Призрак мальчика в пижаме - Дж. Э. Уайт

– Ма-ам! – окликнула Корделия, заглянув в кладовку. – А чипсы у нас есть?

Миссис Лю сидела за кухонной стойкой и что-то печатала на ноутбуке. На ней были очки, белокурые волосы собраны в узел. Рабочий режим.

– В холодильнике есть хумус и морковка, – отозвалась она, почти не слушая.

– Мам, ко мне люди пришли! – сказала Корделия. – Знакомые кролики будут на той неделе.

– Не умничай.

– Извини, – сказала Корделия. Она и сама знала, что огрызается каждый раз, когда нервничает. Она впервые ждала гостей в этом доме и ей хотелось, чтобы всё было как следует. – А крендельки же вроде были?

– Крендельки папа съел.

– Ну, а крекеры? – спросила Корделия, впадая в отчаяние. – Печенье? Попкорн?

– Посмотри на верхней полке. Всё вредное я там держу.

Корделия подвинула табуретку и, порывшись, нашла наконец коробку крекеров. Она разложила их веером по краю блюда, потом добавила хумус, морковку, виноград и ложку арахисового масла.

Миссис Лю что-то напечатала со скоростью пулементной очереди и подняла голову.

– Очень приятно наконец-то познакомиться с твоими друзьями, – сказала она. – Эта Агнеса очень… интересная девочка. И явно очень умная.

Миссис Лю улыбнулась и вскинула брови.

– А Бенджи просто славный.

– Перестань! – сказала Корделия, покраснев.

– Да я так, мимоходом. А что вы делать собираетесь?

– Ну, домашку и всё такое…

– Как хорошо, что ты наконец-то тут прижилась! – сказала миссис Лю, снова опустив взгляд в экран. – Я понимаю, тут не так весело, как в Сан-Франциско, но всё-таки в спокойной, размеренной жизни тоже что-то есть. Тут, по крайней мере, намного безопаснее.

Корделии было что на это сказать. Она придумала сразу с десяток ответов, один другого ядовитее, но в конце концов решила ничего не говорить, а просто чмокнула маму в щёчку.

Она отнесла блюдо в подвал, в комнату отдыха, где лежали книжки, настольные игры и стояла старая игровая консоль, которой Корделия никогда не пользовалась.

Бенджи с Агнесой сидели на разных концах дивана. По большей части они неплохо уживались между собой, но это когда Корделия была рядом и служила связующим звеном в их дружбе. А наедине они обычно не общались.

– Налетай! – сказала Корделия, ставя блюдо на журнальный столик.

Агнеса охотно взяла морковку и макнула её в хумус. Бенджи, явно слегка разочарованный предложенным угощеньем, принялся нехотя щипать виноград.

– Как здорово вышло! – сказала Агнеса. – Надо было мне тоже поучаствовать, напечь шоколадных кексов.

– Да ладно! А ты умеешь? – фыркнул Бенджи.

– Ой, пожалуйста! – сказала Корделия, сердито зыркнув на Бенджи и улыбнувшись Агнесе. – В следующий раз можешь напечь кексов, если хочешь.

– В следующий раз? – переспросила Агнеса.

– Ну да, – кивнула Корделия. – Вы же ко мне не в последний раз приходите, верно?

Агнеса так просияла, как будто бы ей подарили абонемент на вход в «Диснейленд». «Надо же, столько времени прошло, а она до сих пор не верит, что мы и правда друзья!» – подумала Корделия. Ей стало неловко: наверно, она плохо старалась… Тут, в школе Тени, она была не так популярна, как в Риджвуде, но всё-таки Корделии удалось сдружиться с некоторыми ребятами из класса. А Агнеса так и оставалась изгоем и неуклюже топталась рядом, не участвуя в болтовне, даже когда Корделия нарочно старалась втянуть её в общую беседу.

«Нет, надо всё-таки лучше стараться! Призраки – не единственные, кому требуется помощь».

– Я подумала, что будет проще встретиться у меня дома, – сказала Корделия. – В школе спокойно не поговоришь.

– Ага, – кивнул Бенджи. – Особенно когда над головой тарелки летают!

– Угу, – сказала Корделия и развалилась на диване. – Короче… что это за фигня была, а? Я так понимаю, это каким-то образом связано с призраками – ну что ещё это может быть? – но ведь никто из других призраков неспособен заставлять вещи летать по воздуху!

Агнеса подняла руку.

– Слушай, мы у нас в подвале, а не в школе, – сказала Корделия. – Можешь просто говорить.

– Я думаю, – сказала Агнеса, – тот мужчина, которого ты видела в глубине столовой, был полтергейст!

– А это разве не другое название привидения? – спросил Бенджи.

– Не совсем, – объяснила Агнеса. – Это особый вид привидения, которое способно заставлять предметы двигаться. Само слово зародилось в Германии, где отмечались…

– Ага, понятно, – сказала Корделия. – Это явно подходит. Но ведь мы в столовую ходим каждый день. Если это его территория, отчего же мы не видели его раньше?