Призрак мальчика в пижаме - Дж. Э. Уайт

– Что именно нам стало известно? – спросил Бенджи, по очереди подбивая мяч то одной, то другой ногой. – Что каждому призраку нужен особый предмет, чтобы отправить его… ну, туда? Что там его ждёт за треугольником?

– Я так думаю, для каждого призрака это место своё, – сказала Корделия. – То, где им будет хорошо. Человеку с газетой нужно было спокойное место, где можно почитать. Женщина хотела туда, где весело и шумно…

Корделия улыбнулась: название лежало на поверхности.

– Треугольник отправляет их в их светлое место. Или… или просто в Свет. Так короче, лучше запоминается.

– Пусть будет «Свет», мне нравится, – сказал Бенджи. – Ну ладно, раз уж мы взялись придумывать названия – как назвать те предметы, которые отсылают призраков туда, куда им надо? Должны же и они как-то называться.

Они некоторое время спорили на эту тему. Агнеса настаивала на ПОО – «призракоосвобождающие объекты», но Корделия с Бенджи считали, что это слишком смахивает на название какого-нибудь школьного теста. Поскольку предметы открывали вход в Свет, Корделия предложила вместо этого назвать их «ключиками». «Светлыми ключиками», уточнил Бенджи. И как только он это сказал, все трое сразу поняли, что это и есть самое подходящее название.

Агнеса восторженно захлопала в ладоши.

– Ой, как здорово! – воскликнула она. – Давать названия – это очень важно! Это ещё один способ сохранять организованность. Я добавлю колонку с заголовком «Светлые ключики» в табличку, которую я создала в гугл-доках.

– Ты табличку создала? – переспросила Корделия.

– В любом долговременном эксперименте главное – с самого начала соблюдать организованность, – с серьёзным видом объяснила Агнеса. – Я вам её расшарю, чтобы вы тоже могли добавлять информацию по мере поступления. Там отдельная строка для каждого призрака, наиболее важные данные: местонахождение, одежда, возраст, внешность, наблюдаемые действия. Судя по результатам первых двух экспериментов, эти духи явно стараются дать как можно больше намёков о том, какой светлый ключик им требуется. Человеку с газетой нужны очки. Женщине, глядящейся в зеркало, нужна косметика. Довольно очевидно.

– Они просят помощи, – сказала Корделия. – Как потерпевший кораблекрушение моряк, который включает маячок и размахивает руками.

– А может быть, это от них вообще не зависит, – предположил Бенджи. – Может быть, им кто-то пытается помочь, какой-нибудь ангел-хранитель…

– А как вы думаете, все ли светлые ключики будет так просто угадать, как первые два? – спросила Агнеса.

Корделия с Бенджи дружно замотали головами.

– Мужчина в сером костюме просто смотрит в окно, – сказал Бенджи. – Тут опереться особо не на что. Ему может быть нужно что угодно.

– И с мальчиком в спортзале то же самое, – добавила Корделия. – На нём пижамка. Это наводит на некоторые мысли, но нужно будет это проверить, чтобы убедиться.

Корделия заметила, что Агнеса смотрит на них с лёгкой завистью, как будто они рассказывают про праздник, куда её не пригласили. «Она же не видит призраков, – напомнила себе Корделия. – Нужно следить за тем, что и как мы говорим, чтобы она не чувствовала себя не у дел».

– А как ты думаешь, это для всех призраков должно работать? – спросила Корделия у Агнесы нарочно, чтобы та не чувствовала себя в стороне. – У каждого ли есть свой светлый ключик?

– Давайте исходить из этого, пока не выяснилось, что это не так, – сказала Агнеса. – Всё дело в том, чтобы вычислить, что именно нужно. Вот почему вам следует их описывать как можно подробнее.

Агнеса отвела глаза.

– Это же единственное, чем я могу вам помочь…

– А я могла бы попробовать их нарисовать! – предложила Корделия.

– Отлично! – сказала Агнеса. – Ты их нарисуй, а Бенджи пусть заполнит табличку.

– Как, опять домашка?! – воскликнул Бенджи. – Да ещё про призраков?!

– Ну извини, – сказала Агнеса. – Корделия говорит, что моя задача – «во всём разобраться». А если мы в самом деле хотим понять, что же происходит, необходимо собрать как можно больше информации. Это единственный способ узнать, есть ли тут какие-то закономерности.

– По-моему, идея блестящая! – сказала Корделия.

Агнеса густо покраснела.

– И ещё одно, – сказала она. – Вроде бы кто-то из вас упоминал, что одни призраки выглядят светонепроницаемыми, а другие светопропускающими?

– Это был не я, – ответил Бенджи. – Я и слов-то таких не выговорю.

– Ну, что некоторые призраки полупрозрачные, но не все.

– А-а! – кивнул Бенджи. – Ну да, это я говорил. Действительно, со временем призраки почему-то постепенно исчезают. Вот, скажем, та девочка на третьем этаже, в велосипедном шлеме. Она с сентября уже немного поблёкла. А когда я вернулся в школу после летних каникул, некоторые призраки вообще исчезли.

– Но ведь это же хорошо, разве нет? – спросила Корделия. – Это значит, что они сумели вырваться сами…

– Ну, не знаю, – ответил Бенджи. – Вот человек с газетой точно отправился в какое-то хорошее место. Это было видно, когда он проходил сквозь треугольник. А те, которые исчезают – они что-то не выглядят особенно довольными. Такое впечатление, что они как будто больны…

Он развёл руками.

– Но ведь это же ерунда какая-то, верно? Ну как мертвец может заболеть?

– Пока что какие-то выводы делать бессмысленно, – заметила Агнеса. – Для начала нам нужны более точные данные. Давайте составим шкалу степени видимости каждого привидения, чтобы можно было определять, кто из них вот-вот исчезнет. Что-нибудь несложное. Скажем, от одного до трёх, где один – это когда призраки выглядят как мы с вами, а три – это когда они уже почти невидимы.

– Наверно, первым делом надо помочь трёшкам, – сказала Корделия. – Раз они ближе всего к тому, чтобы исчезнуть.

Агнеса кивнула.

– Я добавлю в табличку соответствующую колонку, – сказала она.

– Ещё больше домашки! – буркнул Бенджи.

– Ладно, не ной! – сказала Корделия. – Ведь мы же единственные, кто способен помочь этим несчастным. Мы должны им помочь!

Лицо Бенджи сделалось серьёзным.

– Ну да, я знаю, – сказал он.

Воцарилось молчание: все трое раздумывали над тем, какая ответственность на них свалилась. Это тебе не разбор книги к четвергу сдать, не баночку от йогурта в мусор кинуть…

«Тут дурака валять нельзя. Это слишком важно!»

Корделия пожалела, что с ними нет кого-нибудь из старших, кто мог бы сказать, правильно они все делают или нет. «Может, всё-таки попробовать потом рассказать ещё раз маме с папой. Или доктору Рокени…» Но ведь директор им, скорее всего, не поверит. А если поверит, может выйти ещё хуже: взрослые тут же возьмут дело в свои руки и детей от этого отстранят «ради их же блага». А этого Корделии не хотелось. Да, все эти призраки были жуткими и пугающими, но её новая жизнь впервые за всё это время сделалась интересной!