Отборочный матч - Лео Бикан

Я шёл мимо фабрики, перед которой высился рекламный щит, но мне было всё равно.

За оградой фабрики мне помахали рабочие, но я не ответил.

Прошёл через Парк металлургов – в этом месте скорее поймаешь столбняк, чем встретишь живой цветок. Я поплёлся вдоль водосточного желоба, до того печальный, что комары из сочувствия решили не нападать. Вдалеке я увидел, как строят будущий стадион – гигантская сфера, где пройдёт наш отборочный матч. Пока лишь металлический каркас.

При виде стадиона я отчётливо понял всю неизбежность происходящего, и от этого стало совсем худо.

– Дался мне этот Космобол, – сказал я глухо.

И словно в ответ получил мячом в лоб – удар свалил меня на землю.

Несколько секунд я так и лежал ничком, затем медленно поднялся и увидел, как полыхает факел.

– Прости, – крикнула мне девочка. – Я правда тебя не заметила.

Я моргнул и уставился на симпатичную девчонку, примерно мою ровесницу. В руках зажат старый футбольный мяч. Ей было неловко, и она, сама того не замечая, стала крутить мяч на пальце, перекатывать с одной руки на другую, подкидывать и ловить его с какой-то немыслимой скоростью…

Оказалось, что никакого факела нет. Полыхает её макушка, раскалённая докрасна. Хотя нет, оттенок всё-таки розовый.

А вот я точно покраснел. Да уж, она производит впечатление!.. Так владеть мячом может только профи.

– Ты в порядке? – спросила она, заметно нервничая.

– Да… То есть нет… В смысле да, – я не очень понимал, что говорю. – Слушай, как тебя зовут? – нашёлся я наконец. Какая же она красивая! Мне показалось, что она посмотрела на меня как на пришибленного. Взяв себя в руки, я спросил:

– Где-то здесь живёшь? В школе тебя никогда не видел.

Девочка опустила голову. И, словно в ответ на мой вопрос, пламя на макушке стало ещё ярче.

– Школу я бросила… Надо было помогать семье. Ну, ты знаешь, платить по счетам сеньору Линготто.

По голосу было слышно, что нашего магната она любит не больше, чем тараканов. А мяч, между тем, так и сверкал у неё в руках. Он как будто жил своей жизнью… Нет, наоборот! Как будто девочка с мячом были одно целое.

– Как тебя зовут? – спросил я снова. А про себя уже решил, что не отпущу. – И, кстати, не хочешь в команду по Космоболу? Нужны добровольцы. Дело жизни и смерти.

11

Имя у девчонки, которую я в первую секунду принял за факел, было Аритикирья Фокс. Дома её звали просто Искра. И не потому что у неё на макушке пламя (в их семье все такие), а за пылкий нрав. Чуть что – сразу вспыхнет огненно-розовым.

– Не выношу, когда поступают несправедливо, – объяснила она. – Я всё принимаю близко к сердцу, по-другому не получается.

Из-за огня можно подумать, что Искра пришелец. Это не так! Она тоже, как я или Диана, земной человек. Просто она мутант. Её далёкие предки работали в энергетическом центре, совсем рядом с Солнцем. В итоге у них начались мутации, которые передавались по наследству. Так она стала пиромантом.

Вместе с этой способностью ей досталась суперскорость. Не скорость света, конечно, но близко к этому. Позже, на первой тренировке, нам стало ясно, что она первоклассный космоболист.

– Так что же, – спросила Искра на прощание, – вместе со мной команда получается полной?

– Ну… Более-менее.

Я не рискнул признаться, что для матча нам не хватает двух игроков. А вдруг новая знакомая, услышав такое, потеряет к нам интерес?

На следующий день я рассказал об этой встрече друзьям, и меня завалили вопросами:

– Она точно умеет играть в Космобол, ты уверен? – с сомнением спросил Исаи.

– Значит, пиромант… А ты не заметил, есть ли пламя при отрыжке? – заинтересовалась Джелли, не упуская случая сверкнуть интеллектом.

– Буду рада с ней познакомиться, – сказала Диана. – Слушай, как можно не ходить в школу? Поставить крест на учёбе и помогать семье выплачивать бесконечный долг… Ужас какой!

Диана была, конечно, права, но сейчас не время для глубоких раздумий. Надо найти остальных игроков, иначе не сможем сыграть против команды клонов.

В полдень мы прождали у агитационного плаката всю большую перемену. Напрасно, никто к нам не подошёл… Разве что Себа Мор, гроза класса «Б». Но лишь затем, чтобы поиздеваться:

– Ребята, вы серьёзно?! Кому охота быть в команде неудачников! С какого перепугу? Из-за вас, болванов, сеньор Линготто нас всех заставит работать, и малышей тоже. Лет эдак с пяти.

Наконец, мы и сами стали понимать, что зря тратим время.

– Неприятно, конечно, – озвучила наши мысли Диана, – но Себа Мор прав. – Она встала со скамейки, на которой мы уже порядком засиделись в ожидании смельчака. – Должен быть другой способ найти двух игроков, – подвела она итог.

Я посмотрел на лестницу. По ней спускались и поднимались целые толпы учеников всех цветов, размеров и молекулярных форм.

– Если игроки не идут к нам, – рассуждал я вслух, – значит, мы сами пойдём к игрокам.

Остаток дня мы пробегали в поисках кандидатов. Диана составила список лучших учеников нашей школы, обладателей всевозможных наград.

Сначала мы отправились во 2-й «В», где учится Люсия Лусеро. Она 8-кратный чемпион по скорочтению азбуки. А ещё виртуозно обращается с 5-значными числами: может вести подсчёты, держа голову под водой.

– Не хочешь к нам в команду по Космоболу? – спросил я, улыбаясь с натяжкой.

Люсия была занята тем, что на виртуальной доске во всю стену вела сложный математический расчёт. На меня она даже не посмотрела.

– Я бы с радостью, – ответила она, записывая число пи в обратном порядке. – Но мне нужно готовиться к олимпиаде.

Диана взяла калькулятор и хотела как-то помочь, но в итоге только запуталась.

– Вы можете отойти? Место на стене почти закончилось.

Тогда мы пошли на кухню, искать помощи у следующего по списку. Им оказался Роми Болетус, тоже лупианец, как и наш Исан. Однако на этом их сходство заканчивалось. Роми куда как толще, шерсть у него белая, а четыре руки всегда заняты. Двумя он готовит, а ещё двумя поочередно кладёт в рот печенье.

– Простите, но у нас с сеньором Линготто уговор.

– Как это уговор? – спросил я, не веря своим ушам.

– Я для него готовлю любимое лакомство, пудинг… А он снабжает