Профессор без штанов - Валерий Гусев

– Да я сейчас его покажу, – заторопилась Петровна.

– Так он сам нашелся? – удивился я.

– Нет, милый, портрет остался. – И Петровна засуетилась, заспешила в дом.

– Переживает Петровна, – сказала с сочувствием Шляпка. – Он у нее один родственник остался. Души в нем не чаяла.

Петровна шустро выскочила из подъезда с фотографией в руках.

– Вот он. Красавец. Рублик!

Да, вот это кот! Огромный, пушистый бело-розовый шар. И в этом белом – черные ушки, черный нос, черные злые глаза. Знакомая, однако, мордочка.

– Сердитый какой! – сказал Алешка.

– Не, милок, он добрый. Это он на фотоаппарат сердитый. Не любит фотографироваться.

Да, и он прав. Такого кота нужно маслом писа́ть. На огромном холсте в золоченой раме.

– Ласковый, – продолжала петь старушка. – И на еду не капризный. – Она пригорюнилась. – И где он теперь? Сыт ли? Не в обиде?

– По помойкам шастает, – сказала Шляпка с осуждением. – Вот мой Атос – ни на шаг из дома.

– Так он у тебя приблудный, – обиделась хозяйка Рублика, – а мой чистых кровей. С Гималайских гор.

– Это где ж такие? – заинтересовалась третья старушка, в цветастом платочке. – В Малаховке?

– Чуть подальше, – тонко усмехнулась Шляпка.

Так, разговор ушел в сторону. Сейчас еще передерутся бабки. Когда Гималаи станут искать. И я вмешался:

– В Ясеневе открылся приют для бездомных и потерявшихся животных. Мы посмотрим – нет ли там вашего Бублика.

– Рублика! – подскочила бабуля. – Не перепутай. А то притащишь какого-нибудь… приблудного.

– Как притащит, так и обратно унесет, – строго пообещала Цветастый Платочек. – Я тебе говорила, – она повернулась к хозяйке Рублика, – на шлейке надо кота выводить.

– Ой, Петровна, как ты обратно права! Ведь за угол зашел – и нет его. Я ему: «Рублик! Рублик!»

– Ни мычит, ни телится, – буркнула Шляпка в книгу.

– Может, украли его злые люди? Там как раз за углом машина отъехала. Быстро так. Пшик – и нету ее!

– Какая машина? – спросил Алешка и достал из кармана модель – красную «Ниву». – Такая?

– Точь-в-точь! – обрадовалась бабуля. – Как морковка красная. Я тут ее и раньше замечала. Мужик в ней еще сидел, со стальными зубами.

– У тебя, можно подумать, – фыркнула Шляпка, – золотые.

– А у меня никаких нет. А вот вы, Глафира Андреевна…

– Мы найдем вашего Рублика, – поскорее, чтобы прервать нарастающую ссору, пообещал Алешка.

– Ну, милок, – бабуля всплеснула руками. – Порадуй бабку! А я тебе за это носочки свяжу. Это ж у меня кошачья шерсть, не думай. Гималайская. Очень полезная от ревматизма.

– Да у меня его нет, – машинально ответил Алешка.

– Будет, будет! – радостно пообещала бабка. – Тогда и вспомнишь меня.

Ничего себе, порадовала…

– Все, – вздохнул Алешка, когда мы выбрались со двора. – Еще одна тетка – и все!

Этот крик души Алешка содрал со столба: «Пропал розовый Мишка! Умоляю вернуть!» И номер телефона.

Мы вернулись домой и позвонили несчастной хозяйке розового Мишки. Кто он такой – из объявления понять было невозможно: медвежонок, поросенок, щенок?

Нам ответила молодая женщина. С расстроенным голосом: ее маленькая дочка очень переживает из-за пропажи Мишки.

– Ведь она его с ложечки кормила, гуляла с ним. Привыкла засыпать, когда он рядом, на своей подушечке. Такая беда!

– А не страшно, что он с ней рядом спит? – спросил я. Вдруг этот розовый Мишка – кусачий крокодильчик вроде Джонни.

Женщина легко засмеялась:

– Да он не кусачий! Он игрушечный. Он вам не попадался? Светочка его в песочнице забыла.

– Не попадался, – сказал я. – Но мы вам поможем. В нашем детском саду полно всяких мишек. И зеленых, и красных, и пятнистых.

– И розовый есть? – с надеждой спросила женщина.

– Всякие есть, – пообещал я. – Подберем.

Если, конечно, хоть один целеньким остался…

Ну вот, следственный эксперимент закончен. И загадочная картина обрела ясность. Не полную еще, конечно. Но уже можно различить на ней розовых мишек, гималайских котов, американских попугаев и африканских крокодилов. И жадных людей.

Мы догадались, что в «Зверинце» обосновалась та самая преступная группа, которая вышла из-под контроля папиного Интерпола. Теперь эти дельцы стали действовать иначе. Зачем ездить за границу, тратить деньги, рисковать, если в Москве полно всяких экзотических животных. Только собирай да перепродавай.

И структура этой банды уже ясно высветилась. Кто-то всякими путями выслеживает владельцев животных – по объявлениям, через знакомых, другими способами, а затем «спецподразделение» их похищает. Либо прямо на улице, как Прошкина и Рублика (не зря же везде «светилась» красная «Нива»), либо путем незаконного проникновения в квартиру квалифицированным преступным путем. Для этого, наверное, у Вертинара есть специальные люди – мастера по взлому дверей и подбору отмычек.

Что ж, задача теперь определилась. Остается ее только решить…