Расписной - Данил Корецкий

Волк узнал об этом от опера уголовного розыска Фомина, который вел розыск пропавших и работал по неопознанным трупам. Тот встретил его в дежурке, дружески хлопнул по спине:

– Зайди ко мне, дело есть.

– Что, опознать надо? – ворохнулась нехорошая догадка, и голос предательски дрогнул.

– Да нет, что опознавать – с этим ясно, и сестра уже была… Просто зайди, поговорим.

Когда они остались наедине, Фомин сказал:

– Ты знаешь, я в чужие дела лезть не люблю, но одно дело – обычные сплетни, а совсем другое – сплетни вокруг убийства!

– Убийство? Точно?

– Точней некуда. Изнасиловали вдвоем, ножом истыкали, палец отрезали, уши…

У Волка потемнело в глазах. Он представил изрезанную Нину, присыпанную строительным мусором на пустыре…

– Кто?! Кто это сделал?!

– Спроси чего полегче. Только что-то тут странное… Какая-то бравада звериная, блатной почерк. Кольцо и серьги можно спокойно снять, зачем уши и палец резать? Они показать что-то хотели, вот в чем тут дело! Ты эти украшения помнишь? – продолжал Фомин. – Мне точные приметы нужны, для ориентировок.

– Да откуда мне помнить, – хрипло ответил Волк, сглотнув ком. – Я и внимания на них не обращал… Хотя…

И вдруг он вспомнил. Нинка как-то хвасталась кольцом и сережками и буквально заставила его рассмотреть эти вещицы.

– Кольцо такое, будто плетеное, с тремя камешками. А серьги похожи, но погрубее. И камешки россыпью.

– Точно! – оживился Фомин. – И сестра так же описала. Кольцо старинное, вроде с бриллиантами. От бабки. Она его как раз на безымянном пальце левой руки всегда носила, размер маленький был, потому и не снимала.

– А чего, бабка у нее графиня была? Откуда у бабки бриллианты?

Фомин пожал плечами:

– Может, краденые. А может, в войну на хлеб выменяла. Но это все лирика. Ты лучше скажи: ей кто-нибудь угрожал?

– Какой-то узбек, – кивнул Волк. – Дружок ее прежнего хахаля. За то, что с ментом связалась.

– Узбек? – Фомин задумчиво покачал головой. – Но за это не убивают.

– Неужели из-за кольца?

– Кто его знает? В принципе могли, за бутылку водки и то убивают. Хотя… Скорей это блатной вызов, бравада. Я так думаю.

Волк скрипнул зубами:

– Раскроешь?

Фомин пожал плечами еще раз.

– Помнишь, ты интересовался, мужик с вашего дома упал? Вчера дело прекратили. Прижизненных телесных повреждений нет, документов нет. Видать, бродяга, сорвался с крыши и сломал шею…

«Работнички, – прокомментировал кот. – Крученый перелом от обычного отличить не могут. Так они и по Нинке сработают».

* * *

Мотька так и не знал, пришла ли Нинка к скверу. Волновался – а вдруг сорвалось? Тогда он, Мотька, крайним окажется. Скажут, плохо позвал.

Но Басмач был доволен.

– Молодец! – похвалил он Мотьку. – Чисто сработал.

– Пришла?

– Все в порядке, остальное тебя не касается. Тебя видел кто-нибудь – ну, когда с ней разговаривал?

– Да я не заметил… Вроде нет. А что? – испугался Босой.

– Да ничего, не ссы, – успокоил Басмач. – Так, для порядка спросил. Держи, твоя доля!

Басмач опустил что-то прямо в Мотькин карман.

Мотька пощупал – в кармане было кольцо и еще какие-то побрякушки. «Золото, не иначе! – подумал он с удовольствием. – Или, может, серебро? Да нет, Басмач не станет мелочиться!»

Но уже дома, внимательно осмотрев кольцо и сережки, он похолодел. Радость как корова языком слизала. Украшения были не просто золотые, но еще и с бриллиантами! Не слишком ли щедро за то, что он вызвал телку на стрелку? Ну их, эти цацки, от греха подальше! Надо быстро спулить их с рук… Но кому? Толстому купцу? Больно ушлый… Пауку? Еще хуже… Он перебирал в уме всех скупщиков краденого, с которыми был хорошо знаком и провернул много дел. Но сейчас не мог выбрать, к кому обратиться безбоязненно. «Ладно, решим на месте», – подумал он.

Выходя утром на «работу», он спрятал цацки в потайной карман штанов – под самым коленом, хрен найдешь!

* * *

Волков каждый день интересовался, как идет розыск. Но Фомин только разводил руками. Он уже готов был сам подключиться к этому делу, но понятия не имел, с какого конца браться. Нужны зацепки, нужна информация, но для этого необходимо иметь сеть осведомителей… Тогда он стал фильтровать задержанных, особенно из приблатненной шпаны – авось кто-то что-то знает…

Результатов не было, но сама служба стала менее монотонной. Появился интерес.

– Скала – Двенадцатому, граждане карманника задержали, у главного входа в Центральный рынок.

– Поехали!

Карманники представляют особый интерес – они тесно связаны с блатными и осведомлены о многих делах…

У входа в рынок сельского вида мужик и несколько теток прижимали к забору худощавого молодого парня, который то и дело дергался, пытаясь вырваться из их цепких рук.

– Э… Старый знакомый.

Волк узнал задержанного: Матвей Сапогов – все, словно в насмешку, называли его Босой. Он жил в соседнем подъезде, нигде не работал и путался с блатными. Ничего более подробного Волков о нем не знал. Кажется, сейчас такая возможность представится.

Рукав пиджака у Босого был оторван, шесть рук держали его крепко, одна даже в штаны вцепилась, и Матвей дергал ногой, пытаясь вырваться.

– Что случилось? – строго спросил Волков. Он заметил, что, узнав его, Босой перестал вырываться и побледнел. Интересно, чего он испугался?

– Стой, паскуда малая! – шипела толстая тетка с красным лицом. – Месяц назад кошелек у меня вытащил! Я за руку поймала, да он вырвался, гаденыш!

– Ты что мелешь, дура старая! – возмущался в ответ Босой. – Ты б еще прошлый год вспомнила! Не пойман – не вор, не знаешь?

– Я дура старая?! Ах ворюга!

Тетка дернула за штанину, послышался треск, что-то звякнуло, покатилось по мостовой.

– Ах ты, е… – матюкнулся Сапогов и сильно рванулся, но мужик с маху ударил его под дых, и тот обмяк.

– Вот, глядите, небось тоже украл, – тетка с неожиданной для ее комплекции ловкостью наклонилась и подняла упавший предмет. На ее потной ладони лежало ажурное кольцо с тремя сияющими камушками – в середине покрупнее, по краям – помельче…

– Откуда у тебя? – хрипло спросил Волков.

– Да я… Это не я…

– Круглов, наручники!

Сапогов дрожал, зубы у него колотились. Раздался щелчок – стальные браслеты защелкнулись на худых запястьях.

– Круглов, запиши свидетелей. Через час приходите в Центральный райотдел. К оперуполномоченному Фомину.