Взрыв на телестудии - Франклин У. Диксон

Да откуда же он взялся? — закричал Бэрридж. — Как он проник в эфир?

Не понимаю, — сказал Лэнгфорд. — Похоже, он подключился к прямому передатчику, который питается от главной диспетчерской. Думаю, я сумею забить его чем-нибудь.

Несколько мгновений Лэнгфорд смотрел на пульт, а потом поиграл разными кнопками, и в конце концов изображение Мародера в маске сменилось цветной контрольной таблицей.

Поставь резервный слайд, — дрожащим голосом сказала Мона.

Никаких проблем, — отозвался Лэнгфорд.

Он вдавил очередную кнопку, и на экране появилась надпись: "Пожалуйста, оставайтесь с нами".

— Давай сходим в главную диспетчерскую, — сказал Бэрридж. — Если он там, то мы, может быть, сумеем схватить его, прежде чем он удерет!

Бэрридж распахнул дверь режиссерской кабины и бросился в коридор. Братья Харди, Мона и Лэнгфорд помчались следом за ним. Пробежав через пару дверей, они оказались в помещении, напоминавшем увеличенный вариант того, которое они только что покинули. Стены его были уставлены электронной аппаратурой. Но в комнате никого не было и ни единого признака присутствия Мародера в маске не было видно.

— Вот он! — закричал Бэрридж.

Рядом с огромным пультом электронного управления на столике стоял маленький видеоплейер. Огонек на его передней панели подтверждал, что плейер включен. От его задней части к розетке в стене тянулся черный провод. Бэрридж нажал кнопку выброса на плейере, и из него выскочила кассета без каких-либо пометок.

— Готов поспорить, что это нашего приятеля, — сказал Бэрридж, помахав кассетой.

Поразительно! — воскликнул Лэнгфорд. — Он запустил ее прямо через передатчик. Нам еще повезло, что я смог забить это из режиссерской кабины. Да, парень явно знает свое дело.

Давайте отнесем эту кассету в мой кабинет, — усталым голосом предложила Мона. — Я хочу взглянуть, что он собирался сказать.

Нет уж, — донесся скрипучий голос от дверей. В комнату вошел Билл Эмберсон с сигарой в поднятой руке. — Мы отнесем ее в мой кабинет! Я тоже хочу взглянуть, что собирался сказать этот парень… а вам, господа, не мешало бы подготовить достаточно хорошее объяснение, каким образом это короткое сообщение попало в эфир. Поскольку если вы этого не сделаете, то в ближайшие дни вы примкнете к длинной очереди безработных!

Кабинет Эмберсона был раза в три больше, чем у Моны. В одном его конце стоял телевизор с огромным экраном. В другом конце сидели Фрэнк, Джо, Мона, Бэрридж и Лэнгфорд. Мэтт Фримен, присоединившийся к ним по пути из главной диспетчерской, стоял у дверей. Эмберсон вставил кассету в большой видеомагнитофон, стоявший рядом с телевизором.

Да что же этому парню нужно от меня? — спросил Эмберсон, ни к кому конкретно не обращаясь. — Как будто у меня и без него недостает головной боли!

Может быть, на этой записи он объяснит нам, чего он хочет, — предположила Мона.

Вот здорово-то! — прорычал Эмберсон. — Жду не дождусь.

Он нажал кнопку воспроизведения, и на большом экране возникло лицо Мародера в маске. Он улыбнулся своим невидимым зрителям и сказал:

Доброе утро, дамы и господа! Вы, по всей вероятности, уже слышали о вчерашнем взрыве на бейпортском ТВ. А может быть, вы даже и видели его, если смотрели "События и люди"… вне всяких сомнений, мою любимую телепрограмму.

При таких-то вот зрителях кому нужен хороший рейтинг? — простонал Эмберсон.

Вы можете называть меня Мародером в маске, — продолжала загадочная личность. — И у меня есть волнующее сообщение для бейпортского телевидения и всех его зрителей! Через двадцать четыре часа с небольшим я собираюсь нанести новый удар. И на этот раз кто-то может по-настоящему пострадать! Но поскольку я нахожусь в добродушном настроении, хочу предоставить моим друзьям с бейпортского телевидения возможность спасти свои шкуры. Меня можно уговорить изменить свои намерения… но только с помощью подобающих аргументов.

Итак, если директор станции Билл Эмберсон проверит свою почту, то он обнаружит письмо от некоего мистера М. М. Смита. Это я и есть, Билл! Из этого письма ты в точности узнаешь, что мне нужно от тебя. Ты прочитай его повнимательнее и сделай то, что там сказано. А иначе ты снова получишь от меня весточку… завтра!

С кудахтающим электронным смешком Мародер протянул руку и повернул невидимый зрителям выключатель. И его изображение сменилось цветной заставкой.

Эмберсон выключил видеомагнитофон.

В почте, значит, да? — сказал он. — А о чем этот парень говорит вообще-то?

Вот оно, — сказал Бэрридж, перебрав несколько писем на столе Эмберсона. — От мистера М. М. Смита. Думаете, это и есть Смит-Мародер?

А кто же еще-то? — спросил Эмберсон, выхватывая письмо у Бэрриджа и разрывая конверт.

Вы поосторожнее с конвертом, — запротестовал Фрэнк. — На нем могут быть отпечатки пальцев.

Этот парень пока еще ни на чем не оставлял отпечатков, — сказал Эмберсон. — Так что не думаю, что он сделал это сейчас. О, это просто замечательно! Знаете, что он пишет в этом письме? Он хочет, чтобы мы передали ему миллион купюрами по сто долларов на углу центральной улицы Бейпорта, а иначе он взорвет станцию. Да он просто из ума выжил!

И что же, мы это сделаем? — спросила Мона.

Что?! — воскликнул Эмберсон. — Вы тоже, что ли, спятили? Где мы возьмем миллион баксов? Не знаю, слыхали ли вы, но мы здесь слегка ограничены в средствах. Да нам, может быть, было бы только лучше, если бы он взорвал эту контору к чертям и покончил с ней.

Во всяком случае мы могли бы завтра эвакуировать станцию, чтобы быть уверенными, что все в безопасности, — сказала Мона.