От имени государства - Роджер Пирс

Не дожидаясь, когда Керр договорит, Ольга отскочила к лестнице.

— Нет. Я останусь здесь, в доме, и буду сообщать вам, что происходит. Я могу подсказать, когда вам лучше начать действовать. Вы, главное, не спешите и ждите моего сигнала. — Все ее мысли сосредоточились на Каннинге. — Другого такого случая у вас не будет.

— Ольга, уходи! Возвращаться вниз опасно! — прошептала Мелани, но Ольга была уже далеко. На нижней площадке она остановилась и оглянулась на них.

— Все будет хорошо. Оставайтесь наверху, пока я не дам знак.

Когда Ольга побежала вниз, Керр тихо отодвинул засовы, а Ленгтон достал набор отмычек. Из-за двери до них доносился тихий плач. Чтобы не попасть в объектив камеры, они остались на пороге. Сара Данбери, оцепенев, смотрела на них.

— Все хорошо, Сара, — тихо сказала Мелани, маня девочку к себе. — Мы пришли, чтобы увезти тебя домой. Возьми одеяло и иди ко мне.

— Пожалуйста, помогите мне, — прошептала девочка, подойдя к двери и глядя на Мелани снизу вверх.

Мелани завернула ее в одеяло.

— Не бойся, все будет хорошо. — Она взяла Сару на руки и поспешила по коридору следом за Керром.

Ленгтон задержался, чтобы снова запереть замок. Не прошло и трех минут, как Мелани снова вылезла на крышу. Ночь была холодная, и Сару словно парализовало от страха, когда они бочком пробирались вдоль водосточного желоба к пожарной лестнице. Керр шел первым, за ним Ленгтон; Мелани и Сара спускались последними. Очутившись на земле, Мелани снова подхватила девочку на руки и бросилась к «альфе», стоящей в отдалении.

— Внимание всем группам! — произнес в рацию Керр, трогаясь с места. — Сара Данбери у нас. Везем ее к условленному месту встречи. РВП — три минуты плюс инструктаж для групп захвата.

— Вас понял, — услышал он голос Фарго. — «Золотой» в курсе.

Ольга понимала, что должна действовать быстро, иначе Керр отдаст приказ о штурме и правосудие не свершится.

Перед тем как вернуться в гостиную, она снова незаметно вошла в чулан и отключила монитор от сети. Она сильно рисковала, понимая, что монитор регулярно проверяют. К тому времени, как она вернулась к гостям, атмосфера там изменилась. Она заметила еще одну девушку. Гости забыли о канапе. Подобные сцены Ольге приходилось наблюдать множество раз. Под влиянием шампанского и кокаина у гостей отключились сдерживающие центры. Они начали разбирать девушек, собираясь разойтись по спальням. Времени у нее очень мало.

Юрий Гошенко, стоявший напротив у стены, поманил ее к себе. Ольга подняла руку, что-то произнесла одними губами и кивнула, мотнув головой в сторону Тео Каннинга. Свой волшебный браслет она на время сняла и положила в сумку: на следующие несколько минут ее слова предназначены только одному мужчине. Накинув на плечи красный шелковый шарф, она зашагала к Каннингу и, многозначительно улыбнувшись стоявшей рядом с ним женщине, ловко накинула шарф ему на шею. Он метнул на нее озадаченный взгляд.

— Мне поручили занимать вас как особо почетного гостя, — заявила Ольга, дергая за концы шарфа, — поэтому вы должны следовать за мной.

— Рановато, — заметил Каннинг, покосившись на свою спутницу. — Я скоро вернусь.

Ленгтон что-то говорил ей в ухо; не слушая, Ольга увела Каннинга на второй этаж, в самую дальнюю спальню. Из мебели в ней стояли широченная кровать, застеленная красным шелковым бельем, тумбочка и два мягких кресла. Заперев дверь, Ольга повернулась к своему спутнику и, поцеловав его в шею, пощекотала его лицо концом шарфа. Она пытливо заглянула ему в глаза, ее рука скользнула вниз. Она почувствовала сильную эрекцию. Смесь кайфа и виагры, подумала она. Сняв с Каннинга пиджак, Ольга мягко толкнула его на кровать.

— Лежи; я все приготовлю.

Не сводя с него глаз, она достала из сумки второй шарф и ловко связала ему руки скользящим узлом; этому трюку ее обучили в первые дни работы «эскортом». Она все делала так небрежно, что он ничего не заметил.

— Сегодня я угощу тебя кое-чем особенным. — Она сладострастно улыбнулась, расстегивая его рубашку и брюки. Каннинг громко засопел. — Такого ты еще не пробовал, — продолжала Ольга, небрежно привязывая концы шарфа к металлическому изголовью. — За пределами самых смелых твоих желаний!

Когда Каннинг выгнул шею, Ольга вдруг нагнулась и дернула за концы шарфа. Руки Каннинга поднялись высоко над головой, он встревоженно замигал, но Ольга по-прежнему улыбалась, расслабленная и умиротворенная.

— Еще секунду… Лежи, не двигайся.

Она небрежно расстегнула его пояс, стянула с него брюки и затем одним ловким движением крепко связала ему штанинами лодыжки. Каннинг еще ничего не понимал, но испугался.

— Какого черта? Что ты творишь? — проворчал он.

Ольга достала из сумки кусок марли и попыталась заткнуть Каннингу рот.

— Что за игры, сучка? — выпалил он.

Ольга хладнокровно зажала ему нос. Как только он стал хватать ртом воздух, Ольга запихнула туда кляп. Каннинг начал извиваться на кровати, пытаясь подтянуться на связанных руках и дергая связанными ногами.

Она все делала быстро. Виагра еще действовала; Ольга рывком спустила с него кальсоны и тоже обвязала вокруг лодыжек. Так еще унизительнее. Задрав платье, она села на него верхом и туго затянула шарф, которым раньше обвязала его шею. Каннинг извивался под ней; его лицо искажал ужас.

Когда глаза у него вылезли из орбит, а лицо побагровело, она ловко вынула из волос заколку и, намотав на нее концы шарфа, стала закручивать, пока он не начал задыхаться. Она опустила голову к самому его лицу, чтобы убедиться, что он ее слышит.

— Я видела, что ты сделал с Таней, скотина. Теперь ты знаешь, что чувствует человек, когда умирает, да? — Шепча, она не переставала затягивать петлю у него на шее. — Сейчас ты испытаешь настоящий кайф… за пределами твоих самых смелых желаний, как я и обещала!

Хотя Джек Ленгтон в ухе настоятельно звал ее на верхний этаж, Ольга не сводила взгляда с Каннинга. Глаза у него налились кровью. Ольга щупала слабеющий пульс и сдавливала ему шею все туже. За несколько секунд до смерти она быстро выхватила заколку с остро заточенным концом и, прицелившись, всадила ее прямо ему в сердце.

Убедившись, что больше он не причинит никому вреда, она слезла с кровати и вытерла окровавленную заколку о безупречно белую рубашку мертвеца. Затем она не спеша подошла к зеркалу, подкрасила губы, спрятала орудие убийства в волосах, надела на запястье браслет и спустилась вниз.

Войдя в гостиную, она увидела, что Юрия Гошенко нет.