Тайна Алой Руки - Майкл Бакли

— Дома он, вероятно, был совсем другим, — ответила бабушка. — Однажды ты сказала мне, что ваш отец слишком осторожничал, а тот Генри Гримм, которого знаю я, был человеком совершенно безрассудным. У каждого из нас столько разных граней.

— Его жена, наверное, ужасно горюет, — вздохнула Дафна.

— Да уж, — тоже вздохнула бабушка.

— Ну раз уж нашли фотографию, — сказала Сабрина, замечая краешком глаза какую-то тень в углу, — может, пойдем? А то у меня мурашки по коже…

— Не бойтесь, мэм, — сказала Дафна. — Я из полиции, я защищу вас.

Она вдруг прошлась по комнате, изображая походку шерифа Свинсона: ноги колесом, корпус вперед, словно нависает над ремнем с пряжкой. Сабрина захохотала во всё горло — до того было похоже.

Бабушка вытащила из своей сумки уже знакомые девочкам инфракрасные очки.

— Не волнуйтесь, Lieblings, я быстро, — сказала она и, надев очки, стала внимательно оглядывать комнату, пока не увидела что-то на полу. — Ну-ка, ну-ка! Девочки, идите-ка сюда. Вот, взгляните!

Сестры поспешили к бабушке. Дафна первая схватила очки и тоже уставилась на пол.

— Ух ты, клево!

Сгорая от любопытства, Сабрина сдернула очки с сестры и, приглядевшись, через специальные линзы увидела белые размытые, словно призрачные, следы от подошв — последние следы покойного мистера Брюзгнера.

Наклонившись, бабушка Рельда провела пальцем по полу. На нем осталась белая пыль.

— Та-ак, всё интереснее и интереснее, — сказала она, поднося испачканный палец к глазам Сабрины. — У него на подошвах какая-то пыль, а может, порошок.

Тут что-то попало Сабрине в нос, и девочка отчаянно зачихала.

— Gesundheit, — сказала бабушка Рельда.

— Гезунд… что? — спросила Дафна.

— Это по-немецки «будь здорова», — пояснила бабушка.

— Следы идут из коридора, — сказала Сабрина, открывая дверь и двигаясь за мерцающими отпечатками подошв.

— Замечаешь что-нибудь особенное? — спросила бабушка, вплотную следуя за Сабриной.

— Следы очень далеко один от другого. Один его шаг — как три моих.

— Это потому, что он бежал, — сообщила бабушка.

Сабрина восхитилась: бабушка Рельда была прирожденным детективом. И девочка подумала: может, и она когда-нибудь станет такой же проницательной.

Следы вели на первый этаж. Сабрина направилась вниз по лестнице, но неожиданно кто-то снял с нее инфракрасные очки.

— Ты что? — возмутилась она, повернувшись к сестре. — Если тоже хочется посмотреть, могла бы и попросить!

Но бабушка и Дафна молча смотрели на потолок, и выражение их лиц было какое-то странное. Сабрина взглянула туда же, и оттого, что предстало ее глазам, даже содрогнулась. Над ними, вниз головой висело жирное существо с лягушачьей головой и перепончатыми, тоже как у лягушки, пальцами, обтянутыми скользкой, пупырчатой кожей; под нижней губой раздувался огромный зоб. Тело же, руки и ноги существа были человеческие, причем как у девочки. Своим длиннющим липким языком существо и отняло у Сабрины очки и теперь то засовывало их в рот, то снова вынимало, будто раздумывая, стоит ли проглотить добычу. В конце концов оно выплюнуло очки прямо под ноги Сабрине, забрызгав ей брюки липкой слюной.

— Нет уж, спасибо. Можешь забрать себе, — сказала Сабрина, оттирая с джинсов противную слизь.

Лягушка-монстр издала странный хихикающий звук и раздула свой огромный зоб. Сабрина видела лягушек по телевизору, и зоб у них раздувался точно также. Это означало, что они приготовились кого-то съесть. Внезапно девочка почувствовала, что попала в меню этой лягушки.

— Бежи-и-им! — крикнула Сабрина.

Все, включая Эльвиса, бросились было наверх, но жуткая девочка-лягушка, спрыгнув с потолка, шлепнулась прямо перед ними, загородив дорогу.

— Вижу-вижу, — проквакала она, — мертвечинка первый сорт…