Чудовище из озера - Луи Стоуэлл

– Колдунские штучки! – рявкнула Мораг. Впрочем, выглядела она не слишком уверенной.

Фэйт продолжила, ровным, но твёрдым тоном:

– Ты разрешишь Лиззи вернуться? Её печаль наносит большой вред тому месту, где она сейчас оказалась. Она должна жить здесь, с вами.

– НЕТ! – завизжала Мораг. – Только русалки!

– Лох-Лохи – для русалок! – распевно подхватили остальные. – Русалки! Русалки!

– ЛЮДИ ПРОЧЬ! ЛЮДИ ПРОЧЬ! – начали скандировать они.

– Так, – проговорила Фэйт. – Похоже, нормального разговора у нас не выйдет. Пойдёмте. Придумаем что-нибудь другое.

– ДА, БЕГИТЕ! – завизжала им вслед Мораг. – Бегите на своих странных кожаных палках, сушеброды!

Они не побежали, но всё же отошли на приличное расстояние от русалок, прежде чем заговорить.

– Ух ты. Ну и ЗЛЮКИ! – проговорил Джош. – Нет, у меня, конечно, тонкие ноги, но «кожаные палки» – это как-то уже слишком.

– Они в самом деле злые, – согласилась Кит. – Теперь понимаю, почему Лиззи не хочет возвращаться домой.

– Я всё равно хочу узнать о них побольше, – сказала Алита, поворачиваясь к Фэйт. – На кого они похожи снизу? Как они говорят, если у них жабры вместо лёгких? Или у них и то, и другое?

– Из чего их волосы? – спросил Джош.

– И что это за Голос Силы? – добавила Алита.

– И почему он не сработал?

– Хотите честно? – спросила Фэйт. – Мне, конечно, неловко об этом говорить, но я не изучала русалок во всех деталях, так что знаю о них меньше, чем хотелось бы. В Академии Волшебников нам в основном рассказывали о морских русалках, потому что они составляют абсолютное большинство. Придётся собрать больше информации, – добавила она.

– Хотите сказать «Нам повезло, и мы будем собирать информацию»? – поправил Джош.

Кит с трудом подавила стон.

– Но кое на что ответить я могу. У них есть жабры и нет лёгких, это я знаю, – сказала Фэйт. – А их волосы… это какой-то подводный мох, насколько я помню. Они говорят, вибрируя особыми маленькими косточками в горле. Именно поэтому у их голосов такой странный визгливый призвук. Их Голос Силы тоже связан с этим… и с их особенной разновидностью магии.

Если Фэйт называет это «ничего не знаю по теме», подумала Кит, то на темы, о которых она что-то знает, наверняка может написать девятьсот книг.

– Дункан сможет рассказать нам немного больше, но – да, придётся внимательно почитать.

Она заговорщицки улыбнулась Джошу.

– Ура! – воскликнул он.

Фэйт достала из кармана дурадар. В её руке он тут же загорелся молочно-белым, переливающимся светом.

Фэйт поднесла шар к лицу и произнесла заклинание из одного слова:

– Паррезия!

Из молочно-белого шар стал тёмным. В нём появилась картинка – сначала тускло освещённая комната, заставленная книгами, потом – лицо Дункана.

– Круто! – сказал Джош. Похоже, он уже простил хрустальный шар за то, что тот не предсказывает будущее.

– Привет. Уже всё? – спросил Дункан. Его голос звучал так чётко, словно он стоял рядом с ними.

– Да, но без особых успехов, – сказала Фэйт. – Русалки вели себя точно так же, как в последнюю встречу с тобой. Ну, хоть камнями не бросались.

– Эх, жаль, что они отказались помочь, – ответил Дункан. – Впрочем, у меня есть и хорошая новость: бедняга Догон, похоже, воспрял духом.

Алита радостно вскрикнула.

– Подождите минутку, я подъеду и заберу вас, – сказал Дункан, и дурадар потемнел.

Ждать долго не пришлось: вскоре из-за ближайшего холма выехала передвижная библиотека Дункана. Из выхлопной трубы фургончика не вырывался дым. Может быть, это магия, задумалась Кит.

– Садитесь! – крикнул Дункан из окна. – Задняя дверь не закрыта.

Алита заглянула в окно кабины.

– Догон здесь, с вами?

Дункан покачал головой.

– Он дома. Хочешь посмотреть, как у него дела?

Алита запрыгнула в заднюю дверь фургона ещё до того, как Дункан договорил.