Маркус и Сигмунд - Клаус Хагерюп

Маркус, смотри, мы танцуем втроем.

Yo!

Муна и Эллен Кристина вышли на середину комнаты и затанцевали вслед за Сигмундом, который прыгал вокруг и показывал дорогу. После пары кругов с музыкой и песнями они снова удалились в спальню.

Маркус похлопал, закрыл глаза и начал слушать Бенту, но в следующую секунду Сигмунд появился снова, в майке, перевернутой козырьком назад бейсболке и с девчонками на хвосте. Они направились к Маркусу. Сигмунд практически переходил на фальцет, но ему удалось обуздать свой голос.

— Не сиди на месте, вставай же скорей,

Вливайся в наш рэп, скачи веселей.

Наш рэп будет длиться до скончания дня,

Скажи, ведь хороша эта песня моя?

— Yo, — вздохнул Маркус в тот момент, когда Сигмунд схватил его за руку и потянул из кресла.

Следующие три минуты они танцевали вчетвером по всей гостиной. Иногда Сигмунд и девочки пропадали в спальне, чтобы найти новый наряд, но тогда Маркусу строго велели продолжать танцевать, или, как выразился Сигмунд:

— Не вздумай садиться. Продолжай танцевать.

Мы будем наш рэп без остановки читать.

Если даже устанешь ты как собака,

Танцуй до упаду, чувак, мазафака!

Yo!

И Маркус танцевал до упаду. Из солидарности с Сигмундом, к которому все больше и больше возвращалась уверенность в себе. Он танцевал и пел и, казалось, чувствовал себя суперски, но тем временем все закончилось. И наряды, и музыка на диске.

Девчонки сели на диван, а Маркус опустился в кресло и огляделся. Опрокинутыми лежали одна лампа, два стула и столик, но, похоже, вся мебель была цела.

Сигмунд стоял посреди гостиной в рэперских штанах, светло-зеленой футболке и серой шапке. Дыхание сбилось, а язык вывалился изо рта. Он был похож на большого счастливого пса.

— Ну как вам? — спросил он.

Обе девочки захлопали.

— Супер, — сказала Эллен Кристина. — Если бы не была с тобой так хорошо знакома, я бы точно в тебя влюбилась.

— А я чуть и не влюбилась, — призналась Муна, — хотя знакома с тобой так же хорошо, как Эллен Кристина.

Сигмунд счастливо улыбался.

— Ну а ты как, Маркус?

Маркус покачал головой:

— Я в тебя не влюбился.

— Я не об этом. Ты как думаешь? Я был хорош?

Маркус задумался. Насколько он понимал, Сигмунд был больше чем просто хорош. Парень редко отпускал себя. Его можно было назвать сдержанным и взвешенным. Он никогда не был спонтанным и свободным. До сих пор. То, чему только что стал свидетелем Маркус, был совершенно непосредственный Сигмунд Бастиансен Вик. Это был Сигмунд в необработанной версии. По мнению Маркуса, ничего более спонтанного он в своей жизни и не наблюдал. Парень, который только что танцевал в гостиной, не очень-то страдал от самоанализа и рефлексии. Даже тексты песни, в нормальных обстоятельствах бы не выдержавшие критики самого Сигмунда, рождались сами собой. Мгновенно. И весьма чудесным образом.

— Да, — сказал Маркус. — Думаю, ты был хорош.

— Думаешь?

— Почти уверен.

— Насколько уверен?

— То есть?

— На сколько процентов ты уверен, что я был хорош?

— На восемьдесят четыре, — ответил Маркус.

Эллен Кристина кашлянула.

— Я хочу сказать, на все сто, — быстро проговорил он. — По-моему, у тебя талант.

— Я знаю, — немного нетерпеливо отозвался Сигмунд, — а как ты думаешь, к рэпу у меня есть талант?

Теперь кашлянула Муна.

— Да, — ответил Маркус. — Думаю, у тебя есть талант к рэпу.

— Правда? — переспросил Сигмунд и счастливо улыбнулся.

Его язык все еще свисал изо рта. Зад описывал радостные круги. Будто он вилял хвостом.

* * *

Следующий час они подбирали одежду, в которой Сигмунд пойдет с Маркусом на концерт «Берты Б» во вторник. Он больше не сомневался, что пойдет. После небольшого обсуждения они сошлись на том, что и девчонки, и Сигмунд посчитали идеальным вариантом. Не слишком вызывающе, но и не банально, как раз чтобы Бента могла его заметить. Была пятница, поэтому у него были целые выходные на то, чтобы привыкнуть к одежде. Сигмунд радовался возможности, хотя и сказал, что это совершенно необязательно.

— Я чувствую, будто она создана для меня, — заметил он.

— И штаны тоже? — спросил Маркус.

— Штаны дозреют, — ответил Сигмунд без пояснений.

* * *

Хотя настроение Сигмунда было отличным и он был готов снова принять мир, проснувшись в субботу утром, он радовался, что не надо идти в школу. По большей части он болтался по гостиной в новой одежде и бормотал рэп себе под нос, чтобы, как он выразился, лучше освоиться со своим новым «я».

Маркус занимался своими делами, читал, думал о жизни и радовался, что не может влюбиться в Бенту Иверсен. Вечером он навестил Монса, который выглядел намного лучше. Маркус рассказал отцу, что Сигмунд тоже пошел на поправку, но не поведал о причинах. Сигмунд ведь стал рэпером только вчера вечером, и Маркус не спешил об этом оповещать до тех пор, пока новая личность приятеля как следует не закрепится.

В субботу вечером Сигмунд и Маркус отправились есть гамбургеры в закусочную Йоакима.

Маркус думал, Сигмунд наденет новую одежду, но тот отказался.

— Хочу подождать, пока не начну полностью ей соответствовать, — объяснил он. — А пока что-то не совсем совпадает. — Маркус не понял и спросил, что именно не совпадает.

— Правильно спрашиваешь, — ответил Сигмунд, — я выгляжу идеально для нетренированного глаза, но сам от себя я требую стопроцентного перевоплощения.

Сидя в кафе и поедая гамбургеры с колой, Сигмунд напоминал Маркусу привычного себя.

Когда Маркус спросил, не хочет ли он взять на двоих порцию куриных крылышек, Сигмунд кивнул.

— В жизни не ел ничего вкуснее куриных крылышек, — сказал он.

Маркус с удивлением посмотрел на него, но Сигмунд пояснил, что отказался от мысли быть шеф-поваром.

— Один человек не может мечтать о нескольких вещах одновременно, — сказал он.

— Почему? — удивился Маркус, который мечтал по меньшей мере о шестнадцати разных вещах и думал, что единственная проблема — как их воплотить.

— Если ты мечтаешь о слишком многом, ты ничего не сможешь довести до конца, — ответил Сигмунд и посмотрел куда-то вдаль. — Лучше мечтать о чем-то одном, но большом, чем о многих пустяках.

— И о чем же ты мечтаешь? — спросил Маркус, но не успел Сигмунд ответить, как дверь в кафе открылась и вошли Райдар и Пер Эспен.