Загадка ранчо Ковингтон - Тара Эллис

— Может быть, вам стоит получить запретительный приказ против него? — предложила Сэм, хотя даже не представляла, что для этого нужно.

— Сэм, я точно знаю, что не имею никакого отношения к краже «Глаза Ориона», но если мой дядя пойдёт в полицию и скажет, что я имею к этому отношение… это разрушит мою карьеру.

— Тогда, — сказала Сэм, встав и подойдя к Лизе, — лучшее, что можно сделать, — понять, что же он ищет. И мы вам в этом поможем!

11. Ранчо Ковингтон

Лиза усмехнулась и положила руку на плечо Сэм.

— Сэм, я ценю твой энтузиазм, но мне кажется, что никакой особой загадки здесь нет. Я слышала, что вы с Элли умеете разгадывать тайны, и теперь понимаю почему! Прости, что разочаровываю, но мой дядя прав. Это давняя семейная вражда, сути которой я так и не поняла.

Сэм её слова не убедили, и она попробовала снова:

— Но он всё-таки так упорствует, чтобы попасть внутрь. Что вы…

Лиза убрала руку с плеча Сэм и поднесла к её лицу, по сути, закрыв ей рот.

— Это просто борьба между ним и моей тётей. Вот и всё. По какой-то причине моё возвращение на это ранчо очень его раздражает. Если он и дальше продолжит в том же духе, я поговорю с тётей Кларой, но я бы очень не хотела этого. Она расстраивается, когда дядю упоминают в разговоре.

Элли как ни в чём не бывало подошла к Сэм и обняла её за плечи. Это совершенно нормальное для них проявление чувств, но вместе с этим Элли таким способом брала контроль над ситуацией. Она слишком хорошо знала Сэм и понимала, что разговор стоит направить в другое русло, прежде чем Сэм зайдёт слишком далеко.

— Не беспокойтесь, — заверила Элли Лизу. — Мы ни за что не станем говорить о ваших семейных делах с другими ребятами. Надеюсь, он оставит вас в покое. Так что же заставило вас вернуться на ранчо?

Смена темы возымела желаемый результат, и учительница сразу расслабилась. Она лёгким шагом подошла к лопате и взяла её.

— Хотелось бы мне сказать, что я вернулась домой, чтобы там остаться, — с ностальгией сказала она.

Протянув лопату Элли, она велела Сэм взять тачку, а Кэсси — лежавшие неподалёку грабли.

— К сожалению, я здесь для того, чтобы привести ранчо в надлежащее состояние перед продажей, — вздохнула Лиза.

— Что? — Кэсси прижала грабли к груди. — Почему?

— Не потому, что я этого хочу, — объяснила Лиза. — Мои родители оставили усадьбу и все деньги на сберегательных счетах моей тёте. С моим наследством возникли… проблемы, а родители ждали, что я получу его и продолжу поддерживать ранчо Ковингтон в нормальном состоянии. Этого не произошло. У меня едва хватило денег, чтобы окончить колледж и при этом не дать дому совсем развалиться.

После десяти лет выплат налогов на недвижимость у нас просто закончились деньги. Мы, конечно, не выплачиваем ипотеку, потому что ранчо уже было в собственности родителей, когда его унаследовала моя тётя, но каждый месяц нам всё равно приходят счета. Вы знаете, сколько стоит страхование недвижимости в подобных районах?

Конечно же, никто из девочек даже не представлял, насколько большими были налоги на недвижимость и страховые взносы, так что они просто пожали плечами в ответ.

— Много, — сказала Лиза и обвела рукой двухэтажный дом, построенный по индивидуальному проекту. Крыльцо, опоясывавшее дом вокруг, облицовка из кедра и двойные эркерные окна по обе стороны входной двери придавали ему дорогой и уютный вид.

— Несмотря на то что я живу на ранчо бесплатно, — продолжила Лиза, по-прежнему смотря на дом, — на учительскую зарплату я просто не могу его содержать. Так что у нас нет иного выбора, кроме как продать его.

— А сколько у вас акров земли? — спросила Элли. — Вы могли бы разделить территорию на части и продать их отдельно.

Лиза повернулась к Элли и внимательно посмотрела на неё. Невысокая рыжеволосая девочка была очень умна для своего возраста.

— Очень хорошее предложение, Элли, — наконец проговорила она. — В этом графстве по правилам зонирования участок должен быть не меньше двадцати акров. Так что ты права, мы можем разделить ранчо на три участка и продать их отдельно. Однако на межевание уйдут все оставшиеся деньги, а гарантии, что участки удастся продать, нет. Не останется ничего ни на выплату налогов, ни на необходимый ремонт. Мы с тётей решили, что это слишком большой риск.

Это последнее, что связывает меня с родителями. Я несколько раз приезжала сюда на каникулах, но оставаться здесь слишком надолго было очень больно. Но сейчас, когда я вскоре лишусь его навсегда… ну, наверное, я всегда думала, что это время настанет, а сейчас жалею, что не вернулась сюда раньше.

— Я знаю, что такое жить без родителей, — тихо сказала Кэсси.

Кэсси так мало рассказывала о том, почему живёт с бабушкой, что Сэм и Элли на самом деле ничего особенно не знали о её прошлом. Сэм хотелось подойти к Кэсси и обнять её, но она сдержалась, боясь, что помешает Кэсси сказать то, что у неё на уме.

— Я бы что угодно отдала за дом, полный воспоминаний о них, — проговорила Кэсси. — Но у меня есть только коробка с газетными вырезками и фотографиями.

Лизу удивила откровенность девочки. Кто-то, возможно, посчитал бы, что она просто хочет, чтобы ей посочувствовали, но по лицу Кэсси сразу ясно, что она говорит искренне.

Лиза заметила её новую одежду, растрёпанные волосы и вчерашний макияж. Кэсси была одной из тех неблагополучных учениц, о которых её предупреждали. Сразу ясно, что таким ребятам нужна помощь, но если попытаться самой им помогать, на это уйдёт слишком много времени и сил. Лиза испытала большое облегчение, узнав, что Сэм и Элли стали её подругами.

— Кэсси, — мягко ответила Лиза. — Твоя коробка с воспоминаниями — настоящее сокровище, у многих нет даже такого. Думаю, лучшее, что мы можем сделать, — помнить наших родителей и почтить их память, достойно прожив жизнь.

Молча кивнув, Кэсси смахнула слезинку, затем опустила грабли на землю и спросила, явно желая закрыть тему:

— С чего нам начать?

— Я уже неплохо начала — вырвала сорняки и постригла