Сказки американских писателей - Вашингтон Ирвинг

Принц посмотрел налево и направо, на север и на юг, вниз и вверх, и когда он взглянул вверх, то увидел ведьму, которая зацепилась за самую высокую ветку дерева, повисла там, как дымный фонарь, и горько плакала.

Принц Йорн спешился и, взобравшись на дерево, подхватил ведьму и помог ей благополучно спуститься на землю.

Я каталась на тайфуне, да зацепилась за это дерево, — сказала она, — и помело потеряла. Вот беда-то какая. Йорн огляделся кругом и решил, что её помело, должно быть, затерялось в зарослях высоких растений, которые так и называются помело, потому что они на самом деле очень похожи на помело. Он довольно долго разыскивал помело в помеле и, споткнувшись в конце концов о то, что искал, возвратил его владелице.

— В награду за твою доброту, принц Йорн, — пообещала ведьма, оседлав помело, — будет тебе и трудная задача, и сложная загадка, и доблестный рыцарь.

Она помахала костлявой рукой и полетела. Её громкий смех разнесся далеко вокруг.

Йорн поскакал дальше по прямой дороге и спустя некоторое время повстречал Сфинкса.

— Загадай мне загадку, Сфинкс, — попросил Йорн. Каменные глаза Сфинкса смотрели прямо перед собой. Ни один мускул не дрогнул на его каменном лице, и всё-таки он произнес:

Что кружится?

Что змеится?

Что, как жемчуг, серебрится?

Йорн тут же ответил:

Это обод колеса.

Это девичья коса.

Это ранняя роса.

Он поскакал было дальше, но вдруг остановился и повернул назад.

— А что трудного в этой загадке? — спросил принц.

— Мне было трудно загадать тебе эту загадку, не раскрывая рта, — ответил Сфинкс.

Йорн пожал плечами и продолжал путь. Вскоре он добрался до огромного Вишневого Сада. Он спешился и, держа в левой руке серебряную чашу, а в правой меч, направился в сад.

Посередине Вишневого Сада, на поляне, завалившись на левый бок, лежал Мок-Мок. Ветры повалили пугало на землю, дожди смыли глину с деревянного скелета, на котором она держалась, а дерево проели черви. Голова Мок-Мока отвалилась при падении, в глазницах гнездились жаворонки. Огромная заморская птица устроилась на боку развалившегося чудовища и мирно дремала. Йорн взмахнул мечом, и она, нехотя поднявшись, полетела прочь. Неподалеку среди ржавых доспехов лежали кости рыцаря, который умер от страха при виде Мок-Мока, когда пугало было совсем новым и смотреть на него было страшно.

Ветви деревьев под тяжестью искрящихся красных плодов склонились низко к земле. Удивившись тому, что вишни могут быть такими тяжелыми, Йорн подошел к одному из деревьев. Он бросил меч на землю и попытался сорвать одну из вишен, сначала одной рукой, потом двумя, и тут обнаружил, что в руках у него вовсе и не вишня, а самый настоящий рубин в форме вишни. Все остальные деревья тоже были усыпаны рубинами, и ни один из них невозможно было оторвать от черенка, как бы сильно Йорн ни дергал.

— Ты должен сосчитать до тысячи тысяч, чтобы насобирать тысячу вишен, — раздался вдруг голос за спиной Йорна. Принц обернулся и увидел маленького человечка в остроконечной шляпе. Глаза его блестели.

— Скажи: раз, два, три, — продолжил человечек.

— Раз, два, три, — сказал Йорн.

— Четыре, пять, шесть, — продолжил человечек.

— Четыре, пять, шесть, — повторил Йорн, и когда он быстро сосчитал до тысячи, рубин упал в серебряную чашу.

— Но ведь тысяча тысяч — это миллион, — сказал Йорн, — а сосчитать до миллиона — сложная задача!

— Ну так что же — это как раз то, чего ты хотел, — ответил человечек.

Йорн снова сосчитал до тысячи, и ещё один рубин упал в чашу.

— Раз, два, три, четыре, я пришел собирать вишни, пять, шесть, семь, восемь, а здесь одни рубины, девять, десять! — громко произнес Йорн.

— Рубины, вишни, вишни, рубины, — сказал человечек, — какая разница?

— Одиннадцать, двенадцать, как это какая разница? — недоумевал Йорн. — Тринадцать, четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать.

Человечек прошелся взад и вперед и спросил:

— Что я сейчас делаю?

— Семнадцать, восемнадцать, девятнадцать, двадцать, ты ходишь туда-сюда, — сказал Йорн. — Двадцать один…

— Но ведь прежде чем пройти туда-сюда, я должен пройти сюда-туда?

— Это одно и то же, — сказал Йорн. — Тот, кто, двадцать два, ходит туда-сюда, двадцать три, ходит и сюда-туда, двадцать четыре, двадцать пять, двадцать шесть, двадцать семь, двадцать восемь, двадцать девять, тридцать.

— Значит, если туда-сюда это сюда-туда, то туда — это сюда, а сюда — это туда, — резюмировал человечек.

— Не вижу, как это может мне помочь в выполнении моей сложной задачи, — сказал Йорн. Он сосчитал до третьей тысячи, и третья вишня упала в серебряную чашу. — Пока я тут считаю, Таг вернется домой с золотыми клыками Синего Кабана, а Галло — со Священным Мечом Лорело и один из них женится на принцессе. Раз, два, три, четыре, пять.

Человечек сел на землю и, глядя на принца, слушал, как тот громко сосчитал до четвертой тысячи, и четвертая вишня упала в серебряную чашу. Йорн принялся считать с самого начала ещё раз.

— За последние пятьдесят лет уже пятьдесят принцев приходили в этот сад собирать вишни, или рубины, для какой-нибудь принцессы, — рассуждал маленький человечек. — И ни один из них не умел логически мыслить. Я не принц и не могу сделать так, чтобы вишни — или рубины, если угодно, — вот просто так себе падали. Но я не помогал другим пятидесяти принцам собирать ягоды — или драгоценные камни, — потому что, я думаю, стоит сосчитать до миллиона, чтобы получить руку и сердце прекрасной барышни. Но в твоем случае, друг мой, нужно помнить о Таге и Галло. В падении этих вишен заключен логический секрет. Я не могу раскрыть его напрямую, но могу задать тебе несколько вопросов.

— Триста сорок восемь, триста сорок девять, триста пятьдесят, — сказал Йорн. — Давай задавай свои вопросы.

— Падает ли вишня, когда ты говоришь «девяносто девять»?

— Нет.

— Падает ли рубин, когда ты говоришь «девятьсот девяносто девять»?

— Нет.

— А когда же падает вишня, или рубин?

— Триста пятьдесят один. Когда я говорю «тысяча», — ответил Йорн.

В чашу упал рубин.

— Тысяча! — громко сказал Йорн, и упал ещё один рубин.

— Тысяча, тысяча, тысяча, тысяча! — радостно закричал Йорн, и в чашу упали ещё четыре рубина.

Йорн продолжал выкрикивать волшебное слово, и ему пришлось потратить ровно в тысячу раз меньше времени, чтобы наполнить чащу тысячью рубинов, чем если бы ему нужно было считать до миллиона. Йорн обернулся, чтобы поблагодарить человечка в остроконечной шляпе, но тот исчез. Вместо него перед Йорном стоял рыцарь в чёрных доспехах.

Рыцаря