Убегающий свет - Анатолий Лосев

Дождь довольно быстро прошел. Мне даже жалко было уходить из такого замечательного места. Такой хороший дом. Выглянуло солнце, причем засияло с такой силой, как будто вода с неба обновила само солнце и оно стало еще ярче.

------------одежду, но, выйдя на улицу, обрадовались, что стало тепло. Соблюдая традицию, мы перед выходом положили в печь готовые поленья для костра, предварительно залив наш огонь и вычистив золу. Сделали, в общем, все как полагается.

Потолпившись немного на полянке перед домом, мы поняли, что совсем не знаем, в какую сторону нам идти, чтобы попасть к себе. Мы все бежали за Олей, а Грановский даже упал, так что никто не запомнил дорогу.

— Ничего, — сосредоточилась Полунина, — нам туда, — добавила она немного погодя.

Мы двинулись в обратный путь. Когда мы с ребятами шли по лесу, то было довольно прохладно, но когда выходили на какую-нибудь поляну, то на ней с удовольствием отогревались.

И вообще — путь домой всегда приятнее и короче, особенно если очень туда рвешься. А мне очень хотелось. Вроде бы и не сделали сегодня за утро ничего особенного, но устала я, как лошадь скаковая, может, потому что под дождь попали и бежали потом? Ну я не знаю, только мечтала об одном — дойти, переодеться, поесть и, возможно, поспать.

— В самом деле, неплохо бы поспать, — согласно моим мыслям произнесла Наташа.

— А ты днем вещие сны видишь? — вдруг пришел мне в голову вопрос.

Грановский ехидно улыбнулся и сказал:

— Сны снятся, когда человек спит. А разве имеет значение, когда он спит?

Ну вот, он снова язвит. А мне уж показалось в том доме лесника, когда он смотрел на меня так загадочно, что он навсегда расстанется с этой привычкой. Но, видно, я ошиблась. Зато теперь ему не дам спуску.

— Умный ты, Дима, очень. Но все-таки день и ночь — разные вещи. И сны, следовательно, могут быть разные. загадочно, что он навсегда расстанется с этой привычкой. Но, видно, я ошиблась. Зато теперь ему не дам спуску.

— Ничего не могу сказать, — ответила мне Наташа, — еще не знаю, не проверяла.

ДИМА ГРАНОВСКИЙ

Получилось так, что мы подходили к месту, где должен был располагаться наш дом, не с той стороны, с какой от него уходили. Уж как такое произошло, мне неизвестно, но только эта сторона леса показалась нам совсем незнакомой, и мы вертели головами по сторонам. Даже разговаривать перестали.

Здесь так же, как и в другой стороне, не было птиц, даже насекомых мы не сумели обнаружить в траве. Но самое интересное ждало нас впереди. Мы уже видели на деревьях след от чего-то большого. И не просто след, а состоящий из противной слизи. А теперь мы остановились перед небольшой группой деревьев. Казалось, что их опалило сверху или сюда упал кусок метеорита. Максим сразу напрягся.

— Что это? — спросила Наташа.

— Возможно, в деревья ударила молния, — быстро сообразил я. И даже сам себя в душе похвалил за такую догадливость. Действительно — простое и разумное объяснение. И дождь только прошел.

— Если бы это случилось сегодня, то деревья, скорее всего, еще дымились бы или даже горели, — остановил меня Крейц, — значит, опалены они были не утром. А раньше гроз не было. Я хочу сказать — вот уже две недели.

— Мы ни разу не ходили в этом месте, — я не хотел так просто отступаться от своего объяснения, — эти метки молния могла оставить и очень давно.

— Ладно, не спорьте, — вмешалась в разговор

Катя, — про это мы уже поняли, надо еще поискать причину. Какие будут предложения?

— В принципе, даже я так ровно опалить не смог бы, — с видом знатока пробурчал Квасцов.

Он обходил это место со всех сторон и чуть ли не замеры делал. Потом добавил: — Правда, если бы я парил в небе, то смог бы так точно и аккуратно.

— Хорошо. Принято. — Макс понюхал стволы. — Пахнет… Значит, не очень давно. Итак, нам ясно, что только удар сверху мог такое сделать. Но я склонен отклонить идею с молнией.

— Смотрите, — сказала вдруг Оля, — здесь еще одна такая же опалина.