Ворчуны в беде! - Филип Арда

— Нет, легко и просто, надо только развести носки в стороны и крутить педали пятками, — сказал мистер Губа. — И вообще, других ботинок я не нашёл. Наверное, Гигант решил надо мной подшутить и спрятал их.

— Гигант? Это цирковой слон?

— Цирковой силач. Ни намёка на шею. Голова растёт прямо из плеч.

— Ого, — сказал Лучик (ему показалось, что он обязан что-то сказать).

— Я бы с радостью ещё с тобой поболтал, но разве ты не должен мне кое-что передать?

— Наверное, папа забыл об этом... Вы не подождёте минуточку?

— Только если минуточку, — сказал мистер Губа.

Лучик обежал сарай и понёсся по узкой тропе через поле — там, за деревьями, подальше от чужих глаз, Ворчуны припарковали фургон.

— Принёс? — спросил мистер Ворчун, строго глядя на Лучика с дивана.

— Он считает, что это мы должны ему что-то передать, — сообщил Лучик.

Мистер Ворчун хлопнул себя ладонью по лбу.

— Конверт! — сказал он. — Я забыл дать тебе конверт. Он в верхнем ящике кухонного шкафчика.

Лучик подошёл к шкафчику и выдвинул верхний ящик. На груде «всякой всячины» (верёвочек, бутылочных крышек, меню кафе, прищепок и пр.) лежал запечатанный конверт.

— Вот этот, да? — спросил Лучик.

— Он там всего один, — сказал мистер Ворчун. — А теперь иди и передай его мистеру Губе. Будь умницей! — И снова уставился на рыбок в телевизоре.

Когда Лучик вновь подошёл к сараю, успело стемнеть. Он уж перестал и надеяться, что клоун его дождётся, но мистер Губа всё ещё сидел на пеньке.

— Принёс? — спросил он, поднимаясь на ноги (обутые в огромные ботинки).

— Принёс, — подтвердил Лучик и передал ему конверт. — И почему папа не мог сам вам его отдать...

— Лучше так, — сказал мистер Губа. — Если вдруг кто-нибудь спросит, он сможет честно сказать, что мы с ним ни разу не встречались и уж точно не виделись этим вечером.

— А зачем кому-нибудь об этом спрашивать? — спросил Лучик.

Мистер Губа передал мальчику другой конверт такого же размера.

— Слоны обычно вызывают много вопросов, — сказал он.

— Слоны? — переспросил Лучик, но клоуна уже и след простыл.

Он взобрался на велосипед и унёсся в ночную тьму.

Глава восьмая

Все на поиски!

— Вот карта, — сказал мистер Ворчун Лучику и миссис Ворчунье, сидевшим по бокам от него. Он достал из конверта сложенный листок бумаги, развернул его и положил на кухонный стол.

— Вот карта, — сказал мистер Ворчун Лучику и миссис Ворчунье, сидевшим по бокам от него. Он достал из конверта сложенный листок бумаги, развернул его и положил на кухонный стол.

— Вот карта, — сказал мистер Ворчун Лучику и миссис Ворчунье, сидевшим по бокам от него. Он достал из конверта сложенный листок бумаги, развернул его и положил на кухонный стол.

— Карта? — восхищённо переспросил Лучик.

— Ты же слышал, что сказал папа, — сказала миссис Ворчунья. — Парта, карта.

— Парта? Что за чушь, — фыркнул мистер Ворчун.

— Вот именно. Никакая это не пара, — сказала миссис Ворчунья. — Что я, не знаю, как парты выглядят, что ли?! Парта ни за что бы не поместилась в такой маленький конверт!

— Слово «парта» начинается на букву «п», — сказал мистер Ворчун.

— Так-то оно так, — согласилась миссис Ворчунья. — Только при чем тут э...

Мистер Ворчун стукнул кулаком по столу.

— Ты же сама только что сказала: «Парта, карта»! — воскликнул он.

— Не говорила я такого, — сказала миссис Ворчунья (смутно припоминая, что всё-таки говорила).

— Говорила, — заявил мистер Ворчун.

— Нет!

— Говорила!

— Нет!

— Говорила!

— Нет!

— Говорила!

— Нет!

— Говорила! Говорила! Говорила! — не сдавался мистер Ворчун.

Пока они спорили. Лучик рассматривал карту, лежащую на столе. Интереснее всего оказалась та часть, где был нарисован большой крестик рядом с маленьким деревянным домиком. Рядом с крестиком было написано два слова: «СЛОН ЗДЕСЬ».

— Пап? — сказал Лучик.

— Ну что тебе? — отозвался мистер Ворчун.

— Мы что, только что купили слона?

— Нет.

— Нет?

— Нет, Лучик. Это ты его купил, — сказал мистер Ворчун. — Мы с мамой тут совершенно ни при чём.

— Как скажешь, — сказал Лучик.

— Уже сказал! — фыркнула миссис Ворчунья. — Я сама видела, как у него шевелились губы.

— Но это же были не мои деньги, — сказал Лучик.

— Деньги? — ворчливо переспросил мистер Ворчун. — Кто это тут говорит о деньгах?

— Лучик, — услужливо подсказала миссис Ворчунья.

Мистер Ворчун уставился на неё.

— Но если в конверте не было денег, то что в нём было? — спросил Лучик. — Чем ещё можно заплатить за циркового слона?

— О-о-о, — простонала миссис Ворчунья. — Оказывается, это не какой-то там обычный слон, а ЦИРКОВОЙ. Впервые об этом слышу!

— Ну конечно же, ты впервые об этом слышишь, жена, — сказал мистер Ворчун. —Потому что покупка слона не имеет к нам ровным счётом никакого отношения, правда ведь?

— Но ты же сказал...

— ПРАВДА ВЕДЬ? — переспросил мистер Ворчун, сердито глядя на неё.

— Ну... да. Ты прав, мистер, — сказала миссис Ворчунья, очень гордясь смекалкой мужа.

— Я решил, что слон цирковой, — сказал Лучик. — Ведь вы... мы... я купил его у мистера Губы, а он клоун.

— Умница, Лучик! Вот что значит наше воспитание! — воскликнул мистер Ворчун.

— Но что же было в конверте, если не деньги, пап?

— Ещё одна карта, которую рисовал я, — торжественно объявил мистер Ворчун.

— И с помощью неё мистер Губа отыщет то, что ты ему обещал? — спросил Лучик. — То есть всё по-честному?

— Ну а как же иначе! — воскликнула миссис Ворчунья.

— Вроде того, — сказал мистер Ворчун.

— Вроде того? — переспросил Лучик. Его охватило недоброе предчувствие.

— Я нарисовал настоящую карту, но с её помощью мистер Губа найдёт