Дикая магия - Инбали Изерлес

Все краски исчезли с моей шкуры, очертания моего тела стали расплывчатыми. Я прокралась мимо растерянных лисиц, которые больше меня не видели и поскуливали от страха. Обошла их сзади и рассыпала страшные звуки вокруг, ловя врагов в сеть недоумения.

Использовать истаивание и каракку одновременно оказалось куда труднее, чем я предполагала. К тому же я давно не ела, а долгое бегство истощило мою маа. Я чувствовала, как ослабевает сила моей маскировки. Через несколько ударов сердца тело восстановит прежние вид и масть. Уже теперь черный мех на моей передней лапе был заметен.

Несмотря на явный испуг, Зачарованные не сбежали. Скулили, но стояли на месте.

С последним огромным усилием я испустила яростный вой злобного пса, собравшегося подраться. Это оказалось слишком для лиса, он рванул подальше от угрозы и проскочил мимо Хайки в сторону долины. Лисица не осмелилась остаться одна среди такого шума. Взвизгнув, она бросилась за своим тощим приятелем – назад к ядовитым грибам.

Я ослабила истаивание, тяжело дыша. Моя голова опустилась, я закрыла глаза, чувствуя, как все вокруг кружится.

– Так вот кто это был! – изумился Хайки, и его голос едва донесся до меня. – Те лисицы… их было так много, но ты их напугала и прогнала! Ты знаешь лисье искусство! То есть по-настоящему им владеешь! Обычный детеныш из Серых земель, кто бы мог подумать…

Однако я повергла в трепет лишь двоих Зачарованных. Остальные убежали, заслышав чьи-то зловещие крики. Хайки болтал без умолку, а у меня просто не осталось сил для объяснений, и я с трудом потащилась к зарослям орешника на краю луга.

– Ты действительно необычная, да, Айла? – спросил Хайки, вытаращив глаза. Ответа ждать он не стал. – Мои братья и сестры умны. Они отличные охотники, причем все старше меня, однако никто из них не сравнится с тобой!

Он подошел поближе ко мне.

Вообще-то, меня тронула его похвала. Лисье искусство – дело нелегкое. Растаять и одновременно подражать чужим голосам… ну, это потребовало от меня полного сосредоточения. Сиффрин только и делал, что ругал меня. Путешествовать с Хайки было несравнимо легче, хотя он и болтал слишком много.

Я сунула нос в орешник, впитывая его мягкий свежий запах. Я ощущала жизнь в толстых стволах и маленьких почках, столь не похожую на гниение мертвечины в коричневой долине. Скользнув в кусты, я утоптала для себя круг и легла на землю. Мое тело устало, но ум испытывал удивительную легкость.

Хайки свернулся рядом со мной, и я не стала возражать. Приятно было снова чувствовать, что кто-то рядом.

– Мы их найдем, – пробормотал Хайки.

Я моргнула, посмотрев на него.

Он легонько ткнул меня носом:

– Мою семью, твоего брата. Мы поможем друг другу… И все равно их отыщем.

Мои усы дрогнули, в сердце блеснул луч надежды.

Свет Канисты растаял за облаками. Я глубоко вздохнула и закрыла глаза. Тьма ночи легла на мои мысли, как бархат.

Проснувшись, я увидела карие глаза, внимательно изучающие меня при свете луны. Хайки повеселел, когда понял, что я смотрю на него.

– Пробудилась! Ты так крепко спала, что я забеспокоился. Это из-за лисьего искусства? Ты вообще как, все в порядке?

Его пушистый хвост хлопнул по земле под ореховым кустом.

Голова у меня была тяжелой.

– Это забирает уйму маа, – пробормотала я.

Я могла проспать всю ночь напролет.

– Я уже так проголодался… а ты? – Хайки шумно зевнул. – Бегство, те ужасные лисицы… – Он содрогнулся. – Я сторожил твой сон и теперь уверен: они не вернулись. – Он посмотрел на свой живот, и его мягкие серые уши повернулись в стороны. – Я весь день не ел.

В моем животе заурчало. Теперь, после сна, я поняла, что умираю с голоду. Под орешником все еще было темно.

– Наверное, придется нам поохотиться.

– Да, охота… – Хайки грустно качнул головой. – Я не слишком хорош в этом деле.

Я вздохнула, расправляя лапы. И почему его слова меня не удивили?

Хайки вскочил, как веселый детеныш.

– Попробуем найти кролика?

– Посреди ночи?

– Верно, это вряд ли возможно.

Мой хвост нетерпеливо дернулся. Голод не улучшил моего настроения. Я вообще никогда не видела кролика вблизи. Они дьявольски быстро бегают.

– Что-нибудь найдем, – почти искренне пробормотала я, гадая, почему это мы до сих пор не расстались с серым лисом.

И пообещала себе, что дальше пойду одна. Я потянулась и поднялась на лапы. Передние дрожали, да и все тело ломило. Достаточно ли у меня сил для охоты?

Хайки с беспокойством наблюдал за мной.

– Ты не слишком хорошо выглядишь. Что с тобой случилось в долине? У меня было дурное предчувствие, а потом вдруг те лисы появились ниоткуда… – Хвост Хайки взлетел вверх, потом прижался к боку. – А ты как будто…

– Со мной все будет в порядке.

Я махнула хвостом, как бы отметая его слова. Но, по правде говоря, со мной действительно что-то произошло. Я слышала какие-то звуки, видела нечто, я была в трансе. И кем был тот лис с ядовитыми глазами, что наблюдал из-за деревьев? Я припомнила дребезжание в ушах, как будто его дыхание проникло в мой ум…

Джерра-шарм – редкое лисье искусство, одно из забытых, – во всяком случае, так мне Сиффрин объяснил. Моя связь с Пайри позволяла мне мысленно дотянуться до брата. Благодаря джерра-шарм мы сливались воедино, наши умы объединялись. И ощущения в том лесу были похожими… но ужасными. Как будто мою собственную джерра-шарм высасывали. Я не могла ни отчетливо думать, ни даже лапу поднять.

Я с силой встряхнула головой, прогоняя воспоминания, и протиснулась между стволами орешника.

Хайки последовал за мной, и мы вместе побежали по высокой траве. Когда мы перебирались через выступавшие из земли корни, мне показалось, что я слышу царапанье крошечных коготков. Я насторожила уши, мои усы затрепетали. Похоже, там была мышь!

– Кролики очень вкусные, – заговорил Хайки. – Я бы сейчас съел ушастого целиком, правда! Моя сестра однажды поймала огромного кролика. Никто и не предполагал, что он окажется таким сочным!

Маленькие лапки отчаянно заскребли – зверек явно нас услышал. Я в бешенстве оглянулась на Хайки.

– Извини, я опять много болтаю? – Хайки поджал хвост.

Мы двинулись дальше в молчании, пересекли лужок и повернули к деревьям. Наконец дошли до какого-то холма, потом очутились в долине, заросшей кустами и колючками. Там пробегал узкий ручей.

Я неуверенно остановилась. В воздухе ощущался слабый лисий запах.

Хайки продолжал идти вперед.

– Ох, посмотри-ка, мы хотя бы напиться сможем!

Я облизнулась и последовала за ним. Мы встали у ручья, чтобы полакать воды. Горло перестало гореть, зато лапы заныли пуще прежнего, а голова стала клониться вниз.