Убегающий свет - Анатолий Лосев

Мы подошли к тому месту куда показывала Полунина, метрах в десяти от предыдущего. Несколько деревьев было так же обожжено.

— А вон еще, — показала вдаль Катя.

— Это не молния, — мрачно произнес Крейц, — она не может бить почти в одно и то же место несколько раз подряд.

— Да, ощущение такое, что сверху просто стреляли, — подсказала Наташа.

— Я уже говорил вам, что видел на берегу воронку, — вступил в разговор я, — так вот, ее края были тоже опалены, как и эти деревья. Что, если кто-то сверху пытается либо стрелять, либо сделать что-то еще, чтобы поймать это существо?

— Это уже кое-что, — задумался Макс, — и похоже на правду. Вероятно, у нас есть союзники. Потому что слизистый след говорит о наличии чего-то, а эти отметины, вероятно, служили оружием, его хотели убить огнем.

— Нет, — медленно сказала Оля, — его не убивали, и огнем с ним не справиться.

— Значит, просто пугали, — предположил я.

Крейц заинтересовался Олиным заявлением — так уверенно она говорила. Он взял Ольгу за руку, заглянул ей в глаза и спросил:

— Ты что-нибудь видишь?

— Луч с неба, — Оля прикрыла глаза, — он гоняется за кем-то, пытаясь его поймать. Он не убивает, этот луч. Он просто ловит, но безуспешно. А после него остаются следы, словно им что-то выжигали.

— А кого именно ловит?

— Очень страшное нечто. Точно не скажу. Но с ним трудно бороться. Его не надо убивать. Но оно не должно здесь жить, — казалось, Оля находилась в каком-то трансе.

— Ты говоришь загадками, — на лбу у Максима выступил пот, видимо, он пытался проникнуть в мысли Ольги. И, по-моему, у него не получалось. Уж больно он напрягался. Я тоже пытался подключиться, и мне показалось, что Оля находится в непонятном энергетическом поле. Это поле было более чем странным, я такого раньше никогда не наблюдал. Мне даже пришло в голову, что оно вообще неземное.

А Оля была совершенно бесчувственна. Как марионетка в чужих руках. С этим надо было что-то делать. Вдруг это опасно?

— Макс, — крикнул я ему, — надо ее вытащить!

Что к чему, я не успел объяснить. И откуда вытащить — тоже. Только Катя поняла меня с полуслова. Она быстро приподняла Олю и перенесла ее метров на шесть. Могла бы, конечно, и дальше, но мешали деревья. Но результат все равно не заставил себя ждать. Ольга очнулась и схватилась за голову.

— Что? — подбежал к ней Макс. — Как ты?

— Со мной все в порядке.

— Ты помнишь, что сейчас было? — Да.

— Ты знаешь, что это было?

— Нет.

— Так. Все. Идем домой, — Крейц сделал нам знак, — оставаться тут может быть опасно. Даже если и нет, то в любом случае рисковать не стоит.

Все были совершенно согласны. Мы двинулись в путь. Скоро мы окончательно пришли в себя. Даже Олино лицо разгладилось и просто светилось каким-то внутренним светом.

КАТЯ СЕВЕРОВА

— Кажется, вон наш дом! — радостно воскликнула Наташа и даже подпрыгнула на месте.

Меня так умилил этот ее жест-прыжок, что я захотела сделать ей приятное, — толчком подняла ее вверх и осторожно опустила, за что тут же получила от Макса:

— Хватит тратить энергию на развлечения!

— Все, больше не буду, — сказала я, прибавив шаг. потому что тоже увидела дом.

Хорошо, что люди придумали консервы. Как бы без них было тяжело! Мы с девчонками быстро сварили суп из тушенки и разогрели гречневую кашу с мясом. Этим и отобедали. Затем попили чаю и разошлись по комнатам, по своим этажам, спать.

Не успела я коснуться подушки щекой, как сразу уснула. Это я поняла потом, когда стала вспоминать, как заснула. Я этого не помнила — вот и сделала вывод.

ДИМА ГРАНОВСКИЙ

Спать так спать! Только не привык я спать среди белого дня. Ну ладно, в садике нас мучали, укладывали. Но теперь что? Мы люди взрослые и самостоятельные. И спать? Я бы с удовольствием оспорил это предложение, но почувствовал, что окажусь в меньшинстве, причем в абсолютном. Я и не стал. Просто поднялся наверх и лег. Оказалось, что я все-таки уснул.

Проснулся я оттого, что у меня сильно начала болеть голова. Все вокруг меня спали. Я посмотрел на часы — было около шести. Ничего себе — прилег на пять минут. Я разбудил Макса и Игоря.

— Неужели я тоже уснул? — удивленно говорил Крейц. — Я ведь хотел просто в тишине обдумать все спокойно.

— И я не собирался, — поддержал его Игорь.

— Какая теперь разница, — Макс тоже глянул на часы.

Через минуту мы были уже внизу. Девчонки вот только перед нами проснулись.

— Мне снилась ночь, — сказала Наташа, поднявшись нам навстречу, — ив какой-то момент стало очень опасно и страшно.

— Возможно, сегодня мы все узнаем, — предположил Максим.

Потом девчонки занимались ужином и бутербродами в дорогу. А мы сидели около дома и размышляли о том, что может ждать нас там, в лесу.

Насколько это опасно? Несмотря на все волнения, просто выжидать мы не могли, эта неопределенность в сто раз хуже. Так говорил Крейц, и я с ним полностью согласен.

КАТЯ СЕВЕРОВА

Мы собрали в рюкзаки еду, фонарики, оделись потеплее. Хорошо, что дождя не было. Земля к вечеру даже успела подсохнуть, и ближе к сумеркам мы отправились в лес.

Сначала решено было сходить в ту сторону, где мы видели след из слизи на деревьях, а потом в другую — где деревья были опалены. Грановский звал нас еще к озеру. После этого его приглашения мы вспомнили, что так и не посмотрели на воронку-вмятину, которую он видел на берегу.

— Теперь уже дождем размыло, — махнул он рукой на предложение Макса все же сходить и посмотреть, — раньше надо было. Но теперь, когда мы видели обожженные деревья, мне пришла в голову мысль, — продолжил Дима, — что там, на берегу, был след от такого же «выстрела». Просто жечь нечего — один песок да камни. А по размеру один в один подходит.

— Эх, жаль, не увидели, — Максим был явно расстроен, — А ты ничего не путаешь? — он еще раз взглянул на Грановского. Но тот выглядел таким серьезным, что сомнений быть не могло. Да и кто станет шутить в такой ситуации? Мне кажется, что даже оболтус Димка на такое не способен.

Итак, мы пошли к следам. Больше ни о чем не разговаривали — внимательно вслушивались в тишину, стараясь не пропустить ни одного звука. Но слышали мы только шорох травы, треск палочек-веточек под ногами и осторожное дыхание сзади идущего. Все! В остальном лес вымер. Ни одного сверчка, ни одной лягушки с озера. Даже комаров не было. Это единственное, что пришлось мне по душе, — терпеть не могу этих кровососущих.

Вдруг Макс, который шел самым первым, остановился. Нам тоже пришлось это сделать. Где-то вдалеке, едва различимый среди множества деревьев, виднелся островок света.