Первое слово съела корова! - Лада Валентиновна Кутузова

Лада Кутузова

Первое слово съела корова!

© Кутузова Л. В., 2019

© «Время», 2019

Глава 1. Бедный Пушкин!

– Первое слово дороже второго!

– Первое слово съела корова!

– Коровы слова не едят!

– А она волшебная.

За окном ярко светило солнце – и не скажешь, что середина осени. В такую погоду хочется гулять с утра до вечера, а не мучиться с домашними заданиями. Но Никите не повезло: весь воскресный день он делал уроки с мамой. Рядом вертелся старший брат Сашка и всячески отвлекал: то рожу состроит, то постарается задеть, проходя мимо. Его просто тянуло к Никите.

– Пушкин, – торжественно объявил Никита, – Александр Сергеевич, «Осень».

И начал читать с энтузиазмом в голосе:

– Обыкновенно, – подсказала мама.

Сашка закатил глаза. Мол, даже стихотворение брат выучить не в состоянии, но Никита ничего не заметил.

– Блистающей, – поправила мама.

Никита посмотрел в окно – как же хочется на улицу! Сашка воспользовался моментом и показал язык. Никита в долгу не остался и высунул свой, а мама сразу же засекла.

– Стихотворение рассказывай, – возмутилась она, – а не то к папе пойдёшь.

Идти к папе Никита не хотел, но тот явился сам.

– А почему телевизор работает? – тут же оценил обстановку папа.

– Пап, – заволновался Никита, – кино идёт.

– Никаких кино, – отрезал папа, – ступай в нашу комнату, чтобы не отвлекаться. Выучишь – приходи.

Никита отправился в родительскую спальню. Разлёгся на кровати и включил телевизор. Негромко, чтобы папа не услышал. Учить стихотворение совсем не хотелось. Он взял карандаш и что-то нарисовал в учебнике. Вскоре фильм закончился, и Никита вернулся в гостиную. Папа поставил табуретку на середину комнаты.

– Залезай.

Никита взгромоздился на неё и продолжил с умильной интонацией:

– Слезай, – велел папа. – Недостоин ты на табуретке стоять.

Никита слез и ушёл повторять. Через пять минут возвратился, забрался на табуретку и закончил уже без всякого вдохновения:

Папа придираться не стал, что сын рассказал стихотворение с запинками, и Никита начал собирать портфель. Он протянул маме учебник по литературе и попросил:

– Сотри, пожалуйста.

Мама открыла книгу и увидела, что на странице со стихотворением нарисована корова, похожая на большую рогатую собаку. Рядом Никита приписал корова, чтобы никто не перепутал.

– Ник! – рассердилась она. – Надо уроки учить, а не рисовать картинки.

– Но я же выучил, – пожал он плечами.

Мама взяла ластик и попыталась стереть картинку. Ничего не выходило.

– Не получается! Теперь заставят новый учебник покупать, – расстроилась она. Да так сильно, что рассыпалась на тысячу маленьких мам. Никита и Сашка бросились ловить их, пока те не разбежались по квартире. Правда, Сашка ещё успел Никите подзатыльник отвесить, чтобы тот не выводил маму из себя. Но дать сдачу было некогда – одна из мам попыталась спрятаться за шторой.

– Прости, – извинился Никита, когда они с Сашкой собрали маму. – Только скучно просто так зубрить. Вот я и придумал, что это волшебная корова и она ест слова. Вот бы хорошо было, если бы она все стихи слопала!

Он убрал портфель. Затем прищурил глаз, согнул левую руку в локте и прижал кулак к правому плечу. Другую руку приподнял и выдвинул вперёд, обхватив воображаемое ружьё за ствол.

– Бабах! – закричал Никита и откинулся назад словно от отдачи. – Вот так бы я с Пушкиным поступил, – кровожадно заметил он. – Как тот самый… забыл.

– Дантес? – подсказала мама.

– Ага. Только я бы его за то, что он такие сложные стихи сочинял!

Мама заинтересовалась:

– А за что Дантес застрелил Пушкина, знаешь?

– Угу. Дантес в жену Пушкина чмок-чмок-чмок, – выразительно зашевелил губами Никита.

– Влюбился, – уточнила мама.

