Шалунья Нулгынэт - Мария Федотова

Бегая в лесу, мы увидели суму, висящую на кроне большого дерева. Кто-то повесил её много лет назад, а дерево выросло, и сума поднялась.

Что там лежит? А вдруг какой-нибудь клад?!

Я лазаю по деревьям лучше всех ребят. Омочук дал мне нож срезать спутанный ремень сумы, и я полезла. Еле добралась до неё, крона густая. Принялась резать кожу ремня. В это время снизу послышался приглушенный крик Омочука. Смотрю сквозь ветви: дети бросились врассыпную. На тропе показался всадник. Старик Мерес, – узнала я по высокой шапке. Всем было известно, что этот человек не любит детей. Я испугалась, забыла о ноже и выронила его. К моему ужасу, он вонзился в тропинку прямо перед копытами коня!

– О, что это?! – старик приставил ладонь ко лбу козырьком и глянул вверх. К счастью, частые ветки заслонили меня. Свернув на другую тропу, Мерес пустил коня вскачь.

Я слезла с дерева, и отовсюду из кустов выпрыгнули ребята.

– Он тебя видел?

– Кажется, нет…

– Ох, и струсил, ох и погнал! – радовались они. – А сума где?

– Висит.

– Пусть висит, – сказал Омочук и подобрал свой нож. – Даже если там что-то хорошее было, давно истлело, наверно.

На следующий день по посёлку поползли слухи, что на старика Мереса «упали кости древних». – Говорит, будто бы кто-то с дерева ножом в него бросил, – сказала мама. – Посмотрел он вверх, а там с лохматыми волосами, огненными глазами сама чёртова девка сидит!

Мне было обидно, что старик принял меня за какую-то чёртову девку. Огненные глаза придумал… а что волосы были лохматые, так это я плохо расчесалась с утра… Поэтому я отправилась к Мересу и рассказала ему правду. И вот удивительно – он мне не поверил!

Ну и ладно! Пусть я чёртова девка, зато теперь знаю, что и взрослые люди выдумывают сказки! Даже если не любят детей.

Сенокос

Мы на большем быке переезжаем на место сенокоса. Бык не олень, шагает медленно-медленно. Можно умереть от скуки. От езды на спине быка ломит все кости. Наконец, доехали. Построили шалаш. Утром вижу, как брат ездит на сенокосилке. Трава мягко ложится в обе стороны послушными прядями. Я развожу дымокур, читаю книжку в прохладе шалаша. Если становится слишком жарко, купаюсь в озере.

Брат велел мне привести пасущихся где-то коней. Я вышла на пастбище, где гуляет множество белых лошадей. Кажется, эти. Я их пригнала.

– Зачем увела чужих? – сердится брат.

– Думала, что твои, – оправдываюсь я. – Да и какая разница? Там их полно.

Но брат отвёл этих и пригнал своих коней. Тогда я вплела красные тряпицы им в гривы, чтобы отличить в следующий раз.

– Ишь, какая хитрая! – качают головами косари.

Мама готовит чай. Я помогаю брату – мы точим ножи сенокосилки и вставляем новые зубья вместо погнутых. Брат рассказывает о трудоднях.

– Это что – трудные дни?

– Ага, потные, – смеётся он.

Спустя какое-то время нам привезли масло, муку и деньги. Я таскаю еду в шалаш и слышу, как взрослые смеются:

– Ах-ах, сколько «потных» дней у нашей малышки!

– Да немного! – отшучиваюсь я. – В основном над книжкой тружусь!

– Молодец! Читательский труд тоже чего-то стоит! – хвалят меня взрослые.

В труде книжном и разном проходят мои первые летние каникулы…

Послесловие
От автора