Три вальса (рассказы) - Евгений Львович Мальгинов

— Какого индюка? — сказал Коля.

Девочка уперла руки в бока и показала носом на птицу:

— Вот этого.

— Разве это индюк? — начал придуриваться Коля.

— Да, — девочка топнула ногой, — индюк!

— А мы думали, это гусь, — сказал Коля, толкая Савву локтем.

Мальчики вошли во двор и присели на завалинку.

— Почему вы разбойничаете?

Савва молчал, продолжая смотреть на девочку. Ему не хотелось поддерживать Колю, но тот, по-видимому, совсем не разделял его восхищения.

— Нет, мы хорошие, — насмешливо сказал он.

— А вот и не хорошие, — возразила девочка. — Я утром видела все-все. И как вы пчел дразнили, и как козу стукнули.

— Мы не дразнили, — вырвалось у Саввы, — они сами…

— Неправда, я видела! — закричала она. — Сначала вы палкой козу стукнули, потом на поросенка корыто бросили, а потом бегали и дразнили пчел. Вы всегда всех мучите?

Такой вольный пересказ утренней истории поразил Савву, но он промолчал, боясь рассердить девочку, а Коля, как ни в чем не бывало, подмигнул ему.

— Если по правде, — сказал он, — то мы с козой и с поросенком физкультурой занимались. А потом? Потом с пчелами купаться пошли. Я люблю купаться с пчелами.

Девочка наконец улыбнулась.

— Вас Наташа зовут? — не терял времени Коля.

— Никак не зовут, — капризно сказала девочка.

— Жалко. — Коля почесал затылок. — А мы думали Наташа.

— Ну и что!

Девочка опять надула губы. Савва с тревогой следил за Колиными шуточками.

— Жалко, что не Наташа, — продолжал Коля. — Вот у Саввы есть бабушка, так она говорит, что в этом доме живет Наташа, которая очень скучает и хочет с нами познакомиться.

— Вот еще! — девочка фыркнула. — Я вовсе не скучаю.

— Ага! — безжалостно засмеялся Коля. — Вот мы тебя и поймали. Значит, ты Наташа?

Девочка рассердилась, что ее разоблачили.

— Уходите с нашего двора, а то я бабушке пожалуюсь! Бабушка! — крикнула она.

— Ну вот, теперь совсем обиделась, — огорченно шепнул Савва.

— Будь спок! — сказал Коля. — Сам же говорил…

— Я не хочу с вами знакомиться, уходите! — повторила девочка.

Савва встал, собираясь уходить, но Коля даже глазом не моргнул. Наоборот, он пересел на ступеньку крыльца поближе к девочке.

— Ну ладно, — сказал он, — не хочешь — не будем. А купаться ты ходишь?

— Не хожу, я не умею плавать.

— Вот и хорошо. Значит вместе не пойдем. Мы тоже не умеем…

Савва слушал разговор уже как посторонний, крах визита казался ему неминуемым, но тут случилось чудо! Девочка вдруг совсем мирно сказала:

— Мне бабушка велела картошку в подполе перебрать. Вот когда переберу, тогда и пойду. Вас Коля зовут, да?

— Картошку! — Коля зажмурился, как будто ему сказали о клубнике. Наташа засмеялась. В этот момент из-за двери появилась ее бабушка.

— Вот и хорошо, — сказала она, — перебирайте вместе. Будет веселее, а то ведь ты скучаешь!

На этот раз, к удивлению Саввы, девочка совсем не обиделась.

Сердце у Саввы пело, когда они спускались в подпол и когда он сидел на корточках возле Наташи с гнилой картошкой в руках.

В подполе оказалось светло от маленького окошка на улицу. Разболтались и познакомились за одну минуту. Оказалось, что Наташа приехала из города Чкалова, тоже перешла в третий класс и с аэродрома тоже ехала на мотоцикле, только со своим дедушкой.

Савва, признавая заслуги товарища, по-прежнему помалкивал, а Коля с Наташей стали хвастать друг перед другом чем попало: городами, школами, учителями, отметками и прочим…

— А у нас, — говорила Наташа, — у одного мальчика есть собачка Найда. Такая беленькая, хорошенькая! Когда у нее будут кутята, он мне даст одного, вот!

— А я маленьких беленьких собачек не люблю, — отвечал Коля. — У них не поймешь, где голова, а где хвост. Я люблю больших собак, которые ваших маленьких едят на обед, вот!

Все трое смеялись, гнилая картошка летела в помятое ведро. Одновременно соревновались в меткости.

— Прицельное бомбометание! — работая на публику, торжественно провозглашал Коля, бросал и часто мазал.

Савва тоже бросал, но промахивался нарочно, не желая выпячиваться. Картошка попадала в каменные плитки и разлеталась…

С работой справились довольно быстро. Пока Коля с Наташей выносили ведра, Савва рассматривал старые серпы, горшки, склянки, казавшиеся ему старинными, смотрел в окошечко и наслаждался прохладой — лицо и руки все еще горели и болели.

Потом друзья ждали, Когда Наташа переоденется. Она вышла в купальнике, сандалиях и большой соломенной шляпе, вручила Савве сумку, одеяло, надувной спасательный круг, а Коле маленький резиновый мячик и две ракетки.

Было уже поздно, идти на пруд бабушка не разрешила, поэтому они направились к омуту за огородами, где Коля с Саввой еще не были.

— Наталочка, — предупредила бабушка с крыльца, — долго в воде не сиди, и через час — домой.

Путаясь в одеяле, Савва тащился сзади, слушая, как Коля легко беседует с Наташей. Она опять громко смеялась, так как Коля для смеху называл ее Наталочкой…

Вечером, укладываясь спать на сеновале, друзья обменивались впечатлениями.

— Она все время на тебя смотрит, — задумчиво констатировал Савва. — Я хотел, чтоб она мячик мне отдавала, а она все время тебе. Даже когда ты на тот берег убежал, — тебе отнесла.

— Да? — удивился Коля. — Завтра скажу, чтоб тебе отдавала.

— И картошку с тобой носила, а я хотел, чтоб со мной.

— Будь спок, завтра скажу, чтоб с тобой носила, — решительно пообещал Коля.

Звезды смотрели на ребят через дырки в крыше. Из дома доносились звуки радио — дедушка слушал последние известия. Стуча копытами, внизу никак не мог устроиться теленок. Изредка спросонья что-то болтали куры.

— Нет, не надо ей ничего говорить, — сказал Савва. — Я больше с ней играть не буду.

— Почему?

Савва натянул одеяло до носа, вздохнул, но ничего не сказал.

— Ну ладно, как хочешь, — сказал Коля. — Я ведь для тебя старался.

— Дедушка сказал, что на ферме зайцев много. Хотите, говорит, я вас туда на целый день отвезу? Там тоже речка есть, поглубже, чем здесь. Поедем?

— Конечно, на ферму лучше, — с готовностью сказал Коля.

Сон потихоньку подкрадывался, так как оба вдруг услышали, как шумит речка.

— И почему ее бабушка только на час отпускает и то со спасательным кругом? — пробормотал Савва.

Коля не ответил. Последние известия закончились. Теперь из окна вылетали и растворялись в ночи слова:

Вам возвращая ваш портрет,

Я о любви вас не молю.

В моей душе упрека нет,

Я вас по-прежнему люблю…

Артист

(рассказ Коли Максимова)

В штаны хорошая рыба, конечно, не