Трудно быть солнцем - Антон Леонтьев

Вместе с бурей, пронесшейся над Староникольском шесть дней назад, ушел прочь и страх. Юлия, проведя предписанные ей в неукоснительном порядке два дня в больнице, покинула ее и переехала в гостиницу.

Испытывая непонятное чувство щемящей тоски, она собрала вещи в особняке Виктории Карловны. Директриса, в которую ударила молния, приземлившись на клумбу, нашла там свою смерть. В ее кулаке был зажат розовый бриллиант «Утренняя заря».

Права на камень, который, по некоторым сведениям, мог быть предложен на любом из престижных аукционов со стартовой ценой в два миллиона долларов, предъявили родители Олеси Гриценко, прямые и единственные потомки коммерсанта Адриана Ирупова.

Фантасмагорические события в Староникольске привлекли внимание всех средств массовой информации. Сенсационное разоблачение убийцы комментировалось всеми, кому не лень. Юлия отвергла семь предложений выступить в ток-шоу, двенадцать раз дать интервью и не отвечала на телефонные звонки.

Она присутствовала на строгой и закрытой церемонии погребения Виктории Карловны. Кроме нее на кладбище были Роман, князь Святогорский, а также сбитая с толку, растерянная и подавленная младшая сестра Виктории Карловны с мужем и сыном, в спешке прибывшие из Санкт-Петербурга.

Заупокойную службу провел отец Сильвестр, настоятель Староникольского монастыря.

Наблюдая за тем, как гроб скользит в могилу, Юлия подумала, что Виктория Карловна, которая погубила никак не меньше десятка человеческих жизней и была готова убивать еще, страдала, как и ее бабка Елена Карловна, по одной причине – из-за отсутствия любви.

– Господь, смилостивься над ее душой, – завершил отец Сильвестр последнее напутствие.

– Она могла бы стать гениальным ученым, – произнес князь, в задумчивости глядя на свежую могилу.

– Весь ужас в том, что она и была гениальным ученым, – сказала Юлия. – Среди женщин практически не встречаются серийные убийцы, но Виктория Карловна и Елена Карловна убивали, скорее всего, не осознавая, что этого делать нельзя. Они походили на шаловливых детей, которые из-за своего каприза или странного любопытства вешают котят или давят жуков. На очень жестоких и в то же время очаровательных детей…

Князь, немного помедлив, сказал:

– Юля, за эти дни я узнал очень многое. Мой дед не является убийцей, но зато мой прадед, старый Феликс… Я ничего не могу поделать с этим… И все же… Вы не откажетесь поужинать со мной? Но только не в Староникольске. Я знаю в Москве один чудесный ресторанчик.

– Я подумаю, – ответила Юлия.

Все ее проблемы разрешились сами собой. Ей уже поступило предложение от двух издательств изложить свою историю на бумаге, причем за весьма весомый гонорар. Князь Святогорский обещал помочь с изданием ее книги за рубежом и рисовал самые радужные перспективы.

Юлия уволилась из института и решила, что ближайший год посвятит литературе. А там… Время покажет. Глеб Плотников, который навестил ее в больнице, сказал:

– Если бы не вы, Юля, я бы всю оставшуюся жизнь боготворил убийцу Алины. У меня есть друг детства, генеральный продюсер на одном из каналов. Он давно носится с идеей открыть криминальное ток-шоу. Знаете, разбирать преступления, по которым иногда уже вынесен приговор, выдавать в эфир сенсационные новые подробности, предлагать альтернативные версии, докапываться до психологической подоплеки всего. И ему требуется женщина-ведущая. Вы же психолог, к тому же кандидат наук. После всей этой шумихи и издания книги вы станете настоящей звездой.

– Я стану звездой? – недоверчиво переспросила Юля.

– Даже не звездой, а солнцем! – сказал Глеб, с улыбкой глядя на нее.

Юля смутилась:

– Наверное, нелегко быть солнцем?

– У вас получится, – Глеб произнес это таким тоном, что ему невозможно было не поверить. – Так вы не возражаете, если я поговорю со своим другом и предложу ему вашу кандидатуру? Думаю, он согласится со мной, что вы – единственно правильный выбор?

– Не возражаю, – сказала Юлия.

Наконец, когда Роман Морозов сказал ей, что всю жизнь мечтал о такой женщине, как она, она тоже обещала подумать. Роман спас ей жизнь. Он вовремя заподозрил Викторию Карловну. Если бы не он… Юля даже не хотела думать, что бы сделала с ней безумная и такая милая директриса в ту ночь на звоннице…

Мэр Староникольска Петр Георгиевич Белякин под нажимом вышестоящих инстанций подал в отставку, мотивировав это семейными причинами. Еще бы, после того, как выяснилось, что его супруга принимала весьма активное участие в деятельности Секты Тринадцати, он не мог больше возглавлять староникольскую администрацию. Его сын Стасик вышел из комы, и врачи обещали благоприятный исход, хотя и долгий реабилитационный период.

Юля приняла решение – возвращаться в Москву. В последний сентябрьский день она решила сесть на автобус до Ярославля, отклонив многочисленные предложения князя, Романа, Плотникова и вновь активизировавшегося экс-друга Виталия добраться до столицы на любом виде транспорта – вплоть до вертолета.

Расследование, начавшееся с анонимного письма, которое отправила сама Виктория Карловна, чтобы заманить Юлию в город и, таким образом, сделать своей последней жертвой, подошло к завершению. Юля пока не сообщала ни о чем родителям, которые, находясь в Южной Африке, не могли знать о староникольской драме.