проходило и дня без мыслей о нем.

Он утратил всякое представление о времени.

Уже за полночь Цы почудилось, что среди буйных зарослей он видит фигуру Кана. Министр, кажется, шел не в одиночку. А когда Цы разглядел, с кем прогуливается министр наказаний, он передумал к нему бежать. Рядом с Каном шел посол Цзинь. Цы удивился: о чем бы эти двое могли так задушевно беседовать под покровом темноты? Ответа у него не было. Цы совсем растерялся. Может, вино спутало мысли? Цы подумал, что лучше всего будет сейчас повернуться к странной паре спиной и отправиться восвояси.

Постель казалась каменной. Цы, весь извертевшись, спал урывками, пока караульный не разбудил его, встряхнув, точно циновку. Это был офицер стражи, явившийся с приказом. Он получил распоряжение немедленно отвести юношу в Комнату мертвецов.

— Живее! — прикрикнул он, бесцеремонно отдергивая шторку на окне.

Цы протер глаза. Утренний свет слепил, и Толкователь трупов зажмурился. Ему казалось, что голова вот-вот лопнет.

— Но ведь покойников еще не похоронили?

— Добавился еще один. Сегодня утром.

По дороге в Комнату мертвецов офицер рассказал, что труп нашли напротив дворца, за стеной. Цы спросил, кто его осматривал, — его сопровождающий ответил, что трупом прямо сейчас занимается Кан с одним из своих инспекторов.

Когда Цы вошел в Комнату мертвецов, Кан стоял, склонившись над телом. Покойник лежал на спине, обнаженный; как и несчастный евнух, он лишился головы. Заметив вошедшего, министр наказаний подозвал его к смотровому столу.

— И этот обезглавлен, — прокомментировал Кан.

Он мог бы этого и не говорить. Цы молча надел фартук и приступил к делу.

Как и прежде, инспектор Кана ограничился в своем письменном отчете вещами самыми элементарными: указал цвет кожи, перечислил ранения… Он даже не рискнул обозначить примерный возраст покойного — потому, вероятно, что за отсутствием у трупа головы не мог увидеть лица.

Прочитав отчет, Цы испросил разрешения приступить к осмотру. С самого начала Толкователь трупов обратил внимание на рану, нанесенную при отсечении головы. Все было не так, как с евнухом: разрез был неровный, рваный, — похоже, у преступника не хватало времени, чтобы сделать свое дело чисто. Отверстие в груди было не столь глубоким, как у предыдущих жертв. Толкователь трупов записал первые наблюдения и продолжил осмотр. На шее — там, где она должна была переходить в затылок, — виднелись продольные царапины, они спускались до плеч. Цы проверил кожу на тыльных сторонах ладоней — и обнаружил знакомые повреждения. И наконец он осмотрел лодыжки: так и есть, и там характерные следы. Юноша поделился своими выводами с Каном:

— Царапины появились, когда труп волочили по земле за ноги, спиной вниз. — Толкователь трупов сопроводил свои пояснения жестами. — Определенно, в это время покойник был еще одет, иначе царапины доходили бы до самых ягодиц.

Цы пинцетом вытащил из-под ногтей крупицы земли, положил в специальный флакончик и закупорил тряпкой. Затем он несколько раз согнул и разогнул руки и ноги мертвеца; стало ясно, что труп находится лишь в начальной стадии окоченения. Цы прикинул: смерть наступила меньше шести часов назад.

И вдруг он замер. Голова еще болела, но этот запах он различал отчетливо.

— Вы что, не чувствуете? — Цы с шумом потянул носом воздух.

— Что? — удивился Кан.

— Аромат духов.

Цы подставил нос к самой воронке, вырезанной между сосками. Когда Толкователь трупов поднял голову, лицо его было тревожно. Сомнений не оставалось: это «Нефритовая эссенция». Тот самый аромат, которым ночью, совсем недавно, благоухала Лазурный Ирис.

Этого он Кану предпочел не говорить.

— Где его одежда? — спросил Цы.

— Его нашли раздетым.

— А рядом с телом ничего не нашли? Никаких предметов? Ничего, что помогло бы его опознать?

— Нет, ничего.

— Но есть же кольца… — вставил слово инспектор.

— Кольца? — Цы с удивлением воззрился на Кана.

— Ах да! А я и забыл. — Министр, вдруг осипнув, откашлялся, потом подошел к столику и показал несколько колец. Цы будто ударило громом.

— Разве вы не узнаете? — шепотом спросил он.

— Да что я должен узнавать?

— Это ведь те кольца, что вчера были на руках у нашего соседа. У литейщика.

* * *

Когда они с Каном остались наедине, Цы высказал начальнику свои сомнения по поводу причастности Лазурного Ириса.

— Клянусь Великим Буддой, господин! Эта женщина — слепая!

— Эта женщина — дьявол! А если ты не согласен, то ответь: как долго ты не замечал, что она слепая? Как долго она водила тебя за нос?

— Но неужели вы можете представить слепую женщину, которая режет глотки и таскает трупы?

— Не будь дураком! Никто тебе и не говорил, что она сама их режет! — Министр побагровел.