– Ага, – кивнул Никита. – А Пушкину это не понравилось, и он его на дуэль вызвал. А тот его убил. Хорошо, что убил, а то бы Пушкин ещё целую кучу стихов написал, а нам учить.

Корова из книги укоризненно посмотрела на Никиту, но мальчик не увидел.

Мама изумилась:

– Неужели тебе Пушкин совсем не нравится?

– Почему? – отмахнулся Никита. – Одно стихотворение нравится. У Лукоморья дуб срубили, кота на мясо порубили… Дальше не знаю.

– Это тебя папа научил? – Мама не сомневалась в ответе.

– Ага, – радостно поддакнул мальчик.

Мама обхватила руками голову и застонала:

– Нет чтобы нормальное стихотворение запомнить.

– А я помню, – обиделся Никита и продекламировал:

подхватил Сашка, не забыв добавить: – Я, вообще-то, это стихотворение не учил. Просто так запомнил.

– Ладно, – проворчала мама, – смотри свой телевизор. А не то я тебя, как Дантес Пушкина…

А сама подумала: «Бедный Пушкин!» И корова, нарисованная Никитой, была с ней абсолютно согласна.

Глава 2. Точка в журнале

Утром по дороге в школу Никита размечтался.

– Знаешь, о чём я каждое утро молюсь? – спросил он.

– О чём? – насторожилась мама.

– Чтобы я пришёл в класс, а там всего шесть человек. Тогда бы уроки отменили!

Мама ужаснулась:

– Лучше бы ты о хороших оценках думал!

– А-а, – возмутился мальчик, – знаешь, какая у нас Ольга Ивановна строгая? Ей не угодишь.

Мама махнула рукой:

– У Саши же получается. А ты вечно ленишься, вчера полдня на домашнее задание потратили.

– Ботаник твой Сашечка, – снисходительно протянул Никита, – только и думает, как бы его учителя похвалили. Наверное, ночью одни учебники снятся.

Мама уронила голову на грудь. Голова сразу же отвалилась и чуть не упала, но Никита успел подхватить. Он быстренько прикрепил её обратно и с укоризной посмотрел на маму: нечего по пустякам переживать!

– И тебе бы не помешало стараться! – заметила мама.

Никита не согласился:

– Ага, как же! Теперь Сашечка и по субботам учится из-за того, что в математическую школу попал. Я так не хочу!

Они подошли к зданию школы. Никита посмотрел по сторонам: нет ли поблизости одноклассников, подставил маме щёку для поцелуя и побежал ко входу.

На уроке литературы Ольга Ивановна спрашивала стихотворение наизусть. Никита надеялся, что пронесёт, но не повезло – учительница вызвала к доске. Никита с запинками домучил стихотворение и ждал честно заработанную тройку, но Ольга Ивановна так не считала.

– Никита! – возмутилась она. – Это же сам Пушкин! Александр Сергеевич. Разве можно так безобразно читать стихи великого поэта?

– Я учил, – привычно ответил мальчик.

– Плохо учил, Соловьёв. Ставлю пока точку в журнал. К следующему уроку чтобы от зубов отскакивало, а иначе точка превратится в двойку.

Никита уныло поплёлся к своей парте, а учительница продолжила опрос.

– Мама, – позвонил Никита днём, – можно я в компьютер поиграю?

– А пятёрку получил? – уточнила мама. – Сам знаешь: нет пятёрки – к компьютеру не подходишь.

– Тут получишь… – пожаловался Никита.

На другом конце провода раздался тяжёлый вздох.

– Что случилось?

– Она мне точку в журнал поставила! – наябедничал Никита.

– Не она, а Ольга Ивановна, – поправила мама.

– Какая разница, – буркнул мальчик. – Я же рассказал!

– Значит, плохо рассказал, – не поверила мама. – Учи по новой.

– Лучше тебя дождусь.

Вздох повторился.

– Саша, между прочим, сам уроки делает!

– Вечно ты его хвалишь! Конечно, ведь Сашечка – твой любимчик, – проворчал Никита и повесил трубку.

Он подпёр рукой голову и представил конец учебного года. Вся школа собралась во дворе, директор по микрофону подзывает Никиту