Музыкальные мифы. Книга 4 - Владимир Викторович Кирюшин

Девочка в СИнем платье вылила в воду одну из бутылок шампуня, и все находящиеся в бассейне, как по команде принялись взбивать ПЕНу. «Сумасшедшие какие-то», — подумал УМЕНЬ и хотел было уйти, как вдруг раздался оглушительный голос:

— А это кто? — закричали пять седых и старых голов.

УМЕНЬ присел от страха и чуть не свалился в пенящийся бассейн.

— Дедушка, — обратился СиЛяСольФаМи к седым головам, — не пугай, пожалуйста нашего гостя. Я и так его испугала до смерти, когда пыталась отвернуть ему голову.

— Уже пыталась? Молодец! — И дедушка, которого звали ФаМиРеДоСий, громко засмеялся. Его смех подхватили и остальные головы.

— Я всегда, всегда знала, что внучка первая из нас станет ГЕКСАХОРДОМ с шестью головами, — проговорила бабушка МиРеДоСиЛь. — Ай, да молодец!

— Нет, я! Я стану первым ГЕКСАХОРДОМ, — воскликнули пять РЫжих голов, и из бассейна вылез РЫжий мальчишка. — Я! Я больше всех хочу КЕКСов и поэтому первым приклею шестую голову! — И он бросился к УМЕНЮ.

Тот оторопел от неожиданности и застыл на месте, удивленно вытаращив глаза и открыв рот.

«Да что ж это такое? — подумал он. — Неужели опять станут отрывать?»

Тут девочка в СИнем платье бросилась на РЫжего мальчишку:

— Уйди, противный РеДоСиЛяС! Не лезь к УМЕНЮ! Он не хочет отдавать свою голову. Я уже уговаривала его. Он хороший, он купил нам чудесный шампунь для ПЕНы.

Но РеДоСиЛяС не слушал сестру, он взъерошил свои РЫжие волосы и бросился на УМЕНЯ. Тот как мог сопротивлялся, но чувствовал, что не скоро справится с РЫжим ПЕНТАХОРДОМ.

— Давай, давай! Отрывай! — закричали из бассейна пять седых голов бабушки МиРеДоСиль. — Давай, внучек! Я тебе сейчас помогу! — и бабушка стала вылезать из ПЕНы.

Видя, что дело совсем плохо и он может лишиться головы, которая, кстати, ну никак не подходила РЫжему мальчишке Ре-ДоСиЛяС, УМЕНЬ вытащил из кармана ДИАТОНИЧЕСКИЙ КЛАСТЕР и брызнул им на нападающих.

Мальчишка РеДоСиЛяС и его бабушка МиРеДоСиль вскрикнули и, как каменные, тут же застыли на месте. ДИАТОНИЧЕСКИЙ КЛАСТЕР склеил их головы и ноги.

В бассейне стало тихо. Изумлению не было предела.

— Что... ты сделал? — наконец с трудом произнесла девочка в СИнем платье. — Ты... убил их?

— Убил! Убил! — тут же закричали из бассейна головы дедушки ФаМиРеДоСия.

— Убил! Убил! — подхватили ДОбрая мама ДоСиЛяСольФа и папа ЛяСольФаМир.

Оглушенный УМЕНЬ и сам растерялся. Он хоть и знал о действии КЛАСТЕРА, но никогда не наблюдая его наяву, сам поразился его силе.

«Ай, спасибо вам, МАЛЫЕ ТЕРЦИИ, — подумал он, — если бы не вы, пропал бы совсем. А главное, ни за что. Ведь головы, оторванные насильно, без согласия их владельца, все равно не подошли бы ЗВУКОРЯДАМ».

Дрожа от страха, УМЕНЬ подошел к склеенному мальчишке и его бабушке и щелкнул РеДоСиЛяС по носу:

— Эй, очнись!

Мальчишка открыл глаза и чихнул.

