Ана повсюду - Адольфо Кордова

Но она дракон. Она дышит огнём, чтобы обороняться, чтобы превратить в уголь съедобные травы, чтобы высушить после дождя камни, на которых живут её двоюродные сестры-ящерки.

Она умеет делать одну странную вещь, которую я ни у кого больше не видел: она повсюду запасает капли пота. Некоторые учёные считают, что эта мутация у неё развилась, чтобы тушить огонь. Более любвеобильного дракона ни в одной книге не найти.

Она сильная и гордая, дружелюбная и хрупкая, а главное, игривая.

По ночам мы спим в её пещере, но перед тем, как закрыть глаза, сомкнув похожие на жалюзи веки, она желает мне полётов во сне и на прощание дразнится, высунув свой розовый раздвоенный язычок.

Я засыпаю у неё под крылом и представляю, что Ана – мой дракон, а я – влюблённый мальчик.

Такая пара из волшебной сказки, с которой случается множество разноцветных приключений – голубых, фиолетовых, бирюзовых и синих.

* * *

Несколько снов спустя я просыпаюсь и вижу Ану рядом. Я улитка, а она мотылёк. Я слюняво целую её усики, и мы выбираемся наружу из цветка. Она летает, маленькая такая, собирает разные семена необычной формы для своей коллекции.

А я очень-очень медленно спускаюсь по стеблю нашего цветка, болтаю с червями и жуками, мы беседуем, обсуждаем, какая прозрачная этим утром роса.

Я рассказываю, что вечером посажу Ану на свой панцирь и устрою ей сюрприз: прогулку верхом на улитке. Они спрашивают, что мне снилось, и я объясняю, что видел сон, где Ана была дракон, а я ребёнок на её синем хребте.

Они корчатся от смеха.

– Сказка внутри сказки. Персонаж видит сон, будто он герой другой сказки. Неплохо, вот только… – ох, опять «вот только!», подумал я, – не сочинить ли тебе такую концовку, чтобы ты остался в реальном мире?

– Как же так? Убрать семью из улитки и мотылька?

– Да, оставь только мальчика и дракона. А зачем ты выбрал такое скучное название?

– Скучное? Нет! То есть, вообще-то я хотел назвать сказку «Ана и я».

– Не волнуйся, с самого первого прыжка лягушки всем понятно, что это про вас двоих. Поменяй. И что же ты её опять не поцеловал, раз так сильно хочется?

– Так я же поцеловал! В усики.

– Да, но в обличье улитки, а не влюблённого мальчика.

– Но у Аны же раздвоенный язык… Это как-то противно, я лучше дождусь следующей сказки.

– Но ты ведь сам превратил её в дракона и придумал, что у неё такой язык.

– Да, но когда я начал сочинять сказку, я совсем забыл, что там будет этот язык.

– Так бывает, но, может, тогда напиши другой финал? Пусть появится что-то такое, что вам угрожает, как тот крокодил, который сожрал лягушек, или лесорубы, которые подожгли летучий лес. Как-то конфликта не хватает, тебе не кажется?

Тысяча синих приключений

Я засыпаю у неё под крылом и представляю, что Ана – мой дракон, а я влюблённый мальчик.

Мы – пара из волшебной сказки, с которой случается множество приключений всех цветов – голубых, фиолетовых, бирюзовых и синих.

Вдруг мы просыпаемся от вспышки молнии и понимаем, что это взмахи крыльев другого дракона, огромного. Он приземлился на нашу пещеру, и его дыхание проникает внутрь сквозь расщелины в камнях, а от его шагов с потолка пещеры отваливаются и падают нам на голову сталактиты. Ана бросается и укрывает меня.

Вот он!

Сейчас зайдёт.

Это дракон-страж, чешуйчатый король небес.

Он нас нашёл.

– И всё?

– Да…

– Ну нет, давай пиши ещё.

Вот он!

Сейчас зайдёт.

Это дракон-страж, чешуйчатый король небес.

Он нас нашёл.

Ана указывает мне на туннель, через который я смогу спастись бегством. Там каменистый лабиринт. Там темно. Я пробираюсь вперёд на ощупь, как слепой, ориентируюсь по запаху, касаюсь поверхностей, внезапно чувствую под ногами воду.

Слышу, как Ана всхлипывает. Она плачет?

Я наткнулся на подземную реку, или это слёзы Аны текут из пещеры? Ана плачет, потому что хочет, чтобы я вернулся и спас её от этого огромного дракона? Да, это она. Она зовёт меня. Я ей нужен.

Я возвращаюсь.

Когда я вылезаю обратно из туннеля, никакой воды уже нет, один огонь. Я опускаю взгляд и вижу под ногами меч.

Ана снова всхлипывает. Я хватаю меч и бросаюсь прямо в этот огненный шар, чтобы спасти её.

Но… ничего не происходит. Огонь мгновенно гаснет, и в вышине я вижу Ану, которая улетает прочь, а вместе с ней и её улыбка, которая для меня ценнее всего на земле… С каждым мгновением Ана всё дальше и дальше, всё меньше и меньше, она улетает крылом к крылу с этим драконом, чешуйчатым королём небес. Вдаль.

Она влюбилась в другого, который больше меня.

А я остаюсь один.

– Один на один со своими воронами-пираньями.

– Вот видишь, как хорошо вышло? Правильно, что написал побольше. А ещё ты мог бы…

– Нет, это не «Бесконечная история», Тео, это надо заканчивать. У этой сказки конец уже есть. Он ужасный, но…

– Не такой уж и ужасный там конец, Хулиан. Если Ана… Если бы не Ана, ты бы уж точно встретил другую девочку, которая…

– Я бы лучше…

– Ну ладно. Сама сказка мне нравится. Потом как-нибудь почитай про Короля Артура, поищи скандинавские саги, поэму «Беовульф» или рассказ Рэя Брэдбери «Дракон».

– Тео, спасибо вам, но хватит с меня драконов. Надо пошевеливаться. Этих сказок достаточно для экзамена?

– Достаточно, но ведь надо продолжать работу, ты же пишешь эти сказки для Аны.

Напишу ещё одну сказку, последнюю, чтобы всё ей рассказать. Пора вытащить головастика из воды, а то он так в своей луже и сидит без лапок.

Цветы размером с тыкву

В саду Эльвиры есть доисторические растения, у которых цветы размером с тыкву, а шипы – как стрелы воинов.

Соседи думали, что это деревья, но она объяснила, что на самом деле генетический код этих растений такой же древний, как у динозавров. Соседи ей не поверили. Но Эльвире всё равно, ей больше нравится разговаривать с растениями, чем с людьми. Она говорит, что растения ей как дети.

Каждое утро, ещё до того, как запоют дрозды, пересмешники и ещё куча самых разных птиц, Эльви скрывается в своём диком