Клад и крест - Сергей Сухинов

Номера мобильника Оксаны он не знал, и потому позвонил на местную телефонную станцию и узнал номер домашнего телефона Володарских. А затем, решительно вздохнув, словно прыгая в холодный омут, позвонил еще раз. В глубине души он надеялся, что Оксаны нет дома, что она ушла куда-то, уехала в Москву, или еще лучше – отправилась до сентября в кругосветное плавание.

Но в трубке послышался знакомый девичий голос.

– Да, я слушаю.

– Хм-м… Кхе-кхе…

– Что? Я не поняла, кто звонит.

– Кхе-кхе-кхе… – без всяких дураков всерьез раскашлялся Антон. Наверное, от волнения, с ним такое бывало.

– Антон, это ты?

У мальчика от удивления тотчас прорезался голос.

– Как ты догадалась?

– Просто я с самого утра жду твоего звонка.

Антон оцепенел.

– Кхе-кхе… И с чего ты взяла, что я обязательно позвоню?

– Но я же не ошиблась, верно?

– Вроде, нет.

– Ну, вот я и слушаю.

Антон озадаченно почесал затылок. Обычно он никогда не терялся в разговорах с девочками. Но сейчас в голове у него разлилась темная космическая пустота, без единой звездочки мысли.

– Ты чего молчишь?

– Думаю, что сказать.

– Но ты ведь зачем-то мне позвонил?

– Да. Но уже забыл, зачем. Что-то, понимаешь, с памятью моей стало…

– Наверное, ты просто хочешь со мною встретиться?

Антон облегченно вздохнул.

– Ну конечно! Очень даже хочу.

– И где же?

– Хм-м… Сейчас придумаю.

Антон даже вспотел от напряжения, но как назло, ничего не придумывалось. Оксана ждала минуту-другую. Но так ничего и не дождавшись, взяла инициативу в свои руки.

– Может быть, опять на речке? – предложила она. – Нет, не пойдет. Сегодня жуткая жара, еще почище, чем вчера. А купаться в этом глиняном компоте мне больше что-то не хочется… Наверное, ты хочешь пригласить меня куда-то еще?

– Вот именно!

– Ты просто замечательный собеседник, Антон, – ласково заметила Оксана. – И такой инициативный! Так куда же ты хочешь меня пригласить? В местный ресторан? Или в пивной бар? Или в кинотеатр на новый голливудский фильм? Я просто сгораю от нетерпения. Два месяца живу в Петровском, и до сих пор не видела ни одной местной достопримечательности, кроме той дыры в земле, возле которой ты вчера стоял, мужественно выпятив грудь.

Только сейчас Антон сообразил, что Оксана попросту издевается над ним. Он сразу же заершился.

– А просто так, без ресторана и пивного бара, я тебе не интересен? Ну, тогда извини, наверное, я просто ошибся номером…

Оксана тотчас дала задний ход.

– Нет, нет, я этого не говорила! Давай встретимся там, где скажешь. Хочешь прийти ко мне в гости?

– Э-э… лучше как-нибудь потом. Давай минут через двадцать встретимся в парке возле голицынского дома. Там есть старая липовая роща, а в ней – скамейка. Такая здоровенная, зеленая. Похожая на крокодила Гену, который сожрал Чебурашку и теперь лет сто будет переваривать его опилки. Придешь?

– Приду. Только ненадолго – мы с мамой сегодня едем в Центральный дом художника на выставку Фалька. Ты как к нему, кстати, относишься?

– Хорошо отношусь. А кто это такой?

Оксана рассмеялась.

– Ну, с тобой не соскучишься, герой подземелий. Это знаменитый живописец начала ХХ века. Ладно, встречаемся в парке.

Антон повесил трубку и, поглядевшись в настенное зеркало, состроил сам себе жуткую гримасу. Тьфу, это надо же так опозориться! Ну, словно ему на язык повесили гирю, а в мозгах прогладили все извилины горячим утюгом. Да после такого разговора любая девчонка сочла бы его тюфяком и недоумком. Э-э, мда-а-а, кхе-кхе… Отлично, Румата, просто замечательно! Если ты и на первом свидании будешь так себя вести, то задание главного командования будет с позором провалено. Тогда можно не сомневаться, что Оксана не сегодня – завтра проболтается родителям про подземный ход. И тогда с поисками клада возникнет напряженка…

А если она уже проболталась?!

От этой мысли у Антона волосы зашевелились на голове. Папаша Оксаны был из тех, кого принято называть «новыми русскими». А это значит, что у него мозги работают, как компьютер. Такие люди подошву на бегу с твоих башмаков срежут, и ты даже этого не заметишь! Если девчонка начнет болтать, то у АРТ может появиться могущественный конкурент в лице крутого банкира. Он, если надо, и завал может раскопать. А с помощью каких-нибудь хитроумных приборов и остальные подземные ходы запросто обнаружит. Прощай тогда, клад князей Голицыных!

Антон достал из своего платяного шкафа железную коробку из-под леденцов и, тяжко вздохнув, вынул оттуда две сотенные купюры. Это была треть его кровных сбережений, сделанных путем невероятных лишений и самоограничений, но сейчас мелочиться не приходилось.

Выскочив из дома с пакетом в руках, мальчик побежал к продуктовому магазину и купил там самую дорогую шоколадку с орехами, несколько бананов и две бутылочки «Кока-колы». Покупки пробили в его тощем бюджете ощутимую дыру, но Антон и глазом не моргнул. Как говорится, «все для фронта, все для победы!»

Время поджимало, и Антон во всю прыть побежал через поселок, направляясь к парку. И только увидев впереди высокую железную ограду и белый фасад старинного дома, перед которым одиноко рос раскидистый дуб, мальчик перешел на шаг. Еще не хватало, чтобы Оксана увидела, как он торопится не опоздать на первое свидание! Кто-то из классиков правильно сказал: «чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей». И Антон за свою уже довольно длинную жизнь не раз убеждался в правоте этих слов. Девчонок надо держать в строгости, только тогда от них будет толк!

Он вошел через раскрытые узорчатые ворота на территорию голицынской усадьбы и, не доходя на двухэтажного здания, украшенного портиком с шестью высокими колоннами, свернул на одну из асфальтовых дорожек, ведущих вглубь парка. Могучие дубы и липы создавали над ними спасительную тень. Пользуясь этим, несколько молодых мамаш прогуливали на колясках своих дремлющих младенцев. Среди зарослей сирени бурно ссорились воробьи, а в воздухе то там, то здесь странными зигзагами пролетали бабочки-лимонницы. Вокруг царило летнее умиротворение, которое часто вспоминается в зимнюю стужу как нечто бесконечно далекое и недостижимое, словно библейский рай.