Поверь своим глазам - Линвуд Баркли

Но даже отвлекаясь на мелкие детали, я не мог избавиться от мысли, которая все навязчивее преследовала меня. Кто, черт возьми, звонил Томасу по его телефону? Кто представился Биллом Клинтоном? Ясно же, что это не был сам Билл Клинтон.

Я однажды вломился в комнату Томаса в разгар его воображаемой беседы с бывшим президентом, но телефонная трубка лежала на месте. Он точно ни с кем не общался тогда по телефону. Но ведь нам всем не мог померещиться телефонный звонок. Я же не мог вообразить, будто Льюис назвал звонившего Биллом Клинтоном? Да и Льюис прореагировал на звонок так, как мог бы отмахнуться от него я сам, если бы не знал всей истории о фантазиях Томаса.

Вот только теперь я уже не отличал фантазий от реальности. Звонок не укладывался в голове. Я не находил ему разумного объяснения. Это не мог быть Клинтон. Но кто-то же позвонил от его имени!

А пока я предавался этим раздумьям, зазвонил другой телефон. Мы ехали уже часа полтора. Поначалу я решил, что это мой мобильник, который Льюис у меня на глазах сунул в рюкзак, но мне вроде бы запомнилось, как он его отключил. Ведь Джули могла встревожиться, не обнаружив нас дома, забеспокоиться, не случилось ли чего, и начать звонить. Но рингтон подсказал, что телефон чужой. Мой при звонке издавал фортепианную мелодию, а этот просто звонил, как самый обычный аппарат из прежних времен.

До меня донесся голос Льюиса:

– Слушаю.

Я попытался отвлечься от всех посторонних звуков, чтобы лучше расслышать его часть диалога.

– Да, мы уже возвращаемся… никаких проблем… Да, у него есть брат, он и обнаружил в Сети ту картинку… Он немного того… Кажется, у него не все в порядке с головой, психическое расстройство или что-то подобное… Не знаю, спросите сами… А дом у них тоже странный, все стены в картах… Вот именно, что повсюду… Да, хорошо, и я, кроме того, везу вам компьютер, которым они пользовались, чтобы заходить на тот сайт… Кстати, было еще кое-что очень странное, хотя может на самом деле ничего не означать. Когда мы там находились, зазвонил телефон. Я снял трубку, притворившись, будто я брат, но сильно простужен… Важно другое, и, поверьте, это не мои выдумки. Звонивший сказал, что он – Билл Клинтон… Нет, на характерные интонации я не обратил внимания, потому что говорил всего секунду… То есть, конечно… Да, я считаю, что звонил какой-то идиот или больной… Хорошо. До встречи в магазине игрушек.

Потом на какое-то время в кабине установилось молчание. После чего голос снова подал Льюис:

– Ты перестала быть разговорчивой.

– А ты хочешь поиграть в города? – с иронией спросила она.

– Как тебе угодно.

Они снова замолчали. Вскоре Николь воскликнула:

– Черт!

– Что такое?

– Вижу в зеркальце машину копов. – Значит, она вела микроавтобус. – Приближается к нам по левой полосе.

– Проблесковый маячок включен?

При полном отсутствии окон в фургоне Льюис, вероятно, до сих пор не мог видеть патрульный автомобиль.

– Нет… Черт! Теперь уже включен!

А потом мы все расслышали, как пару раз взвыла сирена. Я почувствовал, что Томас принялся крутиться. Он, несомненно, вслушивался во все происходившее не менее внимательно, чем я, и последнее событие могло и ему внушить определенные надежды.

Микроавтобус сбросил скорость.

– Просто сохраняй хладнокровие, – велел Льюис.

– А ты, случайно, не сохранил свой жетон? – спросила Николь. – Если бы он принял тебя за полицейского из Нью-Йорка, это могло бы нас избавить от лишних хлопот.

– Нет, – ответил Льюис и обратился к нам: – Только посмейте пискнуть, и копа придется пристрелить.

Фургон съехал на обочину. Гладкая поверхность дороги под колесами сменилась грубой щебенкой. Николь перевела рукоятку автоматической коробки передач в парковочное положение, но двигатель не заглушила.

– Остановился прямо позади нас, – комментировала она. – Дверца открылась. Он вышел… Э, да это женщина!

– Плохо, – отозвался Льюис. – С бабами всегда сложнее общаться.

Я услышал, как опустилось стекло.

– Добрый вечер, офицер, – произнесла Николь.

– Права и документы на машину, – донесся голос женщины-полицейского.

– Секундочку… Милый, посмотри в «бардачке», пожалуйста, – обратилась Николь к Льюису, который зашуршал какими-то бумагами в поисках документов.

– Это ваш личный микроавтобус?

– Нет, мы взяли его напрокат, – ответила Николь. – Направляемся к его сестре в Уайт-плейнс, чтобы помочь ей переехать в Олбани. А я что, превысила скорость?

– У вас не горит один из задних габаритов, – сказала сотрудница полиции.

– О, черт, не может быть! Это моя вина? Или виновата прокатная фирма? – забеспокоилась Николь.

– Когда вы управляете транспортным средством, мэм, то сами отвечаете за любые неполадки.

– Да, вы правы. Но если вы меня оштрафуете, могу я потом предъявить претензии прокатчикам?

Николь блестяще справлялась со своей ролью. Она не нервничала и не пыталась скорее избавиться от представительницы власти, что могло бы насторожить ее.

– Это ваше право. Я не стану сейчас выписывать вам штраф, но обязана предупредить, что если вы и дальше собираетесь использовать фургон, габаритный огонь необходимо починить. А счет за ремонт можете переслать в прокатную компанию.

– Спасибо за совет, офицер. Так, вот вам бумаги на микроавтобус, а это – мои водительские права.

– Мне необходимо проверить все это в своей машине. Будьте любезны подождать моего возвращения.

– Разумеется.

Я услышал удаляющиеся шаги.

– Пока все идет как по маслу, – прошептала Николь.

Через пару минут женщина вернулась.

– Все в порядке. Вот ваши документы. Но должна повторить: задний габаритный фонарь вам следует починить при первой же возможности.

– Обязательно, – заверила Николь.

– Спасибо, офицер, – чуть ли не пропел Льюис.

Неожиданно женщина спросила:

– А что у вас внутри?

Не знаю, как у Томаса, а у меня сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Мир вокруг вдруг словно замер. Возникло ощущение, будто все дальнейшее развивалось, как в замедленной съемке. В голове крутилась только одна мысль: «Пожалуйста, достаньте свое оружие, леди! Умоляю, выньте его из кобуры!»

Но Николь этот вопрос не смутил. Она как будто только и ждала его.

– Там всего лишь кипа покрывал, – заявила она, – чтобы не поцарапать мебель при перевозке.

– Пожалуйста, откройте задние двери!

– Что?

– Дайте мне заглянуть внутрь, а потом можете ехать своей дорогой.