Волшебники - Эмили Дрейк

— Вот мои вещи. Складывай свои сюда.

Пыхтя, ввалился Генри, не переставая бороться со своей поклажей. Рич и Стефан шли за ним по пятам. Стефан усмехнулся и протянул:

— Помощь не нужна, Сквибб?

Он протянул руку и дернул за шнурок, стягивающий надувной матрас. С пронзительным свистом тот раскрылся, как гигантский воздушный шар, и поглотил собой Генри… Внезапно ослепленный, Генри споткнулся и, падая, проехался по скользкому полу. Он торчал из матраса, как сосиска из булочки. Мальчишки обошли его, со смехом пожимая плечами.

Генри охнул и выкатился из своего спального мешка. Трент нагнулся и подал ему руку. Он в задумчивости глядел на пухлый матрас.

— Ничего себе… хм… мешочек!

— Отличный, вот только когда эти подушки вдруг надуются все разом… — Генри снова вздохнул и водрузил очки обратно на переносицу. Он навалился сверху и начал ужимать свой мешок до первоначальных размеров. Джейсон встал на коленки и помог ему затянуть веревки.

— В следующий раз выбирай себе жертву по размеру! — бросил Трент стоящему к ним спиной Стефану.

Двое медленно обернулись. Толстяк смерил взглядом Генри Сквибба.

— А он моего размера.

Трент усмехнулся:

— Я имел в виду размер мозгов! — Он от души рассмеялся, взялся за бечевку и помог Генри и Джейсону крепко завязать мешок. — Так что это все-таки за штука? Парашют?

Все трое не удержались от смеха. Круглое личико Генри раскраснелось от радости и смущения одновременно.

— Это все мама… — пробормотал он наконец.

— Моя матушка, дай ей волю, и к скейту бы подушку привязала, если б придумала, как! И, представьте себе, придумала и отца успела научить! — Он с сожалением вздохнул.

Генри смеялся до упада. В дом вбежала Бэйли, но постеснялась подойти и несколько секунд молча наблюдала за мальчишками. Джейсон представил ее:

— Трент, это Бэйли. Бэйли, это Трент!

Девочка кивнула и окинула взглядом облезлые стены зала:

— Слава Богу, хотя бы туалеты новые…

— Оттуда видно озеро?

— Воннамику? А, да. Смотрится симпатично. Там, за столовой, причал для байдарок и каноэ.

— Кто тут сказал «столовая»! — Трент втянул носом воздух и просиял: — Кажется, пахнет ужином!

Джейсон тоже почувствовал аппетитный запах.

— Вы еще повариху не видели, Огненную Анну! У нее вот такая копна рыжих волос! И болтает с вот таким ирландским акцентом! Согнала нас в столовую, чтобы мы колотили в горшки и кастрюли! Вместо поварят, они еще не приехали.

— А зачем колотить?

— Чтобы выгнать енотов из кухни… — Трент усмехнулся, синие глаза искрились смехом. — Она орала, что, тот, кто замешкается, завтра пойдет на запеканку!

Джейсон рассмеялся.

У Огненной Анны и впрямь были густые огненно-рыжие волосы, подвязанные голубой косынкой, которая, казалось, вот-вот лопнет от натуги. Пока они ели, повариха стояла в углу. Зеленые глаза вспыхивали от удовольствия каждый раз, когда ребята подходили за добавкой.

— Сегодня последний свободный день! — сказал Трент, подбирая хлебом остатки подливки.

— Это как?

— Завтра назначат дежурных по кухне, по спальне и прочие лагерные обязанности. Каждый день занятия, с утра и до возвращения в стойло. — Трент с удивлением посмотрел на Джейсона. — Ты разве раньше не бывал в лагере?

— Я в первый раз.

— Делу время, потехе час, — сказала Бэйли и со звоном выронила вилку.

— Что-то в этом роде, — согласился Трент и шепнул Джейсону. — Она всегда такая зануда?

— Иногда, — ответил Джейсон. — А иногда и хуже.

К тому времени, когда они вышли из столовой, снова стемнело. Выплыл маленький месяц, тонкий дрожащий завиток в небесах. До ребят донеслись звуки музыки, и они направились на звук. Запах костра ударил в нос, в небеса поднималась тонкая серая струйка дыма. Мелодия становилась все задорнее, и они припустились бегом, чтобы не опоздать к самому интересному.

Ребята выбежали на просеку. В середине поляны стоял Гэйвен Рейнвотер, окруженный рыжими языками пламени, вырывающимися из огромного костра. Он играл на скрипке, пританцовывая в такт музыке. На плечах у него висела короткая черная накидка. Из-за вьющихся черных волос и скрипки он немного напоминал цыгана.

Понемногу подтягивались остальные ребята и взрослые. Элеанора пришла последней, неслышно, и присела на пенек. Гэйвен взял последний аккорд и замер на мгновение. Он глубоко вздохнул и торжественно поклонился:

— Пришло время представить вам наших великолепных учителей!

Смычком он указал налево:

— Томаз Воронье Перо!

Там стоял невысокий темноглазый человек с обветренным лицом. Он был худощав, а волосы расчесаны на прямой пробор и стянуты в узел. В волосах торчало блестящее черное перо. Поверх полотняной рубахи он носил жилет, а джинсы были настолько мягкие и потертые, будто их специально топтали ногами или колотили камнем. Тусклые серебряные бляхи с вкраплениями бирюзы украшали плетеный кожаный пояс и бликовали в свете костра. Индеец важно поклонился.

— Анита Патель!

Из темноты выступила худенькая грациозная женщина в сари и шальварах. Когда она повернулась, чтобы помахать всем рукой, на запястье зазвенели крошечные колокольчики браслета.

— Я научу вас, как правильно дышать и двигаться, — произнесла она тихо, но расслышали все до единого. На лбу, между черными бровями, светилась темно-красная точка.

— Адам Соуса! — Гэйвен крутанулся на пятке и указал смычком на шустрого молодого человека, примостившегося на бревне в дальнем конце огненного кольца. Соуса подпрыгнул и расплылся в улыбке. Длинными тонкими пальцами он отбивал ритм на серебряном рожке, что висел у него на поясе.

— Музыка и математика! — произнес Гэйвен и отвесил Соусе поклон.

Трент, Бэйли и Джейсон переглянулись:

— Серьезно..? — и пожали плечами. — Ему разве что подъем по утрам играть!

— Элеанора Андариэль. Литература и мифология.

Элеанора подняла руку и помахала.

— Элиот Хайтауэр и Лукас Джефферсон, физкультура и труд.

Из-за пламени костра Джейсону с трудом удалось разглядеть двух последних.

— Огненная Анна, наш повар! Повелевает кастрюлями и лечебными травами!

Огненная Анна, распустив волосы, приплясывала в пламени костра. Прежде чем поклониться и уйти в тень, она изобразила вокруг Гэйвена несколько па ирландской джиги.

Все приветствовали ее выступление бурными аплодисментами.

— Кроме всего прочего, несколько учителей могут заглянуть к нам проездом в любой момент. Ну, вот я и все сказал. Присаживайтесь. Давайте жарить шашлыки, знакомиться, пока не пришла пора ложиться в постель.