Ветер делают деревья или Руководство по воспитанию дошкольников для бывших детей и будущих родителей - Станислав Востоков

Станислав Востоков

Ветер делают деревья,

или

Руководство по воспитанию дошкольников

для бывших детей и будущих родителей

(Из вопросов маленького мальчика)

Вера Александровна смотрела в окно. За стеклом крупными хлопьями сыпал снег. Земли уже не было видно, а кое-где появились сугробы. И только аллею снегу никак не удавалось засыпать — по ней всё ходили и ходили люди.

Вера Александровна закашлялась, прикрыв рот ладонью, и закуталась поплотнее в пуховый платок. Вчера, когда она вывела свою группу дошкольников на последнюю в этом году прогулку, Лосев толкнул Спицына в сугроб, и Вере Александровне пришлось доставать его из глубокого снега. Поэтому теперь вместо того, чтобы встречать Новый год с друзьями, она сидит дома с температурой.

Вера Александровна подошла к столу и сделала глоток из дымящейся кружки. Стало чуть полегче.

«А вот Спицын совсем на Лосева не похож, — подумала Вера Александровна, — тихий, спокойный мальчик. Правда, вечно ко всем пристаёт со своими «недетскими вопросами». Зато какой милый подарок он сделал мне на Новый год!»

Вера Александровна села в кресло и взяла в руки тетрадь, на которой ровными печатными буквами было написано «Днивник», первое «и» было зачёркнуто и исправлено чьим-то взрослым почерком на «е».

— Подумать только, шестилетний мальчик в течение нескольких месяцев вёл дневник наблюдений за жизнью в нашем детском саду!

Ну что ж, интересно будет взглянуть на себя его глазами...

Вера Александровна надела очки, включила настольную лампу и открыла тетрадь.

Вообще-то, я никакой не гений. Эту кличку мне придумал Лосев, потому что она похожа на моё имя. По-настоящему меня зовут Гена. Лосев сказал мне: «Ты такие умные вещи всё время говоришь, что тебе свои мысли надо куда-нибудь записывать». Тогда я решил завести дневник, чтобы заносить в него свои размышления и разные истории из жизни. Например, мне непонятно, почему я Спицын, и моя мама Спицына, и мой папа — Спицын, а бабушка — Божукова. Я спросил её: почему мы — Спицыны, а она — Божукова? И не хочет ли она стать Спицыной? А она ответила, что Спицыных у нас и так много, а Божукова — одна. Поэтому она лучше со своей фамилией останется.

Я хожу в детский садик номер три. Там есть сторож по имени Сансаныч. Он уже много прожил. Может, целых двадцать лет или даже больше. Он говорит, что уже жизнь понюхал, а я нет. Но это неправда. Я её тоже понюхал. Жизнь Сансаныча пахнет керосином и крепким чаем. А моя — в обед борщом, а утром, когда папа идёт на работу, — мужским одеколоном «Консул».

Сегодня к нам один новый мальчик из Грузии пришёл. Правда, имя у него как у американца — Гарик. Не успел он прийти, как сразу свой шкафчик для одежды с моим перепутал, потому что на его дверце тоже «Г» написано. Только у меня гриб нарисован, а у него — гантели. Но мы его вещи доставать не стали, и я просто свои шапку и куртку в шкафчик Гарика повесил. А потом я себя весь день грузином чувствовал. Как будто в Грузию съездил. Сегодня наша воспитательница Вера Александровна читала нам про Колобка. Интересная сказка. Колобка слепили Бабушка с Дедушкой, а он ушёл от них и стал бродяжкой. Потом попал в дурную компанию и плохо кончил. По мнению Веры Александровны, этого бы не случилось, если бы он воспитывался в нашем саду.