Суперсыщик Освальд - Кристиан Биник

Свен стучит Изабель пальцем по спине.

— Чего это вы тут стоите в тем…

— Чччч!.. — Изабель показывает пальцем на пол.

Хм. Чего там такого интересного?

О боже!.. Питбультерьер! Сердце у меня уходит в пятки. Это, наверное, и есть Тигр, боевая собака господина Мюллера.

— Теперь понятно, почему дверь не заперта… — шепчет Маруша.

— Вряд ли он выпустит нас отсюда живыми… — тоже шепотом откликается Юсуф.

Тигр обнажает клыки.

— Хорошо еще, что Освальд остался в холле, — бормочет Тим. — Этот крокодил разорвал бы его на куски.

Блестящая перспектива, ничего не скажешь! Брррр! С замирающим от ужаса сердцем я задом, беззвучно ступая, пячусь к двери. Но когда мне уже остается всего один шаг до порога, происходит как раз то, чего я больше всего опасался: Тигр издает такой жуткий рык, что у меня застывает в жилах кровь. Через полсекунды я уже заживо погребен под этой зубастой тушей.

Бом-бом! — пробил мой последний час. А я даже не успел составить завещание. Сыщики возбужденно галдят над нами:

— Сделайте же что-нибудь!

— Помогите же ему!

— Он же его разорвет!

И вдруг… Я не верю своим ушам: Маруша и Изабель хихикают.

— Смотрите! Он же просто играет с ним! — слышу я голос Изабель.

Играет?!. Ничего себе игры! Мне нечем дышать, потому что это чудовище навалилось на меня всем телом! Вместо того чтобы просто быстро и безболезненно перекусить мне глотку, Тигр, похоже, решил медленно замучить меня насмерть. Эти свирепые питбультерьеры и предназначены для того, чтобы… Стоп! Минутку!.. Да это же… не Тигр, а Тигрица! Или я ошибаюсь? Нет, ошибка исключена — я лежу под питбультерьершей.

В этот момент она раскрывает свою страшную пасть. Все, Освальд, скажи тете «до свидания»… Я закрываю глаза и жду смертельного укуса. И что происходит? Фрау Тигрица облизывает мне всю морду своим слюнявым языком. Ффффу! Отчаянным рывком я высвобождаюсь из ее объятий и несусь в гостиную. Тигр с громким лаем мчится за мной. И мы играем в догонялки вокруг дивана. При этом я краем глаза наблюдаю за сыщиками и заклинаю судьбу, чтобы они как можно скорее отыскали украденные картины.

Марушу, которая умеет громче всех свистеть, отсылают в холл. Если кто-то появится, она должна подать сигнал. Свен, Изабель и Юсуф со скоростью ветра обыскивают шкафы и ящики, а Тим достает из рюкзака видеокамеру и усердно снимает все происходящее в квартире.

Я делаю круг за кругом вокруг дивана; у меня уже начинает кружиться голова. В конце концов я валюсь без задних ног на пол и высовываю язык. В ту же секунду Тигрица прыгает мне на спину и ласкается как сумасшедшая. Ну и зверские ласки, скажу я вам! Даже наша газонокосилка и то, наверное, нежнее, чем эта ведьма.

Неожиданно звонит телефон. Изабель, как раз стоявшая у аппарата, недолго думая, снимает трубку.

— Алло! — говорит она.

Юсуф и Тим смотрят на нее, окаменев от ужаса.

— Ты что, спятила? — шипит Свен и стучит себя пальцем по лбу.

Изабель опускает трубку и задумчиво морщит лоб.

— Кто это был? — спрашивает Тим.

— Не знаю… — отвечает она. — Но голос показался мне знакомым. Могу поклясться, что я его уже…

В холле раздается пронзительный свист.

— Это Маруша! — кричит Свен. — Быстрее! Смываемся!

Все бросаются к двери. А я? Мне что — до конца дней терпеть ласки этой чокнутой питбультерьерихи? Отчаянным лаем я напоминаю своему хозяину, что он кое-что забыл.

— Освальд! — кричит Тим, и через миг он уже вместе с Изабель и Свеном стоит рядом со мной.

Им приходится попыхтеть, чтобы освободить меня из лап Тигрицы. На прощание это чудовище вырывает у меня из гривы клок шерсти. Оказавшись в безопасности, на руках хозяина, я долго не могу поверить, что выдержал это страшное испытание и остался жив.

Сыщики выскакивают из квартиры и захлопывают за собой дверь. Вовремя! Через секунду в конце холла показывается Лысый. Маруша, белая как мел, с облегчением вздыхает при виде нас.

Господин Мюллер проходит мимо, не обращая на нас никакого внимания. Потом мы слышим, как он открывает дверь своей квартиры.

— Пронесло!.. — говорит Свен дрожащим голосом. — Теперь надо срочно сматывать удочки!

Мы садимся в лифт и едем вниз. У всех сыщиков страх написан на лицах заглавными буквами. Мистер Лысый чуть не накрыл нас!

Когда мы выходим из дома, Маруша с любопытством спрашивает:

— Ну, где он их прячет?

— Ты о чем? — отвечает Тим вопросом на вопрос.

— О картинах. Или вы их так и не нашли?..

Юсуф качает головой:

— Скорее всего Свен бы прав и этот господин Мюллер не имеет к краже никакого отношения.

— Этот голос по телефону… — бормочет Изабель и тормошит свои коротко стриженные волосы. — Клянусь вам, я его уже где-то слышала.

— А что он сказал? — спрашивает Свен.

— Что ошибся номером. Откуда же я знаю этот голос?

— Во всяком случае, Освальд нас всех спас, когда отвлек этого пса, — говорит Тим и треплет мой загривок.

— Это точно, — подтверждает Свен. — Если бы не Освальд, он бы сделал из нас фарш. И поэтому Освальду присваивается очередное офицерское звание «старший суперсыщик», согласны?

Все согласны. Кроме Изабель, которая даже не слышала, что предложил Свен. Она, как лунатик, таращится куда-то прямо перед собой и бормочет:

— Голос… Чей же это голос?..

ГЛАВА 23, в которой я кусаю себя за хвост

На следующее утро про меня пишут в газете — но не по поводу моих героических любовных утех с Тигрицей или моего гениального трюка с писаниной на фонарных столбах.

— Не ходи больше с Освальдом в Восточный парк, — говорит за завтраком отец Тима моему хозяину, который занят своими мюсли.

— Почему?

Отец Тима складывает газету и делает глоток кофе.

— Я только что прочел в газете, что там завелась какая-то бешеная такса. Вчера она напала на двух женщин. На нее уже охотится полиция.

— Хм… — бормочет Тим, смотрит на часы и начинает жевать в резко ускоренном темпе.

Мой хозяин опять слишком долго провалялся в постели и теперь опаздывает.

— А где ты вчера проторчал целый день? — спрашивает мать Тима. — Ты же пришел только в полвосьмого.

— Да я… я… э… — мямлит Тим. — Ну, короче, я сейчас очень спешу!