Море, мечты, Марина и ее рыбки - Татьяна Леванова

— Я иду с вами, — сказала я, с трудом отрываясь от моря.

— Ты вся мокрая, — дядя Сережа дал мне свою ветровку, — не волнуйся, море никуда не денется. Вечерком сходим, искупаемся. Или вы с Леной сбегаете перед обедом.

Лена молчала, с сомнением окидывая меня взглядом.

Наш дом оказался не слишком высок, в сущности, у него был всего один этаж, и наши с Леной комнаты оказались под самой крышей, из-за чего потолок был косым и низким. Тем не менее моя комната была в два раза больше, чем раньше, у нее были большие круглые окна, и к моему восторгу оказалось, что если из моего окна высунуть голову, то сбоку, за высоким глиняным забором, можно было увидеть голубую полоску моря. Комнату мне выбрал дядя Сережа, и я подумала об этом с благодарностью — Ленины окна выходили на сад и поселок.

У нас с Леной оказалась собственная ванная, правда, очень маленькая, меньше даже, чем наша с мамой в хрущовке. Я умывалась, умещаясь на крохотном пятачке перед раковиной, задевая бедром то бачок унитаза, то ванную.

— Да-а, — протянула Лена, заглянув ко мне, — либо раковину убирать придется, либо вместо ванной душевую кабинку поставить.

— А мне кажется, все и так хорошо, — сказала я.

— Да для тебя все хорошо, — рассмеялась Лена. — Лишь бы море рядом было. Ты знаешь, что твое имя значит «морская»?

— Да, — сказала я.

— Все равно придется всю сантехнику менять. У унитаза нога сколота, в раковине слив с пятнами ржавчины, у ванны бока шершавые…

— Как ты все замечаешь?

— Мы с мамой часто переезжали. Ты закончила? Можно мне…

Я вышла из ванной, и Лена щелкнула задвижкой. В моей комнате стояли коробки с книгами и одеждой, и не было совсем никакой мебели, кроме странной кровати, похожей на толстый матрац с одной единственной спинкой. Надо было разбирать вещи, но мне хотелось обежать весь дом, увидеть своими глазами то, что было на фотографиях. Я немного посидела на лестнице, у нее были теплые деревянные ступеньки, она была старой, но очень крепкой, с неокрашенными гладкими перилами. Потом спустилась в большую комнату, из которой вели двери в сад, в кухню, в ванную и спальню дяди Сережи и мамы. Их спальня была самым прибранным местом в доме — мама уже разложила вещи в огромный шкаф с большим зеркалом и заправила кровать, похожую на мою, только широкую. Между спальней и кухней оказалась еще одна крохотная комнатка.

— Мама, а это зачем? — спросила я с недоумением. Мама мыла посуду и ответила, не оборачиваясь:

— Это, наверное, кладовка, в которой раньше хранили припасы. Я думаю, мы тут поставим швейную машинку, только придется провести больше света. Ты уже разобрала вещи?

— Нет, — ответила я.

— Лена более дисциплинированна, она уже принесла все коробки к входной двери.

— У меня нет книжного шкафа, — оправдывалась я, — и где мне держать одежду? Вещи будут лежать в коробках, иначе мне придется положить их на пол.

— Да, с мебелью надо что-то решать, — сказал дядя Сережа, входя на кухню, — мебель для Лены перевезли из Москвы вместе с ее гардеробом, а для Марины ничего нет, слишком уж далеко вы жили. Может, съездим в Анапу?

— Ты же хотел поработать после обеда.

— Съездим вместе. Посидите в машине, пока я разберусь с делами, потом поищем что-нибудь подходящее.

Это было похоже на сон. Мы ездили по магазинам в Анапе и близлежащих поселениях, и мама с дядей Сережей покупали все, что мне нравилось. Сначала я очень стеснялась и выбирала только самое дешевое, но мама сказала мне на ушко, что выручила деньги за нашу старую мебель, чтобы я выбирала что-то, с чем мне будет уютно, лишь бы оно уместилось в моей комнате. Кровать я оставила ту, какая была, купив к ней только пушистый плед-покрывало. Еще мы купили стеллаж для книг, шкаф, письменный стол со множеством ящиков, как я люблю, новый аквариум для моих рыбок со всеми принадлежностями. Когда дядя Сережа повел меня выбирать компьютер и телефон в мою комнату, мама сначала даже рассердилась, мол, с чего бы такие подарки? Но дядя Сережа сказал, что у Лены все это уже есть, а мне они нужны, чтобы я могла общаться со своими друзьями. Услышав последний довод, я не посмела спорить.

— Только не вздумай привыкать, — строго сказала мама.

— Я не буду, правда, не буду, — сказала я.

На самом деле я не ожидала, что в один день сбудутся все мои мечты, и мне было очень даже не по себе. Таня всегда говорила, что если судьба тебе улыбается, жди в скором времени какую-нибудь гадость. Поэтому я даже боялась дотронуться до новых вещей, и вздохнула с облегчением, когда узнала, что большую часть из них привезут через неделю.

Дома я в первую очередь оборудовала для рыбок новый аквариум. Рыбки пришли в себя, только золотая иногда переворачивалась кверху брюшком. Больше всего меня волновало, как они воспримут новую воду, та, что текла в водопроводе, на вкус мне показалась солоноватой. Потом я решила заглянуть к Лене, чтобы спросить ее, не хочет ли она сходить со мной на море.

Я впервые перешагнула порог ее комнаты. Казалось, я попала на картинку в модном журнале — зеркальный шкаф, круглая кровать с блестящим покрывалом, на стене черно-бело-красная картина, изображавшая губы и руку в перчатке, угловые стеклянные полки, и на нижней — компьютер, вообще комната Лены была загружена техникой, словно космический корабль. Тренажер-велосипед, компьютер, DVD-плейер, телефон, музыкальный центр, принтер, сканер. И ни одной книги, только стопка новеньких журналов, наверное, Лена предпочитала электронные библиотеки.

— Что ты здесь делаешь? — удивилась Лена, она красила ногти на ногах, зажав между пальцами ватные тампоны.

— Ты делаешь педикюр? — спросила я. — Я могла бы тебе помочь.

— Спасибо, но лучше не надо, — сдержанно ответила Лена. — Ты чего-то хотела?

— Я хотела спросить, не пойдешь ли ты на море, купаться.

— Обязательно, но не сегодня, и не на этот дикий пляж, здесь должно быть местечко по-цивильней. Марина, солнце, если тебе от меня что-нибудь понадобиться, давай договоримся — не входи в мою комнату, пока я тебя не приглашу.

— Я поняла, — я почувствовала себя такой униженной, что не смогла сдержать слез.

— Зайка, только без истерик. Я обещаю, что так же без твоего приглашения не буду входить в твою комнату. Ты еще что-то хотела?

— Больше ничего, — ответила я и вышла.

Может быть, когда-нибудь мы и подружимся, поняла я в тот момент, но сестрами мы не были и никогда не станем, что бы ни говорил дядя Сережа.

За ужином взрослые много говорили и все время смеялись. Я смотрела, как улыбается Лена, и мне было грустно. С трудом я заставляла себя прислушиваться к общему разговору.

— Девчонки, вы заметили, у нас в саду растет виноград! — ликовал дядя Сережа.

— И кроме винограда, не растет ничего, — добавила мама.