Три вальса (рассказы) - Евгений Львович Мальгинов

— Мне в Сосновке выходить, не пролетим? — напомнил Савва, когда они закончили.

— В Сосновке, говоришь? — обернулся летчик слева. — Мы вообще-то постараемся притормозить, но если не получится, придется тебе того… с парашютом прыгать.

Он отвернулся и замолчал.

Савва почесал голову, взглянул через стекла вниз и снова посмотрел на летчиков. Оба были вполне серьезны.

— Ну? — не оборачиваясь, поинтересовался тот, что слева. — Согласен?

— Ладно, — побледнев, решительно сказал Савва, — прыгну. Где парашют?

Летчики одновременно громко засмеялись.

— Ну, Костя, у тебя и шуточки! — сказал летчик справа.

— Ничего, — сказал тот, которого назвали Костей. — Главное — смелость, правда, Савва?

— Правда, — сказал Савва. — Только я не умею на парашюте летать.

— Это не беда, научим, — сказал летчик Костя. — Принимаем тебя в экипаж, пойдешь?

Савва вздохнул.

— Нет, не могу, — сказал он. — Мне к бабушке надо.

— О, если к бабушке, то это дело важное. Тебе лет-то сколько?

— Скоро десять будет.

— Когда?

— В апреле.

— Да, действительно скоро, — сказал Костя. — Ты учишься?

— Нет.

— Интересно! — удивился Костя. — А почему ж ты не учишься?

— Мы только зимой учимся.

Оба летчика опять засмеялись.

— Ну что ж, Савва, будем знакомы, — сказал летчик справа, подавая Савве широкую ладонь, — я — Саша, он — Костя. Теперь иди на свое место, пристегнись и жди. Сейчас будет твоя Сосновка.

— Есть! — сказал Савва по-военному.

Летчик Саша встал и вышел вслед за ним.

— Начинается посадка. Пристегните ремни, вставать и ходить не разрешается, — сказал он и раздал еще несколько пакетов.

Соседке Саввы было плохо. Она сидела совсем бледная и как-то слабо держалась. Остальные пассажиры усаживались поудобнее. Старушки подтянули поближе узлы. Тросы, протянутые вдоль самолета, зашевелились и поползли. Затрясло сильнее, винт шумел то глухо, то звонко.

— Тетя, дайте я подержу, — сказал Савва, видя, что женщина клонится набок.

Женщина отдала ребенка. Савва старательно держал большой мягкий сверток, пока делали наклоны в разные стороны. Все притихли, только две старушки невнятно бормотали.

Наконец твердая земля поддержала самолет, мотор взревел, старушки стали креститься, а все остальные облегченно вздохнули.

Когда шум стих и пропеллер успокоился, летчик Саша открыл дверь, и все стало как-то по-другому. Стало казаться, что это не самолет, а просто пыльная комната.

У Саввы забрали ребенка, и он спрыгнул на траву под яркое солнце.

Совсем рядом оказались сонная избушка, за ней мачта, на которой вяло трепался полосатый, как у Буратино, матерчатый колпачок, и виднелись два красных бака за низким зеленым заборчиком.

Возле крыла самолета уже стоял и улыбался летчик Саша.

— Ну что, Савва, обратно с нами полетишь?

— Нет, я сейчас к бабушке, — озабоченно оглядываясь, сказал Савва. — А где же Сосновка?

— Под горой, километра четыре отсюда.

Летчик приоткрыл отверткой маленькую крышку на брюхе самолета и заглянул под нее.

— А говорил «не сломался», — сказал Савва. — Даже до бабушки не долетели.

Пассажиры толпой потянулись к избушке, на ходу обнимаясь с встречающими. Голоса потерялись на широком поле под открытым небом.

— Как не долетели? — Глаза летчика смотрели лукаво. — Очень даже долетели. Просто на аэродромах бабушки не водятся.

