Элла в Лапландии - Тимо Парвела

День открытия трассы выдался ясный и тёплый. Заснеженные верхушки сопок сияли на солнце, учительский мопед весело тарахтел в сарае. Учитель корпел над сборкой всю ночь, и к утру мопед был готов. Мы тоже подготовились — во всяком случае, надеялись, что это так.

Мы всю ночь шили из учительского паруса параплан. Это было непросто, но ещё сложней оказалось заставить жену учителя поверить в наши планы.

— Но ведь это опасно? — засомневалась она. — Должен быть какой-то другой выход. И я всё-таки думаю, что ко времени отъезда ваш учитель одумается.

В этот момент в комнату вошёл учитель. Одежды на нём не было, кроме набедренной повязки из оленьей шкуры. В руках он держал такую же повязку, но поменьше.

— Эту я сделал для тебя. Отныне мы будем одеваться в шкуры, как наши древние предки.

— Я согласна, — сказала нам жена учителя.

— Правда? — обрадовался учитель и попытался надеть повязку на жену.

— Нет, неправда, — жена учителя оттолкнула его.

— Но ты только что сказала, что ты согласна, — удивился учитель.

— Договорились, — бросила нам жена учителя, закрываясь в комнате.

— Правда? — спросил учитель с другой стороны двери.

— Нет, неправда! — крикнула жена учителя.

— Все с ума посходили, — пробормотал учитель, возвращаясь в сарай.

Уговорить Козломороза и хозяйку оказалось гораздо легче.

— Договорились! — воскликнули они хором, как только мы изложили им наш план.

Учительский мопед стоял на старте. Он сверкал и блестел на солнце, как новенький. Сзади к нему крепилась длинная верёвка, протянувшаяся через весь двор. Идея была такая, что в момент открытия мы возьмёмся за верёвку, и учитель провезёт нас по залитой трассе прямо к пустоши, чтобы послушать тишину и вой койотов. При условии, конечно, что первая пара койотов уже свила гнездо в принесённом учителем коврике.

До нашего отлёта оставалось полтора часа, когда учитель вышел из сарая в набедренной повязке. Он торжественно подошёл к нам и улыбнулся. Улыбка получилась какая-то хищная.

— Для вечности это лишь миг, но для койотов — огромный скачок, — и учитель поклонился.

Этого мы и ждали. Дед Мороз с хозяйкой подошли к нему сзади и через голову набросили на него автомобильную камеру.

— Это мне? Вот спасибо, — обрадовался учитель. — Я оценил ваш жест, но в локтях немного жмёт. — И учитель попытался высвободиться.

А мы бросились к параплану, рано утром припрятанному за избушкой. Тукка, который в скаутском лагере научился вязать узлы, быстро привязал параплан сначала к длинной верёвке от мопеда, а потом к автомобильной камере, надетой на учителя. Жена учителя вскочила в седло мопеда и нажала на газ.

— Это противозаконно! — закричал учитель, когда мопед пришёл в движение и верёвка натянулась.

— Я вызову полицию! — Верёвка дёрнулась, и параплан поднялся в воздух.

— Вы сорвали открытие трассы! — кричал учитель, отрываясь от земли.

Он ещё что-то кричал, но мы не могли разобрать — тарахтение мопеда и треск мотосаней заглушили все звуки. Деревенские школьники прибыли вовремя. Мы прыгнули к ним в мотосани и поехали за мопедом, управляемым женой учителя. На верёвке позади него летел параплан, на нём висела автомобильная камера с засунутым внутрь учителем.

И мы сказали «прощай» сопкам, снегу, оленям, лыжам, пустоши и койотам. Нам, конечно, было грустно и жаль Деда Мороза, который остался без гномов, но утешало то, что мы оставили вместо себя замену. Может, Дед Мороз не очень рассердится и всё-таки принесёт нам подарки на следующий год.

Мы успели как раз вовремя. Самолёт уже стоял на поле и посадку объявили несколько раз, когда наша процессия свернула к зданию аэропорта. Сотрудник аэропорта помог нам спустить учителя с небес на землю, и мы оказались готовы к отлёту.

— Похоже, отпуск удался, — сказал сотрудник аэропорта учителю в набедренной повязке и автомобильной камере.

— Похоже, вам приплачивают за дурацкие шутки, — отрезал учитель.

— Дорогой, — сказала жена учителя и приобняла его.

Мы облегчённо вздохнули — учитель снова разговаривал как прежде. Полёт на параплане и холодный воздух сокрушили в нем Козломороза, и Козлёнок восторжествовал.

— До свиданья, спасибо за отпуск! — сказала жена учителя Дедушке Козломорозу.

— Приезжайте ещё! Ну, или мы к вам, — сказала хозяйка, обнимая жену учителя.