Высший класс - Роберт Маркмор

____________________________________________

*«Соседи» («Neighbours») — один из самых популярных и «долгоиграющих» сериалов в мире. Повествует о жизни и взаимоотношениях обитателей одной улицы. Появился на австралийском телевидении в 1985 году, годом позже его начали показывать в Великобритании. Новые серии выходят и поныне, за прошедшие 20 лет с «Соседями» успели познакомиться жители 55 стран. Этот сериал помог «раскрутиться» таким звездам, как Кайли Миноуг, Рассел Кроу, Натали Имбрулья и Гай Пирс

Пятьдесят с лишним ребят направились с площадки к заброшенной автостоянке в нескольких сотнях метров от дороги. Заметив впереди свет фар, они разразились радостными криками. Это была «Субару Импреза» с турбонаддувом, серебристого цвета, с нарисованным на багажнике громадным крылом. Парень за рулем дал пару виражей на ручных тормозах. Машина закрутилась, от шин потянуло паленой резиной. Потом шофер не справился с управлением, машина врезалась в столбик ограждения, и на ее боку появилась большая царапина. Зрители восторженно зааплодировали, хотя парень мимоходом чуть не задавил пару девчонок на велосипедах.

— Чокнутый, — усмехнулся Джеймс — А вообще я бы и сам хотел попробовать.

Керри смерила его гневным взглядом

— Глупость какая! Они или сами убьются, или прикончат кого-нибудь из зрителей.

— Да брось ты, Керри, — отмахнулся Джеймс — Брюзжишь, как старая карга.

«Субару» с визгом затормозила в нескольких метрах от них. Как только облако дыма от шин рассеялось, шофер и его приятель открыли двери и обежали вокруг машины, поменявшись местами. Обоим было лет по пятнадцать.

— Эй, крошки! — крикнул новоиспеченный водитель.

Из толпы выскочили две девчонки самого вульгарного вида. Они подбежали к машине и забрались на заднее сиденье. В тот же миг шофер нажал на газ и принялся гонять вокруг квартала. На каждом повороте машину заносило, и пару раз задний бампер чуть не отвалился. Когда машина скрывалась из виду, до зрителей все равно доносились рев мотора и скрежет шин. Потом гонщики вернулись на автостоянку, чтобы еще раз насладиться овациями публики.

Когда восторг достиг высшей точки, послышался вой полицейской сирены. Джеймс с удовольствием поглазел бы на погоню, но гонщики не стали рисковать. Они ударили по тормозам, выскочили из машины и смешались с толпой подростков. На площадку въехали три полицейских машины.

Зеваки кинулись врассыпную. Один из ребят, с которыми херувимцы играли в футбол, дернул Джеймса за футболку.

— Не стой столбом, — выпалил он. — Если схватят — поколотят.

Керри, Кайл и Николь уже исчезли. Джеймс бросился бежать, но в темноте все здания в Торнтоне казались одинаковыми, и он не мог вспомнить дорогу домой. В конце концов он остановился в центре квартала, на большой мощеной площади, от которой расходились шесть улиц с абсолютно неотличимыми домами.

— Ты знаешь, куда идти? — послышался тихий голос.

Джеймс обернулся и с облегчением узнал Кайла. С ним были Керри и Николь.

— Можно спросить полицейских, — предложила Керри.

— Ты что, из ума выжила? — Джеймс повертел пальцем у виска. — Полиция ищет тех, кто был в машине — двоих парней и двух девчонок. Как раз нас и схватят.

Керри озадаченно покачала головой.

— Но мы же не угонщики!

— Керри, — рассмеялся Джеймс — Не будь наивной. В таких местах полицейские и подростки ведут себя как масло и вода: не смешиваются.

— Если бы вы послушались меня и пошли домой, когда я предлагала, ничего этого бы не случилось, — обиженно проворчала Керри.

— Да заткнись ты, — отмахнулся Джеймс

— Так куда нам идти? — спросила Николь.

*

Запыхавшись, ребята ввалились в парадную дверь. Со второй попытки им по чистой случайности удалось попасть на нужную улицу, не наткнувшись на полицейских. Из кухни выглянула Зара.

— Ага, вот и вы, мои маленькие чудовища, — улыбнулась Зара. — Как всегда, опоздали.

Ребята ожидали выволочки, но позднее возвращение сошло им с рук, потому что на кухне, попивая с Зарой и Эвартом чай, сидела пожилая пара.

— Это наши приемные дети, — пояснил Эварт. — Ребята, познакомьтесь, это Рон и Джорджина. Они живут по соседству и в честь знакомства принесли нам домашнего печенья.

— Угощайтесь, ребятки, — пригласила херувимцев пожилая дама — Мое печенье получало призы на многих конкурсах.

Дети запустили руки в коробку и взяли по печенью. Судя по вкусу, оно было испечено году этак в 1937, но не выплевывать же его на глазах у почтенной леди!

— Очень вкусно, — пробормотал Джеймс, запивая затхлый привкус глотком воды.

— Хочешь еще? — предложила дама

Зара проворно накрыла коробку крышкой.

— Им уже пора спать, — сказала она. — Обычно я не позволяю детям есть сладости в такой поздний час, это вредно для зубов.

Ребята была благодарны Заре за то, что она спасла их от добавки. Джеймс направился в ванную.

— Потише там, — шикнула на них Зара. — Джошуа уже спит.

Все четверо выстроились в очередь к водопроводному крану, напились и прополоскали рот зубным эликсиром. Только это помогло избавиться от мерзкого привкуса.

— Даже маленький кусочек как будто впитывает всю слюну во рту, — проворчала Керри.

— Наверняка она знает, какая гадость ее печенье, — сказал Кайл. — И забавляется, глядя на людские страдания.

— Чтоб она сдохла, старая перечница, — пожелала Николь.

— Это уж, пожалуй, немного чересчур, — рассмеялся Джеймс

— Терпеть не могу стариков, — сказала Николь. — Всех, кому исполнилось шестьдесят, надо расстреливать на месте.

— Не скажи, моя бабушка была классная, — возразил Джеймс. — Каждый раз, когда я приходил, она угощала меня «Кит-Катом» или «Вагон-Вилз». Я у нее был любимчиком. А Лорин ей никогда не нравилась.

— О вкусах не спорят, — хмыкнула Керри. — Когда она умерла?

— Когда мне было десять лет.

— Кстати, интересно, как там Лорин? — спросил Кайл.

— Я с ней с утра не разговаривал, — ответил Джеймс. — Надо бы позвонить перед сном.

Раздевшись, Джеймс лег в кровать и позвонил Лорин с мобильника. Ей было стыдно за утренние слезы, и она не пожелала об этом говорить.

8. КОНТАКТ

Наступил первый день нового учебного года. Несчастные свежеподстриженные ученики в новеньких формах, купленных на вырост, печально тянулись в школу. Кайл предложил Джеймсу отгладить одежду, чтобы та выглядела, как он выразился, «с иголочки». За лето Джеймс успел забыть, как тягостно целый день ходить в пиджаке и галстуке. Единственным светлым пятном в грядущей школьной жизни была Николь в ладно сидящей белой блузке, с галстуком, свободно повязанным под воротником. Она перешила юбку, и та стала вдвое короче, чем у Керри.