Где прячутся ангелы? - Фиона Келли

— Ах, как это мило, — неопределенно проговорил художник и тут же выключил свою улыбку, как выключают электрическую лампочку. — Ну что, поехали?

Мейкпис сделал шаг к двери, но тут же издал громкий возглас, метнулся вперед и схватил изящную сумку на кожаном ремне, которая лежала на столе.

— О-о, вот где мой фотоаппарат! — воскликнул он. — Я искал его повсюду. Рамон, будь так любезен, отнеси его ко мне в мастерскую. Благодарю. Я называю его своим вдохновением, — продолжал Мейкпис, выходя из галереи. — Он дарит мне так много потрясающих образов — поистине, поэзия движения. Фотоаппарат мне необычайно помогает. Как я счастлив, что он снова нашелся. Я уже опасался, что потерял его.

Трейси покосилась на Холли и едва подавила смешок. Ей даже не верилось, что Оскар Мейкпис был в реальной жизни таким чудаковатым.

Все прямо как пародия на слегка чокнутого художника. Вон, даже потерял свой явно дорогой фотоаппарат, а он, по всей видимости, все это время лежат в его галерее на столе.

Выйдя на улицу, Оскар Мейкпис снова стал пожимать руки девочкам.

— Приятно было познакомиться, — бормотал он при этом. — Весьма польщен. Надеюсь, мы еще увидимся.

Мистер Хейес стал было объяснять, что девочки поедут вместе с ними в город, однако Мейкпис был застигнут этим сообщением врасплох.

— Как это? Вы хотите сказать, что мы поедем все пятеро в одной машине? — недоверчиво поинтересовался он.

— Конечно, тут много места, — успокоил его отец Белинды. — Вы сядете впереди, рядом со мной, а все девочки уместятся на заднем сиденье.

Холли заметила, что на лице Мейкписа появилось выражение тревоги, и ей в голову пришла неожиданная идея. Может, будет совсем неплохо, если их оставят здесь.

— Послушайте, а ведь нам в самом деле нет необходимости втискиваться в один автомобиль, — заявила она. — Мы ведь может вернуться в город и одни, правда? Кажется, я видела по пути сюда рейсовый автобус. Если тут есть регулярное сообщение с Барселоной, мы прекрасно доберемся и сами.

Оскар Мейкпис сразу повеселел:

— Разумеется! Как мне сразу не пришло в голову? Какая умная девочка! Конечно, сам я ни когда не ездил на рейсовом автобусе, но все говорят, что они просто замечательные и комфортабельные, да и ходят часто, — по-моему, через каждые полчаса, — так что вам не придется долго ждать.

Мистер Хейес начал было что-то возражать, но Холли тихонько подтолкнула локтем Белинду, и та громко согласилась с ней:

— Да, папа, это будет клево! Мы прокатимся на настоящем испанском автобусе. Можно?

— Точно, это будет гораздо разумней, — присоединилась к ней Трейси.

— Ну вот, видите? — Мейкпис лучезарно улыбнулся. — Какие чудесные девочки, всегда ищут новых впечатлений, исследуют неизвестные места. Вот он, истинный английский характер!

Мистер Хейес начал колебаться.

— Что ж, раз вы хотите вернуться на автобусе, то… Хватит у вас денег на билеты?

— Да, хватит, — ответила Холли и уверенно похлопала себя по сумке. Она всячески показывала, что у них все идет по плану!

Когда красный автомобиль скрылся в облаке пыли, Трейси и Белинда повернулись к Холли.

— Что ты придумала? Почему мы должны ехать на автобусе? — спросила Трейси.

Холли улыбнулась:

— Начнем с того, что та сумка по своим размерам и форме никак не подходила для обычного фотоаппарата, к тому же Оскар Мейкпис что-то бормотал про «поэзию движения». Я готова поспорить на что угодно, что это была видеокамера. Ну как, дошло?

Трейси заморгала и припомнила, как смотритель из галереи «Тейт-Модерн» рассказывал им про восторженную пару испанских туристов.

— Постой-ка минутку! Не хочешь ли ты сказать, что Оскар Мейкпис был одним из тех испанцев, которые снимали на видео «Тайну жизни» в галерее «Тейт-Модерн»?

Холли неопределенно пожала плечами:

— Почему бы и нет? Какого-то человека необычайно заинтересовала эта скульптура, и он устроил так, что она исчезла из Лондона и вынырнула в Испании. Мы все видели ее вчера, верно?

Однако убедить Трейси было непросто.

— Если бы в «Тейт-Модерн» произошла кража и кто-нибудь похитил ценное произведение искусства, это стало бы новостью номер один всех газетах. Об этом кричали бы все крупные заголовки.

— Допустим, — согласилась Холли. — Но ведь мы не видели английских газет уже несколько дней, с тех пор как уехали из дома, верно? Откуда мы знаем, может, скульптуру уже ищут по всей Европе!

Трейси нахмурилась:

— Что ж, возможно и такое. Может, кто-то и в самом деле украл ее, но уж только не Оскар! Мейкпис! Мы знаем, что он терпеть не может работы всех других художников и скульпторов. Зачем ему рисковать ради нее и нарываться на всякие неприятности?

Холли пришлось признать, что на эту часть загадки у нее нет никаких объяснений. Она вздохнула.

— Кто его знает? Он явно чокнутый. Может, Мейкпис собирался вырыть глубокую яму и похоронить в ней статую, чтобы ее больше никто не видел!

— Рамон понес видеокамеру в дом Мейкписа, — напомнила Белинда. — Мы не сможем проверить, есть ли в ней кадры, сделанные в «Тейт-Модерн».

— Да, не сможем, — согласилась Холли, — зато у нас появилась прекрасная возможность быстро осмотреть галерею — вдруг мы обнаружим в ней что-нибудь полезное для нашего расследования.

— Так вот почему тебе захотелось поехать на автобусе! — усмехнулась Белинда. — Правильно, нельзя упускать ни малейшего шанса.

Девочкам пришлось поторопиться, ведь они не знали, надолго ли ушел Рамон, поэтому Холли направилась прямо в мастерскую, по-прежнему незапертую.

Белинда почти сразу же обнаружила на полу еле заметные следы: несколько параллельных царапин, словно по пыльному деревянному полу тащили что-то тяжелое, приблизительно такой же величины, что и статуя, которую они тут видели.

— Но мы не можем быть уверены, что это была «Тайна жизни», — возразила Трейси. — Эти следы абсолютно ничего не доказывают.

— Они доказывают, что вчера тут было что-то большое и тяжелое, а значит, Рамон сказал нам неправду, — начала было Холли и осеклась, когда на ее плечо легла тяжелая рука.

Увлеченные спором, девочки не слышали, как Рамон вошел в галерею. Холли повернулась к рассерженному здоровяку.

Служитель приказал им убираться из мастерской и распахнул настежь входную дверь.

— Я говорил вам, что сюда нельзя! — орал он. — Не ваше дело! Убирайтесь! Живо! Иначе я вызову полицию!