Зависть - Сандра Браун

Марис задумалась о том, как сообщить о разрыве отцу. Было ясно, что избежать этого невозможно, но она решила максимально оттянуть неприятное объяснение. Марис понимала: для Дэниэла это будет жестокий удар, так как в лице Ноя он терял не только зятя, но и своего протеже, человека, которого он своими руками ввел в руководство издательским домом. Она была почти уверена, что отец воспримет это сообщение с достоинством и мужественно, как на протяжении всей жизни он встречал любые разочарования и неприятности, и все же ей не хотелось расстраивать его раньше, чем необходимо. Правда, это означало, что ей еще сколько-то времени придется притворяться, будто у них с Ноем все идет отлично, однако ради спокойствия отца она готова была пойти даже на это.

Сейчас Дэниэл смотрел на дочь пристально и внимательно, словно чувствовал что-то, и Марис стоило огромного труда не опустить глаза.

— Так что ты скажешь? — снова спросила она.

— О рукописи? — Дэниэл заворочался в кресле. — Скажу, что она интересна. Как издатель я бы порекомендовал тебе приложить все усилия, чтобы заставить автора довести работу до конца, и поскорее.

— В таком случае, — сказала Марис, вставая, — я увезу с собой в Джорджию твое благословение. Я тебя правильно поняла?

— А что думает Ной?

— Он еще не читал рукопись, но…

— Я говорю не о книге, Марис. Как Ной отнесся к тому, что ты снова собираешься в Джорджию, чтобы нянчиться с этим твоим автором?

— Я в его разрешении не нуждаюсь, — не сдержавшись, отрезала Марис, но, видя, что Дэниэл удивлен ее ответом, попыталась смягчить впечатление:

— Извини, папа, я не хотела быть резкой.

— Ничего страшного, тем более что я сам виноват. Я вовсе не собирался лезть в твои личные дела, просто…

— Ну, договаривай, раз уж начал, — подбодрила его Марис, видя, что отец в замешательстве замолчал. Дэниэл взял ее за руку:

— Просто я хорошо помню один случай, когда ты влюбилась сначала в книгу, а потом — в ее автора. Марис выдавила улыбку.

— Ах вот ты, оказывается, о чем думаешь?! О том, что я, как школьница, способна влюбиться в автора понравившейся мне книги?

— Как я сказал, в мировой истории такие случаи уже бывали.

Марис покачала головой:

— Теперь я стала старше, умнее и… — «…И больше не повторю подобной ошибки», — чуть не сказала она. — …Этот автор и эта книга не имеют никакого отношения к нашим с Ноем отношениям и к нашему браку. Совершенно никакого, уверяю тебя!..

И это была сущая правда. Марис уже решила, что не вернется к Ною независимо от того, увидится ли она с Паркером снова или нет. Их брак развалился не потому, что она встретилась с Паркером или прочла его «Зависть», а потому, что Ной оказался совсем не таким, каким она его себе вообразила.

— Значит, Ной согласился тебя отпустить?

Почему-то мнение Ноя казалось Дэниэлу очень важным, и Марис не без раздражения подумала, что если бы он знал все подробности, то не задавал бы подобных вопросов. Марис очень хотелось закатать рукав и показать отцу синяки, которые за прошедшую неделю только слегка побледнели. Она хотела рассказать ему, как она до крови прикусила язык, и послушать, что он скажет, если она повторит угрозы, которыми осыпал ее Ной.

Но она промолчала. Марис знала, что Дэниэл будет потрясен не меньше, а может быть, даже больше ее. Возможно, несмотря на возраст, он сам отправится к Ною, чтобы объясниться с бывшим зятем.

Именно поэтому она решила пока ничего не говорить отцу. Она сделает это позже — когда разберется со своими собственными чувствами и когда у нее будет собственный план организации работы «Мадерли-пресс» без Ноя. Только после этого она сможет разговаривать с отцом спокойно и аргументировано.

И, поглядев отцу прямо в глаза, Марис сказала твердо:

— Да, Ной не против моей поездки.

Дэниэл встал и, взяв ее лицо в ладони, крепко расцеловал в обе щеки.

— Во сколько у тебя самолет? Марис поглядела на часы.

— Ой, мне пора бежать, иначе я опоздаю. — Она обняла и поцеловала Дэниэла, стараясь, чтобы он не заметил выступивших у нее на глазах слез.

— Ты самый лучший, папа, и я ужасно тебя люблю! — прошептала она.

— Я тоже тебя люблю, Марис, — ответил Дэниэл и, мягко отстранив Марис, поглядел ей в лицо. — Ну а теперь беги, а то действительно еще опоздаешь из-за меня… А я никогда не прощу себе этого.