— Вот видите, ничего страшного не случилось, — сказал УМЕНЬ ЗВУКОРЯДАМ, — они живы! Только склеились на время. Но это пройдет, недели через две.

— Моя МИлая бабушка! — бросилась к МиРеДоСиЛ девочка в СИнем платье. — Мы все тебя так сильно любим! Как же мы будем жить без тебя это время?

— Ничего, как-нибудь проживем, — проворчал дед ФаМиРеДоСий и стал надевать свой ФАртук (он работал дворником и без ФАртука на улице не появлялся).

— У нас есть ДОбрая мама ДоСиЛяСольФа, она не даст нам погибнуть: и обед сварит, и постирает, если надо.

ДоСиЛяСольФа подошла к дочке и почему-то хитро на нее посмотрела:

— Не плачь, не плачь, моя СиЛяСольФаМи. Все будет в порядке. Твой брат и бабушка сами виноваты, что так получилось. Пройдет время, и они вновь будут с нами.

— Конечно, — подтвердил всегда ЛАсковый папа ЛяСольФаМиР. — Все, все будет хорошо. А УМЕНЬ, — он поглядел на мальчика, — а УМЕНЬ пусть пока поживет у нас, до тех пор, пока бабушка и РеДоСиЛяС не придут в себя.

Все ЗВУКОРЯДЫ так выразительно глянули на мальчика, что тот понял: сопротивляться бесполезно — будет хуже.

— Ладно, я согласен, — проговорил он неуверенно. — Вот увидите, ничего страшного с вашей МИлой бабушкой не случится. — И УМЕНЬ пошел в комнаты.

Все легли спать. УМЕНЬ в незнакомой обстановке чувствовал себя весьма неуютно. «Они же хитрые, — думал он, — ведь не зря МАЛЫЕ ТЕРЦИИ предупреждали об этом. Стоит мне заснуть, и они открутят мою голову. Ведь как хотела сделать это девочка в СИнем платье.»

В этих думах УМЕНЬ провел всю ночь и ни на минуту не сомкнул глаз. «Они такие. Если захотят, то открутят мне голову даже в том случае, если она им и не понадобится. Просто так — со зла, — думал он. — Но сколько же времени я выдержу без сна?»

Он ворочался с боку на бок, постоянно оглядываясь на спящих ЗВУКОРЯДОВ. Но те как будто ничего дурного не замышляли. Все четверо: дедушка ФаМиРеДоСий, ЛАсковый папа ЛяСольФаМиР, его жена ДОбрая ДоСиЛяСольФа и девочка в СИнем платье спали без задних ног.

Где-то за стеной запел сверчок: «Трр-р, трр-р, трр-р... отыр-рвут», — слышалось в песне УМЕНЮ, и страх вновь стал овладевать всем его существом. УМЕНЬ посмотрел в окно... На улице было темно.

«Может, мне сбежать, пока они спят? — подумал мальчик.— Все равно, кроме неприятностей, от этих ЗВУКОРЯДОВ ожидать нечего».

«Тир-р, тир-р, — свистел сверчок. — Отырр-вут... Отырр-р-вут!»

«Ох, Боже! Ну как мне быть? Почему у меня вечно какие-то препятствия на пути? Плюнуть на все, да вернуться домой — вот что надо сделать!»

УМЕНЬ решительно поднялся со своей постели и направился к бассейну (выход на улицу был через него). Он тихонько открыл дверь и остолбенел. На него не мигая смотрели десять голов РЫжего мальчишки и его МИлой бабушки.

УМЕНЮ показалось, что эти глаза светятся разноцветными огнями, и каждая голова кричит: «Ты куда-а-а?»

У мальчика задрожали коленки, и ноги подогнулись сами собой. Почти без памяти он сел на пороге и зарыдал.

...Так прошел час, другой. Вдруг УМЕНЬ услышал какой-то шум в сенях. «Что это? Неужели конец? — мелькнули страшные мысли, и из глаз мальчика сами собой опять полились горькие слезы. УМЕНЬ готов был умереть от страха,