Кошачье заклинание - Сергей Георгиев

Пальцы ощутили сначала гладкую холодную резину, затем короткий жесткий ворс.

«В галошах он, что ли? Валенки с галошами?»

Галоша выскользнула из рук, Виктор кошкой бросился вперед… и в то же мгновение вновь услышал предостерегающее «тс-с!».

Какое-то время они ползли молча; Виктор ориентировался по тяжелому сопению неведомого спутника, которое постепенно становилось все более громким, усталым, прерывистым.

— А куда мы ползем? — наконец, не выдержав, прошептал мальчишка.

Человек впереди замер, а потом шумно развернулся, подполз к Виктору и жарко зашептал в самое ухо:

— Мы уже на месте! Собственно, мы и ползли по кругу, прямо над нами люк!

— Зачем же мы ползали?! — едва не закричал Витька, но крепкая сухая ладонь закрыла ему рот.

— Так надо было… Чтобы вы успокоились!

Да Виктор Бубенцов и без того был совершенно спокоен! Безо всяких подвальных упражнений в ползаньи! Хотя… Сказать по правде, глупые маневры в темноте на верблюжьем одеяле, кажется, действительно помогли!

— А теперь давайте знакомиться, — смущенно хихикнул некто рядом, и уже две худенькие ручонки сжали Витькину ладонь. — Меня зовут Кириллов Валерий Иванович, очень, очень приятно! Я уже имел честь представиться по телефону… Возможно, вы неоднократно видели меня во дворе… Такой серый, симпатичный котик, не обращали внимания? Лохматенький такой?!

Валерий Иванович в темноте вдруг снова захихикал, на этот раз довольно нервно и неприятно:

— Простите великодушно, но это я вас… хи-хи-хи, заколдовал… Превратил, так сказать… Хи-хи-хи…

— Вы — кот?! — у Виктора Бубенцова перехватило дыхание.

— Нет, конечно, — нормальным голосом отозвался Валерий Иванович. — Ну, бывает, конечно, иногда, что и кот… Удобно, знаете ли… И очень тепло! У котов великолепная шуба!… А без шубы зимой, извините, холодно! Мерзну я без теплой шубы!…

— Так вы — волшебник! — с холодящим сердце ужасом, но одновременно и с радостью понял мальчишка. — Вы превратили меня в Павла Мошкина! Вот и хорошо. Это здорово!

— Да? — неуверенно отозвался Валерий Иванович. — Может быть и хорошо, я старался…

— А теперь превратите меня, пожалуйста, обратно… Превратите меня… снова в меня! — горячо попросил Виктор.

— Легко сказать! — после долгой паузы вздохнул невидимый в темноте Валерий Иванович Кириллов. — Повидал я этих волшебников! Ну, публика, я вам скажу!

— Как же так? — потерянно забормотал Витька. — Волшебник, миленький… Я вас очень прошу…

Он вдруг почувствовал, что еще немного, и просто разревется.

— Сделайте же что-нибудь!…

— Да пожалуйста! — неожиданно обиделся Валерий Иванович. — Хоть что-нибудь — это мигом! Объясните как — и я тотчас превращу вас в кого угодно, хоть в кенгуру! Даже лучше становитесь волшебником сами и хоть запревращайтесь!

— У-у-у-у! — дико завопил несчастный Виктор и, бросившись вперед, вцепился в какое-то жесткое, негнущееся пальто с железными пуговицами.

Но таинственный волшебник неожиданно ловко выскользнул из его рук и затаился где-то неподалеку.

— Вы же здесь! Я все равно вас найду! — всхлипывая, бормотал Витька.

Что-то почти невесомое и хрустящее неожиданно ткнулось парню едва ли не в нос. Виктор инстинктивно схватил предмет обеими руками. В следующий миг весь подвал залило мягким, неслепящим голубоватым светом.

— Это печенье у вас в руках, — объяснил Валерий Иванович откуда-то из-за спины. — «Полянка» назывется, очень вкусное!… Чаю хотите?

Прямо под люком оказались расстелеными два толстых верблюжьих одеяла, а чуть дальше причудливо переплетались серебряными червями укутанные в блестящую фольгу водопроводные трубы.

Виктор повернул голову на голос и увидел сидящего на краю одеяла тщедушного старика с розовым лицом и бегающими глазками, безбородого и лысого.

— Вот уж не люблю я этих волшебников, не уважаю просто… — ежась под взглядом Виктора, заговорил старик голосом волшебника Валерия Ивановича Кириллова. — Обязательно втянут человека в какое-нибудь безобразие! Это они ой как умеют!… А вот выпутывайтесь потом сами! Как знаете!

Темнота несколько минут назад делала подвал таинственным и необычным, при свете же здесь было неуютно, и только.

— Вы тут живете? — Виктор внезапно почти забыл свои неприятности. Ему отчего-то стало очень жалко этого старика в поношенном старомодном пальто. — Да, Валерий Иванович?

Он впервые назвал непонятного человека по имени и отчеству.

— Ничего и не живу! — подпрыгнул на месте волшебник. — Я вообще нигде не живу! То есть живу нигде! Понимаете, нигде! Рома-а-а-антика!

Над одеялом из воздуха возникли две дымящиеся чашки чаю на блюдцах, плавно опустились, не расплескав ни капли.

— Вот это подвал, да?! — между тем продолжал брюзжать Валерий Иванович. — Никаких удобств, одна канализация! Раньше разве так строили?!

— Почему вы не хотите превратить меня еще раз? — тихо спросил Витька.

— Я не хочу?! — взвился волшебник. — Я очень даже хочу! Очень!

Тут Валерий Иванович на секунду конфузливо смолк, а затем продолжал совсем другим тоном:

— Кажется, я применил слишком сильное заклинание… Нечаянно… по неосмотрительности… В гневе я страшен, о-хо-хо…

— Значит, что же… я теперь… навсегда?! — в отчаянии Витька сдавил ни в чем не повинную пачку печенья так, что из нее сквозь лопнувшую обертку тонкой струйкой брызнул сухой мучной песок.

— Видите ли… — грустно признал Валерий Иванович. — Мне бы хорошенько разобраться, чего я хоть такого натворил… Разные ведь бывают волшебства… И способы против них разные… Можно как будто для избавления с драконом сразиться… Или яблок волшебных раздобыть… килограмма полтора…

— Да какие яблоки, какие драконы?! — прикусил губу Витька.

— Вот я и говорю, — грустно согласился волшебник. — Весной-то какие драконы, они все в спячке! Можно, наверное, просто довести дело до конца, как все было задумано. Тогда, наверное, все само собой… ну, обратно и превратится… Хочу надеяться…

— До конца?! До какого конца?! — еще больше ужаснулся Виктор. — Говорите же!

— Я опрометчиво решил отомстить Павлу Мошкину, хулигану, который обижал кошек и своих товарищей по классу, — печально признался Валерий Иванович. — Я пересадил вас, мой друг, так сказать, в его «шкуру»… Потому что вас он обижал больше всех… Вы знаете такую игру — «Мой солдат»?

— Да, — беззвучно кивнул Витька, который начал что-то понимать.

— Это когда сначала спорят, и кто выигрывает, тот получает безграничную власть над другим человеком, — продолжал волшебник. — Я отдал Павла Мошкина в полное подчинение… вам! Лихо придумано?