Савва засмеялся.

— Тогда чего же ты там смотришь? — спросил он.

— Масляное пятно. — Летчик вздохнул и задумчиво постучал отверткой по самолету.

— Теперь не полетит?

— Ну уж, сразу не полетит, — сказал летчик. — Полетит. Тут только маленькая неисправность…

Воздух дрожал от зноя. К самолету неторопливо шагал седой человек в плаще.

— А я думал, — сказал Савва, — что самолет ломается насовсем. Если хоть чуть-чуть сломался — то и лететь нельзя.

— Интересная мысль, — улыбнулся летчик. — Я тоже когда-то так думал. Ну ничего, сейчас мы его наладим. Держи. — И кинул ему кусок ветоши.

— Разве тряпкой самолет налаживают? — развеселился Савва.

В этот момент под самолет заглянул седой человек.

— Саввка, это ты?

— Я, — сказал Савва. — А что?

— К бабушке-то поедем? — точь-в-точь как отец, спросил Седой.

— Ура! Дедушка! — закричал Савва и выбежал в раскрытые объятия. — Тут самолет сломался, а мы его тряпкой налаживаем.

— Здравствуйте! — сказал дедушка летчику, опуская Савву на землю. — А я там внука жду. Чуть не потерял.

— Неужели забираете? — подмигнув дедушке, сказал летчик. — А мы его уже в свой экипаж приняли.

— Он шутит, шутит! — закричал Савва. — Там для летчиков только два места.

— Забираю, — сказал дедушка. — Спасибо, что довезли в целости и сохранности.

— Ну тогда до свидания!

— Его Саша зовут, а другого Костя, — сказал Савва по дороге. — А где же наш мотоцикл?

— Ждет возле избушки. — Дедушка лучился морщинами.

— Его не украдут?

— Нет.

Пока шли, Савва, перемешивая события годичной и недельной давности, сообщил деду интересный винегрет из своей жизни.

— Ну ладно, в деталях дома разберемся, — вздохнул дедушка. — А сейчас садись в коляску и держись.

Если бы у Саввы спросили, как именно он сел в коляску, куда поставил ногу, за что взялся — он бы никогда не ответил…

Один день у бабушки

Бабушка прижала к себе Савву дряхлыми руками. Дедушка слез с мотоцикла, попил из ковшика, застегнул брезент на коляске и снова сел на мотоцикл.

— Ну, разбирайтесь тут с делами, а мне еще в поле нужно поспеть, — сказал он. — Вечером поговорим.

Мотоцикл взревел, развернулся, выехал в ворота и исчез.

Савва с бабушкой остались одни, если не считать кур да большого кота, который развалился среди стружек на верстаке возле гаража и шевелил ухом, наводя его то на бабушку, то на гостя.

Бабушка велела Савве снять куртку и умыться из умывальника возле крыльца. Потом она повела его в дом и усадила за чисто выскобленный стол.

Бабушка была такая же старая, как и два года назад, когда приезжала к ним в гости. Савва любил бабушку за то, что она была добрая и слабая, за то, что она была хорошим ветеринаром (хотя бабушка всю жизнь была хорошим фельдшером; Савва давно собирался разобраться в разнице между этими словами, но все было как-то недосуг) и за то, что она раньше жила в славном городе Весьегонске. Почему славном? Потому, что, когда дома первый раз упомянули Весьегонск, Савва читал книгу о славном городе Муроме.

Савва ел и рассказывал: как летел, как трясло самолет и как. его нашел дедушка. Потом он перешел на дом, на школу, на друзей и наконец развернул перед бабушкой потрясающую картину города, где дома в сто раз выше, из кранов течет вода, а улицы покрыты асфальтом. И еще, кстати, рассказал о дядьке без головы, который живет на картофельном поле.

— Интересно, — поддакивала бабушка в продолжение всего рассказа, но насчет дядьки усомнилась.

— Разве