Нина. Девочка Шестой Луны - Муни Витчер

Часы на площади Сан-Марко показывали ровно 22.30, оркестры в кафе играли приятную музыку, услаждавшую слух многочисленных туристов, удобно расположившихся за столиками на открытом воздухе и попивающих разные напитки и прекрасные вина. Это был классический венецианский вечер, награда за дневную беготню по улицам и переулкам в поисках наслаждений в виде памятников и произведений искусства. Но Нине было не до этого. Преображенная в противное глазу существо, похожее на сморщенного гнома, она пряталась за колоннами здания в ожидании своих друзей. Наконец она их увидела, всех четверых.

Рокси надела брюки из блестящей ткани и скакала туда-сюда, словно ей сунули в них тарантула, Фьоре уселась на мраморные ступеньки, а Додо и Ческо продолжали о чем-то спорить.

Нина подскочила к Рокси и, скаля зубы, прохрипела:

— Дрянная глупая девчонка, ты во что одета? Хочешь, чтобы Каркон нас сразу же раскрыл?

Рокси заверещала от ужаса и бросилась в объятия Додо:

— Аааааааааа! Чудовище! У него в глазах огонь и фиолетовая кожа!

Додо не удержался на ногах и вместе с Рокси свалился на землю. Сцена была комичной, но Нине было не до шуток.

Ческо сразу же догадался, что это чудовище — на самом деле Нина, изменившая облик при помощи магического эликсира.

— Не бойтесь, это же Нина! Конечно, не очень-то на нее похожая, но… так надо для того, чтобы завладеть Пандемоном Морталис. Понятно?

Остальная троица, широко распахнув глаза, кивнула, а Нина топнула ногой и распорядилась:

— Вперед, в сиротский дом! — и прикрыла лицо краем пальто, волочащегося по земле.

Вход во дворец Каркона находился в десятке метров от них. Рядом с вывеской «Сиротский дом Каркона» висел колокольчик, и Нина, прежде чем позвонить в него, обернулась к своим товарищам по приключению:

— Слушайте внимательно: сейчас я войду и пробуду там чуть меньше часа в поисках зловредного меча. Если я не вернусь к 23.15, бегите со всех ног на виллу «Эспасия» и закройтесь в ней.

Она передала стеклянный шар Ческо, ключ с полумесяцем — Фьоре, ключ со звездой Додо и Кольцо Дыма — Рокси.

— Сохраните эти предметы, они очень ценные и обладают магическими свойствами. С собой я возьму только Талдом Люкс, я знаю, что не смогу им воспользоваться, но с ним я чувствую себя увереннее. Прощайте, дорогие друзья. Надеюсь скоро с вами увидеться.

Все четверо обняли ее и скрылись в соседнем переулке. Нина позвонила в колокольчик три раза… Минуту спустя окошко в двери открылось, и в нем показалась обеспокоенная физиономия Вишиоло — Одноглазого.

— Ты кто? Чего тебе надо в такой час? — спросил противным голосом помощник Каркона.

— Я очень устала и проголодалась. Люди меня прогоняют, потому что пугаются моего вида. Позволь мне войти, и я сделаю все, что ты прикажешь, — умоляя, запричитала девочка.

— Все? — спросил Вишиоло. — Все-все? Сможешь, например, убивать кошек и собак и класть яд в хлеб старушек?

— Запросто. Я это сделаю, если ты меня об этом попросишь. Но сейчас впусти меня. Я сирота… и такая несчастная!..

Слова, произнесенные Ниной, были что надо, и ее друзья, хорошо слышавшие диалог, были поражены их убедительностью.

Вишиоло впустил девочку, закрыл дверь на цепочку, но затем, схватив за ухо, потащил ее до самой трапезной — огромной комнаты с высоченными потолками и изъеденными плесенью стенами. В центре на длинном узком столе стояла лишь одна свеча, чье слабое пламя практически ничего вокруг не освещало. Здесь царил полумрак, и, хотя на улице стояло лето, в комнате была полярная стужа. Из окон, забранных решетками, словно в тюрьме, проникал ветерок, колыхавший пламя свечи, отчего на темно-серых стенах играли жуткие тени.

Одноглазый плюхнул на стол чашку с похлебкой и бросил кусок черствого хлеба.

— Лопай побыстрее, уже поздно, я хочу завалиться спать.

Нина заставила себя быстро проглотить несъедобное варево: ей тоже не хотелось терять время. Вишиоло единственным глазом наблюдал за каждым движением свалившегося ему на голову маленького монстра и радостно потирал руки от сознания того, что заполучил в ученицы еще одну девчонку. Как только Нина покончила с едой, он снова схватил ее за ухо и потащил в маленький темный и сырой чулан с валявшимся на полу старым грязным матрасом.