Мне давно хотелось убить - Анна Данилова

– Вот он, дом номер шестнадцать дробь два. Новый, только что заселенный… – Игорь помог Юле выйти из машины. – Неплохое место, только пустынное… Идеальное для убийства… Ну что, пойдем?

Они вошли в третий подъезд, поднялись на пятый этаж и позвонили.

– Кто там? – послышался высокий женский голос.

– Моя фамилия Шубин, откройте, пожалуйста, мы из милиции…

– А как вы докажете, что из милиции? – спросили, немного помолчав, словно прикидывая, верить или нет.

– Могу показать удостоверение, – Шубин достал свое удостоверение и раскрыл его перед глазком двери. – Думаю, что вы так ничего не увидите… Мы по поводу Дины Кирилловой, вашей бывшей соседки по квартире.

Дверь приоткрылась, и они увидели испуганные глаза. Все остальное пространство занимали крупные разноцветные бигуди-"ежики".

Шубин просунул в темноту удостоверение. Хлопнув ресницами, обладательница бигуди распахнула дверь:

– Вы из частного агентства, а говорите, что из милиции… У меня мороз по коже идет, когда я слышу это слово… Вы не подумайте, я не преступница какая, но все равно неприятно встречаться с представителями власти, вы не находите?

Людмила Фомина была высокой, хорошо сложенной блондинкой с пышным бюстом и длинными ногами. Короткий розовый халатик позволял рассмотреть практически все ее белое и нежное тело, шелковые скользкие полы его то и дело распахивались, открывая белый треугольник трусиков, а огромный вырез давал возможность полюбоваться округлыми грудями, прямо-таки выпиравшими из него.

Она была тщательно накрашена, напудрена, надушена и явно кого-то ждала.

– Извините, я на минутку… Разувайтесь и проходите в гостиную. – Людмила, вильнув задом, скрылась за дверью, судя по всему, спальни, предоставив посетителям самостоятельно перемещаться по сверкающему паркету в сторону ярко освещенной комнаты, застланной (это просматривалось уже из прихожей) толстым розовым ковром и уставленной темной мебелью.

Квартира была похожа на кукольную – все в ней было преимущественно белого и розового цветов за исключением итальянской дорогой мебели из темно-коричневого дерева, обтянутой тоже розовым атласом.

Хозяйка выпорхнула из спальни уже без бигуди – ее светлые волосы крупными блестящими кольцами обрамляли выразительное и довольно красивое лицо с большими карими глазами и карминным сердечком губ.

– Так что там случилось с Диной? Ее нашли? Присаживайтесь, хотите кофе?

– Я не прочь… – сказала Юля, чувствуя, что Людмила, еще не успевшая насладиться ролью хозяйки такой роскошной квартиры, с радостью продемонстрирует наличие какого-нибудь чешского кофейного сервиза, не говоря уже о настоящем кофе, который она сварит во французской кофеварке. Судя по всему, Людмила купалась в деньгах.

– А как вы меня нашли? – Она кокетливо придвинула Шубину, не сводившему с нее глаз, хрустальную пепельницу и пачку «Мальборо». – Курите, пожалуйста.

Игорь, который уже давно обратил внимание на обручальное колечко, сверкающее россыпью мелких бриллиантов на безымянном пальце Фоминой, сказал как ни в чем не бывало:

– Так вы же вышли замуж…

– А вы и про такие вещи узнаете быстрее всех? Я на минуточку…

Она скрылась в кухне и звенела там посудой, пока наконец не выкатила оттуда сервировочный столик – настоящее произведение искусства, – ломящийся от закусок и бутылок… Кофе на нем не было и в помине.

– Давайте лучше выпьем… Как видите, я прыгнула из грязи в князи… Мне повезло… Так что там с Диной? – В ее голосе появился металл. Похоже, ей доставил бы куда больше удовольствия разговор, связанный с ее настоящим, чем с прошлым, ведь Дина у нее ассоциировалась с развалюхой-времянкой, дешевыми сигаретами, безденежьем, продавленным диваном и волосатыми, противно пахнущими случайными мужчинами…

– Ее нашли недавно… Она погибла еще осенью, но тело…

Людмила закрыла лицо руками и замотала головой:

– Пожалуйста, только не надо подробностей… Я не хочу, не могу… Она была хорошей девушкой, такой безобидной… Вы ведь пришли расспросить меня о ней?

Я расскажу все, что знаю. Хотя и не уверена, что помогу вам чем-нибудь. Вы знаете о том, что у нее был жених?

Я видела его, он приезжал к ней, такой молодой, тихий…

Я видела, как мучаются они оба, но она не позволяла себе с ним ничего такого… Они были совсем чистые и, признаться, раздражали меня своей девственностью. Но он уезжал (она никогда не оставляла его на ночь), а она оставалась. Вечерами что-то учила, читала, писала, питалась, как птичка, какой-нибудь пшенной кашкой… И вдруг однажды я застаю ее во времянке не одну, а в обществе потрясающе красивого мужчины. Я была в отпаде. А они сидели в обнимку! Я не поверила своим глазам… И потом, когда этот мужчина ушел, я начала расспрашивать Дину, кто это такой да как его зовут, но она словно воды в рот набрала – сидит и молчит. Но как-то радостно молчит, словно боится выплеснуть свое счастье… И глазки блестят. Я, конечно, позавидовала ей.

– И часто вы видели у нее этого мужчину?

– Да нет же, один только раз и видела. Восьмого ноября. Я почему запомнила-то: в этот же день я встретила своего будущего мужа, Фиму. Он подвозил меня, а потом пригласил к себе…

– А зачем тебе понадобилось забирать с собой Динины вещи? Ты же обокрала ее… – Шубин встал, а Юля, неожидавшая от него такой резкости, вжалась в кресло, не зная, как поведет в ответ на его слова непредсказуемая, играющая изо всех сил роль гостеприимной хозяйки дома Фомина. – Ты уже знала, что ее нет? Скажи, ЗНАЛА? Ты знала, что этот красивый мужик, который тебе так понравился, уже поиздевался всласть над ней, убил и отвез в М.? Ведь только зная о том, что Дина мертва, ты решилась увезти все ее вещи и продукты!

– Нет! Я ничего не знала… Я действительно застала их в постели, но он не издевался над ней… Я что, не понимаю, что они делали? Да она сходила по нему с ума…

Я зашла на минутку, чтобы забрать кое-что из своих вещей, потому что собиралась пожить пару дней у Ефима…

А вещи, ее вещи… Да разве это вещи? Девятого числа приехала ее сестра и сказала мне, что Дина больше не будет здесь жить, что семье все известно про любовника, что родители в ужасе от такого поведения дочки и собираются выдать ее замуж за того парня, который приезжал к ней из М., его звали Дима. Это она мне сказала, чтобы я забрала себе все вещи Дины – не везти же обратно, в М., машина в десять раз дороже обойдется, чем все эти дурацкие варенья и соленья…

– Но у нее не было сестры… – вырвалось у Юли.

– А я откуда знаю?

– Как выглядела эта женщина?

– Сестра-то? Высокая красивая девица в красной крашеной шубе из песца, яркая, в цветастом павлово-посадском платке с черными кистями… Она совсем не походила на Дину, я даже подумала тогда, что они двоюродные…